Текущее время: 22 сен 2018, 08:53


Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 117 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 29 дек 2016, 20:53 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 28 апр 2015, 20:44
Сообщений: 8
Команда: нет
Лис, это вам под елочку, пользуйтесь на здоровье.
Желтым цветом выделено то, что не переведено, либо то, в переводе чего я не уверен.
Также не переведено приложение про послевоенную жизнь Талберта.


Вложения:
19 Postwar careers.doc [199 KiB]
Скачиваний: 109
Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 24 фев 2017, 22:10 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 1058
Команда: Grau Skorpionen
18 ЖИЗНЬ В СОЛДАТСКОЙ МЕЧТЕ.

Австрия
8 мая – 31 июля 1945.

8 мая ближе к вечеру Уинтерс получил приказ подготовить 2-й батальон к ночному маршу на Целль-ам-Зее, в Австрии, примерно в 30 километрах к югу от Берхтесгадена, где ему предстояло нести оккупационную службу. В 22.00 колонна начала движение, с ярко светящими фарами. В кузовах грузовиков люди продолжали празднество: пили, пели, играли в азартные игры. Когда поутру колонна прибыла в Целль-ам-Зее, люди были грязные, небритые, одетые в чумазые армейские штаны и куртки.
Немецкие солдаты были повсюду. Целль-ам-Зее был самой южной точкой, куда мог отступить Вермахт, за ним возвышались вершины Альп, а за ними Италия, и все перевалы были все еще закрыты снегом. Как оказалось, в зоне ответственности 2-го батальона, насчитывающего менее 600 человек, было около 25 тысяч вооруженных немецких солдат.
Контраст во внешнем виде был почти так же велик, как контраст в численности. Армия завоевателей выглядела неаккуратной, невоенной, плохо дисциплинированной – армия побежденных имела молодцеватый вид, впечатляющую военную выправку, и была подчеркнуто дисциплинирована. Уинтерс чувствовал, что немецкие солдаты и гражданские австрийцы, должно быть, удивлялись, зачарованно глазея на первое подразделение американцев, появившееся в их местах, каким образом они умудрились проиграть этим парням.
Уинтерс разместил штаб батальона в деревне Капрун, в 4 километрах к югу от Целль-ам-Зее. Долина была одним из самых известных в мире горных курортов, особенно популярным среди богатых немцев. Условия размещения, начиная от комнат в сельских домах и заканчивая роскошными отелями, были ошеломляющими. Все номера были заняты ранеными немецкими солдатами. Они должны были покинуть их, чтобы быть отправленными на грузовиках и поездах в находящиеся в районе Мюнхена лагеря. На их место вселились американцы.
Их задачами были поддержание порядка, сбор всех немецких солдат, их разоружение, и отправка в лагеря для военнопленных. Уинтерс начал утром 9 мая, сразу по прибытии. К нему привели старшего среди находящихся в районе немецких командиров. "Мне было двадцать семь лет", вспоминал Уинтерс, "как и все бойцы, я был одет в грязную, изрядно поношенную боевую куртку и штаны, и на голове у меня было это ведро в качестве шлема. Я чувствовал себя довольно забавно, отдавая приказы кадровому немецкому полковнику лет на двадцать старше меня, одетому в чистую полевую форму с увешанной наградами грудью".
Тем не менее, Уинтерс отдал приказ. Он поручил полковнику проследить за сбором всех видов оружия в районе и складированием его на аэродроме, в школе, и на церковном дворе. Он дал офицерам разрешение оставить личное оружие и позволил сохранить свое оружие немецкой военной полиции. И сказал, что на следующий день собирается осмотреть немецкие лагеря, войска и кухни.
На следующее утро, 10 мая, Уинтерс и Никсон на джипе поехали осматривать сваленное оружие. Они были шокированы увиденным: во всех трех местах лежали горы оружия. Уинтерс понял, что совершил ошибку, когда сказал "все оружие". Он имел в виду оружие военных образцов, но полковник понял его чересчур буквально. Там была фантастическая коллекция охотничьих ружей, целевых винтовок, охотничьих ножей, старинного оружия всех видов, а также полный дивизионный комплект боевого оружия. Казалось, этого достаточно, чтобы начать третью мировую войну.
Осматривая расположения и кухни, Уинтерс нашел все хорошо организованным. Личный состав был выстроен для осмотра и выглядел по парадному молодцеватым, чистым, хорошо обмундированным и здоровым. Кухни были в хорошем состоянии, повара готовили на кострах большие котлы картофельного супа.
Впоследствии Уинтерс имел дело с говорящим по-английски штабным офицером, который каждое утро прибывал в его штаб для доклада и получения приказов. С этим не было никаких проблем – по словам Уинтерса: "Мы оставили их в покое, а они уважали нас". Немецкий офицер рассказывал о своей службе на Восточном фронте и о боях против 101-й в Бастони. Он сказал Уинтерсу: "Наши армии должны взяться за руки, и уничтожить русскую армию".
"Нет, спасибо", ответил Уинтерс. "Все, чего я хочу – это уволиться из армии и вернуться домой".
Это было то, чего хотели почти все, и немцы ничуть не меньше. Однако перед тем как освободить кого-либо, его подвергали тщательной проверке. Немецкие лагеря кишели нацистами, многие из которых переодевались в мундиры нижних чинов, чтобы избежать обнаружения. (Наиболее известным из них был Адольф Эйхман, переодевшийся в форму капрала Люфтваффе в лагере близ Берхтесгадена. Ему удалось бежать, прежде чем он был обнаружен, перебраться с семьей в Аргентину и счастливо прожить до 1960 года, когда израильские агенты обнаружили его, захватили в ходе дерзкой спецоперации, привезли в Израиль для суда и повесили.)
Лейтенант Липтон был командиром пулеметного взвода в штабной роте 2-го батальона. Уинтерс поручил ему следить за лагерем, в котором было нескольких сотен пленных. Одним из них был Фердинанд Порше, создатель "Фольксвагена" и танков "Пантера" и "Тигр"*. В середине мая Липтон одобрил освобождение около 150 пленных. Старший немецкий офицер, полковник, попросил разрешения обратиться к ним, прежде чем их отпустят. Липтон согласился.
"Его речь была длинной, и она была хороша" вспоминал Липтон. "Он сказал им, что Германия проиграла войну, что они были хорошими солдатами, что он гордится ими, и что они должны вернуться в свои дома и начать свою жизнь заново. Он сказал, что все они нужны для восстановления Германии. Когда он закончил, люди громогласно выразили одобрение", и отбыли.
Другие немецкие высокопоставленные чиновники – те, кто имел веские основания опасаться, что им будут предъявлены обвинения в совершении военных преступлений, скрывались в горах. "Ди-пи" рассказали Спирсу о человеке, который был нацистским главой в местных трудовых лагерях, и совершил великое множество злодеяний. Он собрал сведения, провел опросы, и убедился, что они говорит правду. Дальнейшее расследование показало, что этот человек проживает на небольшой ферме поблизости.
Спирс вызвал 1-го сержанта Линча. Он разъяснил ситуацию, а затем отдал приказ: "Возьмите Муна, Либготта и Сиска, найдите, и устраните его".
Линч собрал людей, разъяснил поставленную задачу, взял легкий тягач**, и отправился в горы. Во время поездки Мун размышлял о затруднительном положении, в котором оказался. Он был уверен, что капитан Спирс не имеет полномочий на отдачу приказа о казни на основании показаний "ди-пи". Однако Спирс был командиром роты, а Мун – всего лишь рядовым, исполняющим приказы. Он решил: "Я не согласен со всем этим дерьмом. Если кому-то придется стрелять, это буду не я".
Они добрались до фермы, захватили нациста без борьбы. Либготт допрашивал его в течение тридцати минут, а затем заявил, что нет никаких сомнений, это тот человек, который им нужен, и он виновен в предъявленных обвинениях. Держа на мушке, американцы отвели его в машину, и повезли прочь. Линч остановился рядом с оврагом. Они вытолкнули человека из машины. Либготт вытащил пистолет и дважды выстрелил в него.
Тот начал кричать. Он повернулся и бросился бежать вверх по склону. Линч приказал Муну пристрелить его.
"Стреляй ты", ответил Мун. "Война окончена".
"Тощий" Сиск шагнул вперед, навел свою М-1 на беглеца, и застрелил его.
После того, как военнопленные и "ди-пи" были рассортированы и вывезены, следующей задачей были разбор и сбор в одном месте всего захваченного немецкого снаряжения и всего американского снаряжения, в котором более не было нужды. По мере того, как оно собиралось и регистрировалось, колонны грузовиков перевозили его на склады во Францию.
Офицерам приказали собрать и вернуть отпечатанные на шелке карты Франции, полученные перед прыжком в Нормандии, или быть оштрафованными на 75 долларов. Поскольку для ветеранов "Дня-Д" эти карты были едва ли не священными, этот приказ повсеместно не выполнялся. Узнав, что от него требуют заплатить штраф, Уинтерс ответил за весь батальон тем же образом, что и генерал Маколифф: "Придурки!" Полковой интендант, капитан Герберт Собел, был вынужден отступиться.
Учитывая отсутствие сопротивления, по-настоящему активное сотрудничество немцев и австрийцев, к концу третьей недели мая американцам на практике стало почти нечего делать. Все наряды по кухне, стирка одежды, уборка помещений и строительные работы выполнялись местными жителями, стремящимися заработать немного денег или получить еду или сигареты. Время тяжким грузом повисло на плечах молодых людей, жаждущих вернуться домой.
Уинтерсом были построены беговая дорожка, теннисный корт и бейсбольная площадка, а затем и стрельбище. Проводились соревнования между ротами, батальонами, полками, и так далее, вплоть до первенства Европейского ТВД. Он проводил ежедневные строевые занятия.
Были люди, которым это нравилось. Для серьезных спортсменов, с надеждами в будущем надеялись поступить в колледж или сделать профессиональную карьеру, это была чудесная возможность тренироваться. Они были освобождены от всех обязанностей, жили в отдельном спортивном общежитии, и у них каждый день были тренировки или соревнования. Для тех немногих, кто планировал сделать карьеру в армии, это был шанс заниматься своей профессией.
Но для большинства, не помешанного ни на спорте, ни на военной карьере, это была скука. Они нашли себе отдушину в четырех видах деятельности: в турпоходах в Альпы, охоте, питье и ухлестывании за женщинами. Целлерзее, озеро около четырех километров в длину и двух в ширину, было захватывающе красивым, и в нем было приятно купаться долгими солнечными днями в конце мая и начале июня. "Мой купальный костюм почти сносился", написал Вебстер матери 20 мая. "Пожалуйста, не могла бы ты выслать мне как можно быстрее еще один – какой-нибудь веселой расцветки трусы от "Аберкромби и Фитча"? Талия 32, предпочтительно шорты, а не плавки".
На возвышающейся над Капруном горе находился горнолыжный домик. Шедшей к нему канатной дороге настал капут, но до него можно было добраться, совершив восхождение по горной тропе. Уинтерс установил график, по которому каждый из взводов отправлялся туда отдыхать на трое суток. В домике были австрийская прислуга и повара, лыжные инструкторы, а также проводники-охотники. Катание на лыжах было великолепно, равно как и охота на горных козлов.
Ниже водились олени, их там были сотни, поскольку это был излюбленные охотничьи угодья европейской аристократии. 101-я находилась на дальнем конце цепочки снабжения, распределяющей продовольствие. Все, начиная с портов Шербур и Гавр, и вплоть до конца цепочки, первыми накладывали лапы на продовольствие, и у всех под боком были гражданские подружки, о которых нужно было позаботиться, и соблазнительный процветающий черный рынок. Так что до Альп добиралось недостаточно еды. Десантники высылали партии для охоты на оленей – их мясо стало основным продуктом в их рационе. Рядовой Фримен добыл дробовик "Браунинг", и дополнял оленину перепелами и другими птицами.
"Женщины, бабы, дамы, таракашки, девки, юбки, тростиночки, шлюшки, детки, фройляйн, мадемуазели: вот чего хотели ребята", писал Вебстер. Он продолжал, описывая результаты: "Повара держали любовниц; взводные любовники регулярно посещали амбар; у Маккрири была замужняя женщина в городе; Риз устроился в частном доме; Карсон содержал образованную, красивую, утонченную блондинку-польку (на которой впоследствии женился); личный состав взводов каждую ночь посещал лагерь "ди-пи"; а в Целль-ам-Зее, родине самых красивых женщин в Европе, ребятки с загорелыми блондинками осуществляли свои мечты – после разговоров о женщинах в течение трех лет у них было все, что только можно было пожелать. Это был полный провал политики небратания".
Для тех, кто хотел и мог себе позволить, были женщины в Лондоне, Париже, вдоль Рура, но, по наблюдениям Вебстера, "в Австрии, где женщины были чище, честнее, лучше сложены, и более охочи, чем в любой другой части Европы, у солдат был большой успех".
Поток выпивки был нескончаем. 28 мая Вебстер написал своим родителям: "С того момента, как мы оставили Берхтесгаден, мы выпивали каждый вечер. Два дня назад мы захватили вермахтовские запасы в количестве пары ящиков джина – сорок восемь бутылок в общей сложности. Так что ваша посылка с порошком апельсинового сока пришлась очень кстати".
Капитан Спирс отдал единственный постоянно действующий приказ по поводу выпивки – не пьянствовать на улице. Он строго поддерживался сержантами, которые не хотели, чтобы пьяные солдаты устраивали происшествия в караулах, или просто бродили по улицам и горным тропам. У себя в расположении, однако, люди были вольны пить, сколько могли. По большей части они выпивали существенно больше этого.
В отделении Вебстера был кувшин холодного чая с джином, который держали всегда полным и под рукой. Каждый вечер, писал он, "К восьми часами Мэтьюс шепелявил и заикался. Марч восхвалял свое отделение и то, как оно ему подчиняется. Шолти тихо сидел на койке и улыбался. Уинн смеялся и кричал, рассказывая о Бастони. Маккрири хвастался своим мужеством ("Во всем взводе нет никого храбрее, чем я, приятель"), нескромно, но это была абсолютная правда. Гилмор неистово гладил одежду – своеобразное и самое приятное проявление его приподнятого настроения. Хэйл всхлипывал и наливал себе еще выпить. Крис, никогда не буянивший, откидывался назад в полной тишине. Рэдер выпадал в осадок, сидя в кресле. А я, отрубившись изящно и без борьбы, крепко спал".
Ребята будут избавляться от похмелья с помощью послеобеденного плаванья или игры в софтбол. Уинтерс был трезвенником, не осуждавшим, но и не одобрявшим выпивку, двое его лучших друзей, Уэлш и Никсон, пили весьма крепко. Он никогда не ругал никого за пьянство в свое личное время. Если у него и возникал когда-либо соблазн сделать это, он каждый день получал напоминание о том, почему такие эксцессы имели место. Играя в софтбол под теплыми лучами солнца, ребята были одеты лишь в шорты. Почти каждый из них имел, по меньшей мере, по одному шраму. У некоторых из них было по два, три или даже четыре шрама на груди, спине, руках или ногах. "И имейте в виду", сказал он в заключение, "что в Капруне я видел лишь тех, кто не имел серьезных ранений".
Было еще одно напоминание о цене, которую рота "Е" и остальные заплатили, чтобы оказаться там, где они были. 5 июня в 22.00 они отмечали первую годовщину своего прыжка в Нормандии. Вебстер был поражен контрастом. Год назад в 22.00 "мое сердце билось, как барабан Джина Крупа***, а в сведенном животе была пустота… Теперь же я сижу в уютном доме в австрийских Альпах. В одной руке у меня высокий стакан чая со льдом и джином, а в другой перо. Многие из ребят, взлетевших с аэродрома в Девоншире, мертвы, похоронены на красивых кладбищах в Сент-Мер-Эглизе, Соне и в Бельгии. Но я все еще здесь и очень благодарен за это. И сегодня вечером мы помянем их таким способом, который они сочли бы наиболее подходящим – устроив буйную, шумную вечеринку".
У офицеров также шла непрерывная гульба. Спирс ухватил пару ящиков отличного бренди, которым наслаждался у себя на квартире вместе с прекрасной полькой "ди-пи" и ее маленьким ребенком. Полковник Синк дал несколько памятных приемов в своей штаб-квартире, размещавшейся в отеле Целль. Однажды вечером он пригласил всех офицеров 506-го встретиться с генералом Тейлором и его штабом. Это была веселая гулянка. Полковник Стрейер, которому, по словам лейтенанта Фоли, "было достаточно совсем немного спиртного, стал слегка буйным". Он полез в драку с генералом. У лейтенанта Фоли и пары других родилась отличная идея. Они отправились на стоянку и слили большую часть бензина из "Мерседеса" генерала Тейлора (ранее принадлежавшего Гитлеру). Они решили, что будет очень забавно, когда он окажется без горючего на обратном пути в Берхтесгаден посреди ночи.
На следующее утро, в воскресенье, полковник Синк объявил специальный сбор всех офицеров. Они собрались перед отелем. Синк устроил им разнос. Он сказал, что их поведение было позорным. Он особо коснулся драки и розыгрыша. Он только что закончил телефонный разговор с генералом Тейлором, чья машина осталась без горючего, и которому пришлось просидеть несколько часов, пока его водитель искал канистру бензина. Фоли, так и не сознавшийся в содеянном, рассказывал, что "Синку было до чертиков, что нижние чины останавливаются и слушают. Он был разъярен, и ему было все равно, кто слышит, как он дает нам всем просраться. Прямо так, по буквам: П-Р-О-С-Р-А-Т-Ь-С-Я".

* Понятно, что на самом деле оно "MAN" и "Хеншель", но так у автора. Впрочем, в комиссию по выработке ТЗ на "Пантеру" херр Порше таки входил. И "невзлетевший" вариант "Тигра" тоже сгородил… (прим. перев.)
** Автомобиль повышенной проходимости Dodge WC-51, в Красной Армии более известный под названием "Додж Три Четверти" (прим. перев.)
*** Юджин (Джин) Бертрам Крупа (Eugene Bertram Krupa) – американский барабанщик-виртуоз, звезда "эры свинга". Играл в оркестре Бенни Гудмена, а в 1938 году создал собственный биг-бэнд (прим. перев.)

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 01 мар 2017, 16:36 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 1058
Команда: Grau Skorpionen
Синк никогда не держал зла надолго. Через неделю он устроил большое торжество на 4 июля*. Но четвертого был дождь, и пятого тоже. Не важно: шестого был чудесный день, и праздник начался. "Синк на шестое", прозвали его люди**.
Имели место всевозможные спортивные мероприятия. Над озером парили планеры, оседлавшие горные воздушные течения. Командование военных перевозок одолжило полку С-47 на вторую половину дня, и состоялся прыжок двенадцати человек на озеро. Было обилие еды и питья. В парке местные музыканты, одетые в ледерхозен***, играли всякие "ом-па-па". "Джи-ай" просили популярные американские песни, но для этого австрийцам была нужна практика. Все танцевали. Все девушки носили нарукавные повязки "ди-пи" (политика небратания применялась только к немцам и австрийцам и не распространялась на "ди-пи", а соответствующие повязки щедро раздавались живущим в местных горах девушкам), однако, как вспоминал лейтенант Фоли, "на празднике не было никого из перемещенных лиц".
Горный климат, неограниченные занятия спортом, женщины и выпивка, легкая служба, хорошая охота и строгий полковник, которого все любили: в Целль-ам-Зее, по мнению Вебстера, они "жили в солдатской мечте".
Это должно было стать лучшим летом для личного состава роты "Е". Но в действительности через пару недель большинство из них возненавидели его. Они были недовольны армейской бюрократией, им было скучно, они слишком много пили, и они хотели вернуться домой.
Отправка домой зависела от баллов, которые стали едва ли не единственной темой разговоров, и были причиной недобрых чувств. Согласно системе, установленной армией, человек получал баллы за каждый месяц нахождения на действительной службе, баллы за участие в кампаниях, баллы за награды, баллы для женатых. Магическим числом являлись 85 баллов. Те, у кого набиралось столько или более, имели право на немедленную отправку домой и увольнение в запас. Люди с меньшим количеством баллов были обречены оставаться в дивизии, предположительно до самого "Большого Прыжка" в Китай или Японию.
Так что, впервые в своей армейской карьере, офицеры и солдаты оказались серьезно озабочены медалями. Бронзовая Звезда давала пять баллов. В армейской иерархии и бюрократии неизбежно появлялись фавориты. Лейтенант Фоли вспоминал, что "полковой адъютант получил Бронзовую Звезду за то, что – по слухам – выбрал отель Целль для размещения штаба Синка".
Личный состав "Изи" чувствовал себя обманутым в другом плане: парашютистам было чертовски сложно, практически невозможно получить любую медаль, кроме Пурпурного сердца. "В 101-й, например", писал Вебстер, "лишь два человека были награждены Медалью Почета – рядовой и подполковник из 502-го – и оба погибли. Майор Уинтерс, законно заслуживший ее за дело с немецкой батареей в Нормандии, стал единственным кавалером Креста за Выдающиеся заслуги во 2-м батальоне. В роте "Е" капитан Спирс и двое или трое других стопроцентно болжны были иметь Серебряные Звезды, а еще около дюжины заслужили Бронзовые Звезды. Пурпурных Сердец было в достатке, но они были не наградой, а лишь знаком принадлежности: пехота".
У большинства людей из роты "Е" из наград были лишь четыре "боевые звезды" на ленточке медали Европейско-Африканско-Средневосточной кампании****: не больше, чем у писаря из строевого отдела, ни разу не покидавшего расположение части. "Вот, например, Маккланг", сетовал Вебстер. "Тихий, долговязый и не впечатляющий, его никто не замечал. Но товарищи из его третьего взвода клянутся, что "Одно легкое"***** убил больше немцев, чем любой в батальоне. Маккланг чуял фрицев, он охотился на них, он преследовал их в атаках на рассвете и ночных патрулях. Он шел своим путем, чтобы убивать их, он рисковал больше и вызывался добровольцем на опасные задания чаще, чем любой в роте "Е". Маккланг пробыл в Нормандии, Голландии и Бастони от и до, и что он мог продемонстрировать в результате? Ленточку ETO и четыре "боевые звезды".
Сержант Шифти Пауэрс был из той же категории. Солдат, столь же хороший, какими они были в 101-й, но у него не было ни медалей, ни Пурпурного Сердца, поэтому ему недоставало баллов. Ропот достиг такой степени, что генерал Тейлор решил провести в каждой роте лотерею – победитель будет отправлен домой. Пауэрс не хотел участвовать в ней. "Черт возьми, Пол", сказал он сержанту Роджерсу, "я ни разу в жизни ничего не выигрывал". Однако Роджерс убедил его пойти, и он выиграл.
Тут же один из солдат предложил Пауэрсу тысячу долларов за эту возможность поехать домой. Пауэрс вспоминал: "В какой-то момент я подумал было, что тысяча – это хорошие деньги, но, в конце концов, сказал: "Нет, думаю, я просто поеду домой".
Пауэрс собрал свои трофеи, состоящие, в основном, из пистолетов, оформил документы, получил все причитающиеся деньги и присоединился к десяти другим счастливчикам, чтобы выехать в Мюнхен. Двигавшийся по изгибу дороги американский армейский грузовик лоб в лоб столкнулся с их грузовиком. Пауэрс вылетел из машины через верх, ударился о тротуар, получил несколько переломов и тяжелое сотрясение мозга. Еще один из солдат-"счастливчиков" погиб. Пауэрс отправился в госпиталь, где из-за воров лишился денег и трофеев. В конце концов, он вернулся домой на госпитальном судне, на несколько месяцев позже оставленных им товарищей.
К расстройству от вида поваров и писарей, получавших столько же баллов, что и фронтовики-пехотинцы, добавлялась бессистемность их учета. Личный состав провел многие часы, подсчитывая общую сумму своих баллов, но штука была в том, что, чтобы убедить в этом службу полкового адъютанта. Вебстер был уверен, что у него есть 87 баллов, но из записей выходило, что их меньше 80.
Генерал Тейлор пытался помочь своим ветеранам. Он отдал приказ, согласно которому каждый, кто был в Нормандии, Голландии и Бельгии, или участвовал в двух из этих кампаний и пропустил третью из-за ранения, получит Бронзовую Звезду. Это, разумеется, было высоко оценено, но в течение какого-то времени вызывало больше разочарований, потому что с момента заявления Тейлора до фактического получения медали и поощрения – а с ними и столь важных пяти баллов – прошло несколько недель.
Вся эта мелочная возня вызывала глубокую неудовлетворенность армией и ее действиями. Среди офицеров и солдат шныряли вербовщики, пытающиеся убедить их вступить в регулярную армию. Почти никто не делал этого. Вебстер озвучил чувства большинства своих сослуживцев, написав своим родителям: "Я ненавижу эту армию, и мои чувства столь глубоки и неизменны, что я не скажу о ней ничего хорошего до тех пор, покуда жив. Я считаю, что время, проведенное мною в армии, на 90% потрачено впустую". Единственное, в чем он признавался – "я научиться ладить с людьми". Когда Синк предложил Уинтерсу пойти офицером на постоянную службу, тот задумался об этом на пару мгновений, а потом ответил, что лучше откажется.
К разочарованию и гневу, вызванными балльной системой, добавлялось сочетание чрезмерных количеств спиртного, пистолетов и трофейных машин. В Австрии дорожно-транспортные происшествия представляли для 101-й почти такую же опасность, как немецкая армия в Бельгии. В течение первых трех недель в Австрии произошло семьдесят аварий, и еще больше за шесть недель в июне и июле. Двадцать человек погибли, около ста получили ранения.
Однажды ночью сержант Роберт Марш вез рядового Джона Яновека обратно с поста по проселочной дороге. Яновек оперся о ненадежно закрытую дверцу немецкого грузовика. Они налетели на бревно. Он потерял равновесие, выпал и ударился головой о мостовую. Марш повез его в полковой медпункт в Целль-ам-Зее, но он умер по дороге из-за перелома основания черепа. Капитан Спирс собрал его немногие пожитки: часы, парашютные "крылышки", бумажник и сделанный из куска парашюта шарф, и отправил их родителям Яновека. "Он проделал долгий путь", написал Вебстер. "Он прыгал в Голландии и воевал в Бастони. Он ненавидел армию, а теперь, когда война закончилась, и перед ним был прекрасный шанс оказаться дома, он погиб".
Марш не пил. Рота "Изи" гордилась своими отчетами, касающимся несения службы в караулах и на блокпостах трезвыми, ответственными солдатами, не водящими в пьяном виде. Другие не были столь осмотрительны. Рядовой О'Киф вспоминал ночь, когда он с рядовым Ллойдом Гаем был на блокпосту Зальфельденом и Целль-ам-Зее. "Открытый немецкий штабной автомобиль катил по дороге и не собирался тормозить. Гай и я выскочили перед ним и заставили остановиться. Там были два человека, одетых в немецкую форму, оба пьяные. "За каким чертом вы нас остановили? Мы на вашей стороне".
"Это была пара наших десантников, но из какой-то другой роты. Мы сказали им: "Черт возьми, вы могли бы посносить вам башки!" В конце концов, они пообещали ехать помедленнее. Мы сказали им, что примерно в десяти милях по дороге находится следующий пост, чтобы они помнили об этом, и ехали медленно. Они обещали успокоиться".
"Но когда мы вернулись с поста, то узнали, что эти двое чертовых придурков выкатились прямо на пост Веллинга. Тот заорал им: "Стой! Стой!" После третьего "Стой!" Веллинг выстрелил и попал в водителя". Позже он навестил раненого в госпитале. Тот сказал, что не испытывает к Веллингу никаких злых чувств, поскольку и сам сделал бы то же самое.
Сержант "Чак" Грант, ветеран Токкоа, был улыбчивым, спортивным, светловолосым калифорнийцем, и пользовался всеобщим уважением – в Голландии он уничтожил 88-миллиметровку – и любовью. Однажды ночью он вез на блокпост пару рядовых для смены караула. По прибытии они застали переполох.
Пьяный "джи-ай" стоял с пистолетом в руке, у его ног лежало два мертвых немца. Он остановил их машину и потребовал бензин, поскольку у него он кончился. Но он не знал немецкого, а они – английского. Он решил, что они оказывают неповиновение, и пристрелил их.
Мимо случайно проезжал британский майор из военной разведки. Он и его сержант вылезли из джипа, чтобы посмотреть, что происходит. Пьяный "джи-ай" направил на них пистолет и велел убираться.
В тот самый момент подъехал Грант. Пьяный выстрелил в него, но промахнулся. Майор двинулся было, чтобы обезоружить его. "Джи-ай" развернулся и застрелил его, а затем и его сержанта. Грант бросился к нему. Алкаш выстрелил ему в голову, а затем сбежал.
Спирс чрезвычайно ценил Гранта. Узнав о стрельбе, он и лейтенант Фоли прыгнули в джип, прибыли на место, погрузили Гранта на носилки и понеслись в полковой медпункт. Находившийся там врач выглядел безобразно: небритый, неопрятный, в заляпанной рубашке. Он бросил взгляд на Гранта, и сказал: "Никакой надежды".
"Хрен там", ответил Спирс. Он затащил Гранта обратно на носилки и понесся дальше, на сей раз в Зальфельден. Спирс слышал, что там есть какие-то немецкие врачи. Один из них оказался нейрохирургом из Берлина. Он немедленно взялся за дело и спас Гранту жизнь.
Весть о стрельбе разнеслась по расположению. Большая часть личного состава роты "Е" отправилась на поиски виновника. Его обнаружили при попытке изнасилования австрийской девушки в Целль-ам-Зее. Он был из недавнего пополнения роты "I". К явному недовольству большинства личного состава его доставили в штаб роты живьем.
Он уже почти пожалел об этом. Половина роты кружила вокруг него, угрожая, пиная, клянясь отомстить. До того как случилось что-нибудь более серьезное, появился капитан Спирс, примчавшийся прямо из госпиталя.
"Где оружие?" крикнул Спирс задержанному.
"Какое оружие?"
Спирс достал пистолет, перехватил его за ствол и ударил его рукояткой прямо по макушке. Он закричал: "Когда разговариваешь с офицером, ты должен отвечать "Сэр", и ударил его еще раз.
Оглушенный "джи-ай" рухнул на стул. Вбежал рядовой Хэк Хансен из 2-го взвода Гранта, бывший его близким приятелем. Он выхватил пистолет. "Ах ты сукин сын", выругался он. "Я убивал людей и получше тебя". Он направил пистолет прямо в его лицо. Четверо человек набросились на Хансена сзади, и попытались оттащить, крича, что такая смерть слишком хороша для такого труса, но он нажал на спуск. Пистолет дал осечку.
"Видели бы вы того парня", заметил Гордон Карсон.
Они избили его до потери сознания, отволокли на полковую гауптвахту и сдали начальствующему там сержанту. Когда он очнулся, сержант избил его до крови.
На КП роты прибыл Синк. Он вошел и спросил сержанта Карсона: "Где Спирс?"
"Наверху, на втором этаже, сэр".
Синк поднялся и расспросил Спирса о случившемся. Это заняло порядка часа. Синк отбыл, после чего Спирс спустился вниз.
"Как оно было?" спросил Карсон.
"Довольно жестко".
"Ну, и что же он сказал?"
"Он сказал, что я должен был пристрелить этого сукиного сына".
То, что он этого не сделал, является примечательным. Одним из возможных объяснений, которое я получил от нескольких человек, было то, что у Спирса, должно быть, имелись какие-то сомнения, что арестованный человек был тем самым. Когда я спросил Спирс об этом, он ответил: "Что касается стрельбы в сержанта Гранта, вы поняли правильно. Должно быть, у меня в голове были сомнения, поскольку итоговые действия никогда не беспокоили меня".
Но мне интересно, не сработал ли тут еще один фактор? Спирс был не единственным, у кого был шанс пристрелить подонка. Грант имел такую же возможность в изначальной стычке. Человек, обнаруживший пьяницу из роты "I", мог застрелить его на месте, и почти каждый человек в роте, опрошенный мной говорил, что хотел бы, чтобы так и вышло. Но многие из них были на КП роты, когда его доставили туда, у них были пистолеты, но лишь один из них на самом деле попытался убить того человека, а четверо других удержали его.
Почти все, находившиеся в той комнате, убивали. Их кровь бурлила. Их гнев был глубок и холоден. Но в этом инциденте выделяется не выхватывание пистолета и избиение, а сдержанность. С них было довольно убийств.
Вскоре после этого происшествия капитан Спирс написал длинное письмо сержанту Форресту Гату, который находился в госпитале в Англии и написал Спирсу, выразив страх, что его переведут в другую дивизию. Спирс любил Гата, считая его хорошим солдатом, и высоко оценивал его способность держать все свое оружие в отличном состоянии. Он особенно ценил способность Гата взять напильник и, поработав над УСМ карабина М1, сделать его полностью автоматическим. (Уинтерс получил один из тех, "специальных от Гата". Он сохранил его, и взял с собой, когда отправился на войну в Корее. К сожалению, в наши дни Гат не смог вспомнить, как он это делал.)
В своем ответе Спирс ярко продемонстрировал свою другую черту. Это было длинное непринужденное письмо о событиях, произошедших в роте "Е" с тех пор, как Гат попал в госпиталь, полное той информации, которую Гату больше всего хотелось услышать. "Луз упал с мотоцикла и повредил руку, но не сильно, сержанту Тэлберту не нравится быть Первым сержантом, так что я дал ему 2-й взвод, а сержант Линч (2-й взвод) теперь Первый сержант. Теперь. Сержант Элли опять напился, и нам пришлось разжаловать его. Лейтенант Липтон в отпуске, в Шотландии, и очень рад этому. Я жду не дождусь отпуска в Англию, чтобы повидать жену и ребенка. Сержант Пауэрс был на пути домой, их грузовик перевернулся, он проломил голову и оказался в госпитале. Сержант Строль (3-й взвод) сейчас на пути домой, в Штаты. Чак Грант оказался на пути пули пьяного американца и с его головой все не очень хорошо – он в немецкой больнице неподалеку отсюда, и ему становится лучше. Сержант Маларки только что вернулся после долгого времени, проведенного в госпитале. Сержант Рейнхард только что вернулся с Ривьеры. Макграт не хочет брать отпуск – он экономит деньги".
Спирс сообщил Гату подробности о Бронзовой Звезде, которой он был удостоен за участие в кампаниях в Нормандии, Голландии и Бельгии, и пообещал сообщить ему, как только она придет. Он добавил постскриптум: "Кларк теперь техник-оружейник, Барлингейма отправили обратно в его взвод – он не мог обслуживать наш фрицевский генератор! У нас тут в Австрии есть постоянное электроснабжение и горячая вода!"
"Кстати, ты можешь носить колодку Президентский благодарности с дубовыми листьями на ней вне зависимости от того, в какой части окажешься – ты заслужил ее в 101-й десантной".
Рота распадалась. Генерал Тейлор приказал перевести весь имеющий большое количество баллов личный состав в 501-й, дислоцированный в Берхтесгадене. Полк был выведен в резерв и служил перевалочным пунктом для отправки имеющих много баллов людей в США для демобилизации. Все, оставшиеся от "старой" роты, были в госпиталях, или уже уволились. Новобранцы, попавшие в ее состав в Мурмелоне или Хагенау, теперь считались ветеранами.
Генерал Тейлор совершил поездку в Штаты. Когда он вернулся к концу июня, то объявил, что после зимнего отпуска в Штатах 101-я будет переброшена на Тихий океан. Тем временем военное ведомство настойчиво требовало, чтобы дивизия прошла полный курс подготовки, необходимый процесс, если она вновь отправится в бой, так как более трех четвертей дивизии составляли новобранцы.
Так что в распорядок дня вновь вернулись рукопашный бой и физические упражнения, равно как изучение матчасти и функционирования винтовок, пулеметов и карабинов. Маршевая подготовка. Условные сигналы. Действия в составе отделения. Проверки в казармах. Осмотры столовых принадлежностей. Воинский этикет и дисциплина. Первая помощь и санитария. Осмотр формы одежды. Чтение карт. Обращение с оружием. Целая неделя занятий по триангуляции. Стрельбы на полигоне. "Так оно и шло", писал Вебстер, "и я во всем этом, с нарастающим отвращением".
Вернулся лейтенант Пикок, с еще большим количеством дерьма, чем когда-либо. "Мы до такой степени страдали от его эксцессов в ходе подготовки", писал Вебстер, "что люди, знакомые с ним по Голландии и Бастони, даже видеть его не могли. Я был так зол и раздражен, что, если бы у меня было меньше 85 баллов, я бы добровольно отправился сражаться прямиком в Японию вместо того, чтобы провести еще один день под командованием Пикока".
К середине июля ушли все ветераны Нормандии, за исключением страдальца Вебстера, все никак не могущего убедить адъютанта зачесть его количество баллов. Полковник Синк произнес перед набравшими баллы прощальную речь:
"Ваш командир полка со смешанными чувствами наблюдет за отбытием вас, прекрасных офицеров и солдат. Он рад за каждого из вас. Вы трудились и сражались, и заслужили право вернуться к своим домам и своим друзьям.
Мне очень жаль, что вы уходите, потому что вы друзья и товарищи по оружию.
Большинство из вас в то или иное время получали от меня взбучку. Я надеюсь, что вы считаете это лишь справедливым взысканием. Оно никогда не означало ничего иного.
Я говорил вам, парни, чтобы вы получили эту Президентскую благодарность, и вы сделали это. Это ваша пожизненная заслуга и честь.
Да направит вас господь на вашем пути. И может тот, чья десница направляла вас в Нормандии, Голландии, Бастони и Германии, благосклонно приглядит за вами, и будет хранить вас до вашего самого последнего великого прыжка!"
В конце июля дивизию погрузили в теплушки и переместили во Францию. Рота "Е" разместилась в казармах в Жуаньи, небольшом городке к югу от Парижа. Уинтерс, Спирс, Фоли и остальные отправились в отпуск в Англию. 6 августа атомная бомба, сброшенная на Хиросиму, положила конец страхам относительно еще одной кампании на Тихом океане. После этого в десантных подразделениях все пришло в движение: личный состав с малым количеством баллов перевели в 17-ю дивизию, остальных – в 82-ю. Журнал 101-й, "Кричащий Орел", сетовал, что "дивизия больше походит на пункт приема пополнений, нежели на боевое подразделение".******
11 октября полковник Синк был назначен заместителем командира дивизии. 22 августа генерал Тейлор оставил 101-ю (или то, что от нее осталось), чтобы стать суперинтендантом Вест-Пойнта. Вскоре после этого 506-й собрался и передислоцировался в Берлин, чтобы войти в состав 82-й десантной. Говорят, что Синк плакал, когда его парни маршировали на станцию Жуаньи для отправки в 82-ю. Вебстер думал, что его поведение было уместным, поскольку он был "душой и сердцем нашего полка". В своих строках в 1946 году Вебстер продолжал: "Наше прекрасное полковое знамя темно-синего шелка с вышитыми на нем горой Курахи, молнией и шестью парашютами было свернуто и пылится в ящике в Национальном архиве в Вашингтоне".
30 ноября 1945 года 101-я дивизия была расформирована. Роты "Изи" более не существовало.
Рота была создана в июле 1942 года в Токкоа. Его существование по существу подошло к концу почти ровно три года спустя в Целль-ам-Зее в Австрии. За эти три года люди больше повидали, пережили и внесли больший вклад, чем большая часть людей повидала, пережила и привнесла за всю свою жизнь.
Они полагали, что армия была скучна, бесчувственна и никчемна, и ненавидели ее. Они обнаружили, что бой уродлив, разрушителен и смертоносен, и возненавидели его. Все, что угодно было лучше, чем кровь и бойня, грязь и нечистоты, невыносимые физические нагрузки – все, но только не подведение своих товарищей.
Также в бою они обрели братство, самое близкое, какое когда-либо знали. Они обрели самоотверженность. Они обнаружили, что могут любить другого парня в своем окопе больше, чем себя. Они обнаружили, что на войне люди, любившие жизнь отдадут свою жизнь за них.
Командирами роты было трое замечательных людей: Герберт Собел, Ричард Уинтерс и Рональд Спирс. Каждый из них оказал свое влияние, однако Уинтерс, который был связан с ротой с первого по тысяча девяносто пятый день, оставил наиболее глубокий след. По мнению тех, кто служил в роте "Изи", это была рота Дика Уинтерса.
В особенности это чувствовали нижние чины. Те, кто в бою служили капралами и сержантами, в Токкоа были рядовыми. Они провели в роте "Е" все три года. Офицеры, за исключением Уинтерса, приходили и уходили. Многие офицеры сохранили связь с ротой "Е", будучи в составе штабов батальона или полка, но только Уинтерсу и нижним чинам можно засчитать (включая время, проведенное в госпиталях) каждый день существования роты. Они были вместе, большинство из них, во время тех ужасных артобстрелов в лесах под Бастонью, и в тот критический момент в атаке на Фуа, перед тем как Спирс сменил Дайка. Признанными лидерами среди нижних чинов как на бумаге, так и в жизни были Первые сержанты: Уильям Эванс, Джеймс Дил, Кэрвуд Липтон, и Флойд Тэлберт.
30 сентября 1945 года сержант Тэлберт был в госпитале в Форт Бенджамин Гаррисон, в Индиане. Он написал письмо Уинтерсу. Он не дотягивал до Вебстера как писатель, но писал от всей души, и говорил от имени всех, кто когда-либо служил в роте "Изи".
Он сказал, что хотел бы, чтобы они могли собраться вместе и поговорить, потому что им многое хотелось бы сказать Уинтерсу. "Первое, что я попробую объяснить это… Дик, вы любимы и никогда не будете забыты никем из солдат, когда-либо служивших под вашим командованием, или, я бы сказал, вместе с вами, поскольку такова была ваша манера командовать. Для меня вы – величайший солдат, из всех, кого я когда-либо мог надеяться встретить.
На войне человек может получить нечто, чего невозможно добиться где-либо еще. Мне всегда казалось, что это укрепило мою уверенность в себе или что-то в этом роде. Не знаю, зачем говорю вам об этом. Вы все это знаете.
Хорошо, на этом буду заканчивать. Вы – самый лучший друг, который у меня когда-либо был, и мне лишь хотелось бы, чтобы для этого был другой повод. Вы были моим идеалом и двигателем в бою. Маленький майор, которого мы оба знаем, описал вас в двух словах, как "самого смелого и мужественного солдата, которого он когда-либо знал". И я чрезвычайно уважаю его суждение. Он тоже был великим солдатом, и я сообщил ему, что вы – величайший. Ну, теперь вы знаете, почему я пойду за вами в любое пекло. Когда я был с вами, то знал, что все было под полным контролем".
Уинтерс питал к своим людям столь же сильные чувства, как и они к нему. В 1991 году он подвел итог истории своей роты и ее значения:
"101-я воздушно-десантная состояла из сотен хороших, крепких рот. Однако рота "Е" 506-го парашютного полка выделяется среди них всех совершенно особыми узами, объединившими людей в единое целое.
Это совершенно особое, элитарное чувство близости начало складываться под влиянием напряжения, созданного капитаном Собелом в лагере Токкоа. В условиях такого стресса единственным способом, которым люди могли выжить, было объединиться вместе. Сержантов, в конечном счете, объединило участие в мятеже.
За напряжением тренировок последовал стресс в Нормандии – вытягивание ключевых боевых задач в ходе захвата Юта-бич. В бою вашей наградой за хорошо сделанную работу является получение следующей сложной задачи. Рота "Е" сохранила за собой право на их получение: в Голландии, Бельгии и Германии.
Результатом разделения всего этого напряжения на протяжении всей подготовки и боев стало образование между людьми из роты "Е" уз, которые сохранятся навечно".

* День Независимости США (прим. перев.)
** Игра слов, связанная с фамилией комбата, причем достаточно многозначная. Можно перевести как "потонуть шестого", "слиться шестого", или даже "сдохнуть шестого" (прим. перев.)
*** Кожаные штаны с подтяжками длиной до двух третей бедра или до колен. Традиционная народная мужская одежда в Баварии и Тироле (прим. перев.)
**** Награда ВС США, учрежденная 6 ноября 1942 года как знак отличия военнослужащих, несших службу на Европейском ТВД (включавшем в себя Северную Африку и Средний Восток) в годы Второй Мировой войны. "Боевые звезды", крепящиеся на ленте и колодке медали, обозначали участие награжденного в военных кампаниях, имевших место на данном ТВД (прим. перев.)
***** Прозвище, закрепившееся за Эрлом Макклангом во время боев за Сент-Мер-Эглиз. Происходит от игры слов в шутливом стихотворении, сочиненным про него Полом Роджерсом (прим. перев.)
****** Леонард Раппорт и Артур Нортвуд мл. "Свидание с судьбой: история 101-й воздушно-десантной дивизии" (форт Кэмпбелл, Кентукки, Ассоциация ветеранов 101-й воздушно-десантной дивизии, 1948), стр. 775.

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 01 мар 2017, 22:25 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 23 ноя 2012, 10:58
Сообщений: 1078
Команда: FEAR
Если это конец книги, то огромное спасибо за этот перевод!
Еще раз убедился насколько книга подробнее и выпуклее сериала.
Хотя и сериал сделал свое дело. Читая про Винтерса я представлял себе Дэмиана Люиса)))

Есть планы на следующую книгу?


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 02 мар 2017, 00:56 

Зарегистрирован: 19 янв 2013, 12:34
Сообщений: 1259
Команда: нет
нет желания издать?


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 02 мар 2017, 16:45 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 24 мар 2014, 20:05
Сообщений: 149
Команда: нет
Шикарно! Спасибо огромное за такой труд!


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 03 мар 2017, 14:20 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 1058
Команда: Grau Skorpionen
Эй, эй, джентльмены! Это еще не все!.. ;)
Данная глава сделана на основе перевода, любезно предоставленного ув. Catcher03. Я взял на себя смелость внести некоторые правки и подкорректировать сноски.

19. ПОСЛЕВОЕННЫЕ СТЕЗИ

1945 – 1991.
Сорок восемь бойцов роты E отдали жизни за свою страну. Более сотни человек получили ранения, многие из них тяжелые, некоторые были ранены дважды, несколько человек - трижды, один был ранен четыре раза. Большинство из них испытывали эмоциональный стресс, часто в тяжелой форме. Все они пожертвовали то, что считали лучшими годами своей жизни, войне. Они были вышколенными убийцами, привычными к резне и быстрому, жесткому противодействию. Лишь некоторые из них перед войной получили какое-либо образование в колледже – единственным навыком, которым владело большинство из них, было ремесло пехотинца.
Они демобилизовались с решением наверстать упущенное время. Они ринулись в колледжи, воспользовавшись привилегиями, которые дал им "Билль о правах "джи-ай"*, повсеместно воспетый ветеранами, как лучший законодательный акт из всех, что когда-либо принимало правительство США. Они женились и как можно быстрее заводили детей. После чего брались за устройство собственной жизни.
Эти люди добились выдающихся успехов, прежде всего благодаря своей решимости, целеустремленности и усердному труду, отчасти им помогли знания, почерпнутые из армейского опыта. Служа в армии, они воспитали уверенность в себе, самодисциплину и солидарность в том, что они смогут вынести больше, чем полагали возможным, что они могут работать в команде с другими людьми. Они пошли добровольцами в воздушно-десантные войска, потому что хотели быть вместе с лучшими, и превзойти себя. Они этого достигли. Не меньшего они хотели и от гражданской жизни, и в этом также преуспели.
Они обладали стальным характером, эти представители поколения, родившегося между 1910 и 1928 годами. Они были детьми Великой Депрессии, бойцами на величайшей в истории войне и создателями послевоенного экономического бума. Они приняли руку, протянутую им "Биллем о "джи-ай", но никогда не принимали подачек. Мужчины, пробившие себе дорогу. Некоторые из них разбогатели, некоторые стали влиятельными людьми, почти все они выстроили свои дома, исполнили свою работу, взрастили свои семьи и прожили хорошую жизнь, в полной мере вкусив той свободы, которую они помогли уберечь.
Уместно будет начать с тяжелораненых. Капрал Вальтер Гордон под Бастонью был ранен пулей в спину и парализован. Через шесть недель, в английском госпитале, лежа беспомощно со скобой Кратчфилда** на голове, он начал испытывать ощущения в своих конечностях. Лечением занимался доктор Стадиум, который становился в изножье кровати и третировал его: "Гордон, ты обыкновенный придуривающийся сачок". Гордон напрягался и, скрипя от злости зубами, пошел на поправку. Из-за того, что Стадиум беспрестанно его дразнил, по словам Гордона: "Мне никогда и в голову не приходило, что я могу стать беспомощным калекой".
Когда сняли скобу, Стадиум вывел его прогуляться, или, точнее сказать, проволочить ноги. Весной 1945 года Гордон, числившийся в категории "ходячий раненый", на госпитальном судне был отослан обратно в Штаты, где в госпитале Лоусон Дженерал, в Атланте, он потихоньку начал восстанавливаться. Когда в Европе завершились боевые действия, он все еще находился в госпитале. Спина болела, когда он ходил, когда сидел и даже когда спал. Любая физическая работа была за гранью его возможностей, и, само собой разумеется, о продолжении армейской службы не могло быть и речи. В середине июня отец потребовал сообщить, когда же его выпишут. "Я не знаю", только и смог ответить Гордон.
16 июня Гордон пришел на обследование. После которого молодой врач сказал, что Гордона переводят в Форт Беннинг, поскольку он признан ограниченно годным к несению службы. Насколько Гордон мог разобраться, причина была такова: "Поврежденные нервы заживают медленно, а увольнение ветерана с такой степенью инвалидности повлечет за собой законную выплату солидной компенсации. Если же оставить меня на службе еще на несколько месяцев, то мое состояние, несомненно, улучшится".
Гордон позвонил отцу, чтобы сообщить ему новости. Отец в ответ на это разразился тирадой. "Он напомнил, что я был дважды ранен, и сейчас, по его словам, был калекой. Он решил, что я сполна отдал свой долг, и пришло время вернуться домой".
Потом он приказал своему сыну, чтобы тот передал врачу ультиматум.
Гордон, пусть и с некоторым смущением, поступил, как ему сказали. Он начал с объяснений, указав на то, что это послание от его отца, а сам он не имеет к этим словам никакого отношения.
"Короче! – рявкнул доктор, показывая насколько он занят".
"Отец просит передать вам, что если меня отправят куда-либо кроме родного дома, он заберет меня, чтобы слетать в Вашингтон и, если понадобится, разденет меня по пояс прямо на заседании Сената".
У дока вытянулось лицо. По мнению Гордона на нем читалось: "Господи, не хватало мне еще попасть под горячую руку сенатора от штата Миссисипи. Это же прямой билет на Тихий океан. Избавься от него".
Вслух же врач сказал: "Окей, немедленное комиссование с присвоением первой группы инвалидности". Он проследил, чтобы Гордон получил новое обмундирование, отвел его к дантисту, чтобы запломбировать зубы, и оформил выходное пособие.
Гордон поступил на юридический факультет Университета Камберленд в Лебаноне, штат Теннеси. Его пособие по инвалидности первой группы составляло 200 долларов в месяц, к которым приплюсовывались компенсации, положенные по закону о льготах. "Я был богатым студентом". И вдобавок прилежным. Он сдал экзамен по адвокатуре еще до того как получил степень юриста, "так что я стал лицензированным адвокатом, все еще посещая школу". После присвоения степени он работал на несколько крупных нефтяных компаний в южной Луизиане. В 1951-м году, находясь в отпуске в мексиканском Акапулько, он познакомился с Бетти Людо. Спустя год, они поженились, переехали в Лафайет, штат Луизиана, и положили начало семье, в которой родилось пятеро детей, четверо из которых были девочки. "Я понимал, что моей зарплаты недостаточно, чтобы обеспечивать Бетти в том объеме, который ей требовался", рассказывал Гордон, "поэтому я решил работать на себя".
Он занялся чрезвычайно рискованным бизнесом - покупка и продажа контрактов на аренду нефтяных участков, играя на фьючерсах***. И он преуспел в этом. Сегодня Гордоны владеют домом в Лафайете и апартаментами в Пасс Крисчен, Миссисипи; Новом Орлеане и Акапулько. Он по-прежнему испытывает боли и ходит с некоторым трудом, однако Гордоны осчастливлены чудесными детьми и внуками, они по-прежнему любят друг друга, любят друг над другом подшучивать, они прожили прекрасную жизнь.
"Как же вы относитесь к вашей армейской службе?" спросил я по завершении нашего трехдневного интервью.
"Это самые важные три года моей жизни", ответил Гордон. "Они оказали сильнейшее влияние на меня. Я завел друзей, значимее которых так и не встретил до сегодняшнего дня. Самое невероятное в том, что мне посчастливилось пережить все это, и еще больше повезло в том, что я был вместе с этими выдающимися людьми".
В декабре 1991 года Гордон увидел заметку в "Галфпорт Сан Геральд". В ней говорилось, что мэр голландского Эйндховена Ян Рицема отказался принять генерала Нормана Шварцкопфа, потому что у командующего войсками ООН в Войне в Заливе "руки залиты кровью". Рицема так отзывался о Шварцкопфе: "Это человек, придумавший самый эффективный способ убить как можно большее количество людей".
Гордон писал мэру Рицеме:
"17 сентября 1944 года я принимал участие в крупной воздушно-десантной операции, целью которой было освобождение вашей страны. В составе роты "E" 506-го парашютно-десантного полка, я высадился неподалеку от городка Сон. На следующий день мы выдвинулись на юг и освободили Эйндховен. Выполняя нашу задачу, мы понесли потери. Так военные говорят о пролитой крови. Свыше двух месяцев мы занимали различные оборонительные позиции. Словно звери мы старались выжить в норах и сараях. Погода была холодной и мокрой. Но мы, несмотря на суровые условия, не отдали землю, которую с таким трудом отвоевали.
Жители Голландии в те времена не разделяли ваше отвращение к кровопролитию, поскольку тогда лилась кровь немцев, оккупировавших ваш город. Как быстро мы всё позабыли. Не единожды история доказывала, что Голландия вновь может быть завоевана, если у ваших соседей, немцев, выдастся скучный уик-энд, и поля для гольфа окажутся занятыми.
Пожалуйста, не допустите, чтобы вашу страну поглотил Лихтенштейн или Ватикан, поскольку я не планирую возвращаться. Отныне вы сами по себе".
Сержант Джо Той так описывает пережитое:
"Получив ранение (мое четвертое Пурпурное сердце) в Бастони, я перенес несколько операций. Главной из них была ампутация правой ноги выше колена. Позже провели еще две операции, для того чтобы удалить осколки из верхней части грудной полости – хирургу пришлось извлекать их со стороны спины.
Я женился 15 декабря 1945, все еще находясь в госпитале в Атлантик Сити. Был уволен из армии 8 февраля 1946 года".
Он получил вторую группу инвалидности. Перед войной он работал формовщиком в литейном цеху, но с деревянной ногой больше не мог этим заниматься. Он нанялся на текстильную фабрику в Рединге, Пенсильвания, потом проработал двадцать лет заточником в "Вифлеем Стил".
У него три сына и дочь. "Я привык ходить с ребятами на охоту и на рыбалку, но никогда не брал с собой оружие – опасался споткнуться. Все из-за протеза, если зацеплюсь им, мне же будет крышка, понимаете. Поэтому оружие я не брал. Но детей я возил охотиться на оленей и рыбачить. Каждый год я езжу с ними в Канаду отдыхать на природе".
С 1946 года ножные протезы серьезно усовершенствовались. Той ощущает на себе заботу врачей ветеранских госпиталей, которые обеспечили его самым современным устройством. У него есть единственная жалоба. Он хотел бы два протеза, один немного шире в том месте, куда вставляется культя. Но из-за врачей, говорящих, что и одного протеза будет достаточно, "мне ни в коем случае нельзя терять или набирать вес, иначе эта штуковина перестанет подходить по размеру".
Сержант Билл Гварнери также лишился в Бастони ноги выше колена. Он демобилизовался летом 1945 года со второй группой инвалидности. Он женился, завел ребенка и вернулся к работе. Он был типографом, продавцом, клерком в Администрации по делам ветеранов, столяром, и все это с протезом. У него была путаница в документах, в результате он потерял деньги, что привело к серьезному разбирательству с Администрацией по делам ветеранов. В 1967-м он, наконец, получил инвалидность первой степени и смог выйти на пенсию. Он выбросил свой протез и последние двадцать четыре года передвигается на костылях. Ходит он быстрее, чем большинство молодых парней на своих двоих. Вместе со своей женой Фрэн он проживает в Южной Филли****, там же где и вырос. У них пятеро детей, его старший сын был десантником и служил во Вьетнаме. Гварнери принимает заметное участие в деятельности ветеранской организации 101-й дивизии и в сборах ветеранов роты "Е".
Сержант Чак Грант после войны раненый в голову в Австрии пьяным "джи-ай" был спасен немецким доктором. Он потихоньку восстановился, хотя и испытывал затруднения с речью, а его левая рука была частично парализована. После комиссования с инвалидностью первой степени он жил в Сан-Франциско, где управлял небольшим табачным магазином. Долгие годы он регулярно посещал собрания роты "Е" и участвовал в деятельности ветеранской ассоциации 101-й дивизии. Майк Рэнни выдвинул его на должность представителя 506-го полка в правлении ассоциации, он был избран на этот пост и служил с большой гордостью. Умер он в 1984-м году.
Лейтенант Фред "Лось" Хайлигер, получивший в Голландии две пули от собственного подчиненного, на самолете был отправлен в госпиталь в Глазго, потом на лайнере "Куин Элизабет" отбыл в Нью-Йорк. В течение следующих двух с половиной лет его переводили еще три раза. До своего увольнения в феврале 1947 года он перенес трансплантацию кожи и нервов. Воспользовавшись преимуществами закона о льготах, он поступил в Массачусетский Университет, который окончил в 1950 году, получив ученую степень по декоративному садоводству. Следующие сорок лет он работал на различные ландшафтные компании и гольф клубы в качестве консультанта и поставщика. У него два сына и дочь, он продолжает заниматься своими хобби: охотой с луком, любительской орнитологией и кемпингом.
Сержант Лео Бойл был комиссован 22 июня 1945 года, проведя девять месяцев в госпиталях Бельгии, Англии и США. Получил третью степень инвалидности. Он устроился работать на железную дорогу тормозильщиком, однако его ноги не выдерживали нагрузки. После этого он работал в почтовой конторе, сортировал корреспонденцию, и вновь ноги подвели его. "К тому времени я был настолько болен и расстроен, что обратился в ветеранский госпиталь. Несколько дней спустя, комиссия из трех докторов заключила, что у меня вторая степень инвалидности и выписали меня, не оказав никакой помощи в трудоустройстве".
Бойл воспользовался льготой "Билла о "джи-ай" для поступления Орегонский Университет, где обучался политологии и с отличием закончил его, получив степень магистра. Он занялся преподаванием в средней школе и со временем специализировался на работе с труднообучаемыми. "Эта профессия приносила мне исключительное удовлетворение. У детей-инвалидов и их учителя всегда складываются теплые и добрые отношения". В 1979 он вышел на пенсию и был награжден "Ключом за службу" Фи Дельта Каппа***** за "Руководство и исследования в области обучения лиц с психическими и физическими недостатками".
Еще двое членов роты, последний Первый сержант и ее первый командир, также стали жертвами войны. Сержант Флойд Тэлберт получил шрамы и ранения, которые перенес без особых последствий, но воспоминания сломили его. Он стал бродягой и алкоголиком. Зарабатывал на жизнь как рыбак, охотник, траппер и проводник в северной Калифорнии. Он перенес несколько инфарктов******.
Тэлберт был одним из нескольких ветеранов роты, пропавших с горизонта. В 1980 году Гордон обратился за помощью к своему конгрессмену и сыну Джорджа Луза, Стиву, чтобы найти Тэлберта. К поискам присоединился сержант Майк Рэнни. В конце концов, они обнаружили его в Рединге, штат Калифорния, и уговорили посетить встречу сослуживцев в Сан Диего в 1981-м.
Рэнни разослал его адрес. Уинтерс и другие написали ему письма. Тэлберт в своем трехстраничном, написанном от руки письме Уинтерсу вспоминал, через что им пришлось пройти вместе.
"Вы помните день, когда вели нас в атаку на Карантан? Видеть посреди той дороги вас, требующего атаковать, это незабываемое зрелище!.. Вы вспоминаете наше отступление в Голландии? Лейтенант Пикок тогда бросил на дороге свой карабин. Он не собирался двигаться. Клянусь Богом, я сказал, чтобы он поднял карабин и продолжил движение, иначе я пристрелю его. И он подчинился. Он нравился мне, он был добросовестным, придерживающимся устава офицером, но не солдатом. Пока он позволял мне руководить личным составом, я нормально уживался с ним.
Дик, это можно продолжать бесконечно. Я никогда не обсуждал эти вещи ни с кем на свете. Воспоминания о том, что с нами происходило, проклятье, они почти священны для меня".
Он подписался: "Ваш навеки преданный Солдат".
В конверт с письмом Тэлберт вложил свое нынешнее фото. На ней он выглядел, как траппер. В своем ответном письме Уинтерс попросил его сбрить бороду и подстричься, если он намеревается приехать в Сан Диего. Тэлберт послушался, но появился одетым в истрепанный охотничий костюм. В первое же утро Гордон и Дон Мун отвели его в магазин и купили ему новую одежду. Незадолго до конца того же года он умер.
Гордон написал ему эпитафию: "Почти все бойцы роты "Е" пострадали от ранений разной степени тяжести. Кто-то из нас охромел, у кого-то испортилось зрение или слух, но мы за редким исключением перестроили свою жизнь, чтобы приспособиться к этим ранам. Тэб продолжал ежедневную битву со своим внутренним демоном. Служа своей стране, он заплатил высокую цену. Больше он мог бы отдать, лишь положив свою жизнь".
Дик Уинтерс отдал ему последние почести: "Если бы мне пришлось выбирать единственного человека, который пойдет со мной на боевое задание, им бы был Тэлберт".
Капитан Герберт Собел не получил физических ран, чего нельзя сказать о его душевном здоровье. Он также исчез из виду. Он женился, завел двух сыновей, развелся и был отлучен от своих детей. Работал бухгалтером в компании по производству бытовой техники в Чикаго. Однажды в начале 60-х майор Кларенс Хестер оказался в Чикаго по делам и пригласил Собела на ланч. Выяснилось, что тот обижен на жизнь в целом и на роту "Е" в частности. Двадцать лет спустя Гварнери попытался разыскать Собела. Удалось найти его сестру, которая рассказала, что у Собела было тяжелое психическое расстройство, и он винил в своих бедах бойцов роты "Е". Гварнери, тем не менее, оплатил за Собела членские взносы в ветеранскую организацию 101-й дивизии, надеясь, что это привлечет его, но все оказалось безрезультатно. Вскоре после этого капитан Собел пытался застрелиться. Это ему не удалось. В конечном счете, он умер в сентябре 1988 года. Похороны представляли собой тяжелое зрелище. На церемонии не присутствовали ни его бывшая жена, ни сыновья, ни ветераны роты "Е".
Сержант "Скинни" Сиск также пережил тяжелую встряску из-за своих воспоминаний о войне. В июле 1991 года он прислал Уинтерсу письмо, рассказывающее об этом.
"После войны я только и делал, что пытался залить спиртным ту уйму фрицев, что я навалил в Голландии, и того закоренелого наци, за которым отправился в Баварские Альпы и убил. Старина Мо Алли как-то заметил, что все убитые мной люди однажды доберутся до моей постели, так собственно и случилось. После войны у меня начались частые галлюцинации, и я стал пить. Ха! Ха!
Как-то раз четырехлетняя дочка моей сестры зашла ко мне в спальню (для остальных членов семьи я был невыносим – либо я мучился похмельем, либо был пьян) и сказала, что Иисус любит меня, и сама она любит меня. И если я покаюсь, то Бог простит меня за всех тех людей, которых я снова и снова пытаюсь убить.
Эта девочка достучалась до меня. Я вывел ее из комнаты и сказал, чтобы она шла к маме. Потом я немедленно преклонил голову над старой периной, принадлежавшей моей матери, и покаялся, и Господь простил меня за войну и все плохое, совершенное мною за эти годы. Во второй половине 1949 года я был посвящен в духовный сан и, поверьте мне, Дик, с той поры я напился с одним-единственным человеком, да и то это было нужно ему. У меня четверо детей, девять внуков и два правнука.
По воле Господа и желанию Иисуса я надеюсь повидаться со всеми вами на следующей встрече. Если же нет, то увидимся на последнем прыжке. Я знаю, что вы не застрянете в двери".

* Закон о трудоустройстве военнослужащих (Servicemen's Readjustment Act), также известный как "Билль о правах "джи-ай" (G.I. Bill of Rights). Был подписан 22 июня 1944 года и предоставлял увольняемым с военной службы ветеранам различные преференции (прим. перев.)
** Скоба Кратчфилда – устройство, применяемое для иммобилизации при лечении переломов позвоночника. Состоит из скобы, фиксирующейся к черепу, и системы блоков, осуществляющих тягу (прим. перев.)
*** Это аналог спора между двумя соучастниками сделки касательно цены базового актива в будущем, т.е. сегодня участники сделки достигают договоренности о той цене, по которой в будущем продавец продаст, а покупатель купит актив, находящийся в основе фьючерса (прим. перев.)
**** Южная Филадельфия – небогатый район города Филадельфия, в котором проживали, в основном, американцы итальянского и ирландского происхождения, в настоящее время весьма богато разбавленные чернокожими и мексиканцами (прим. перев.)
***** Почетная награда общества "Фи Дельта Каппа" – американская организация профессионалов в области образования, объединяющая свыше 135 тыс. педагогов. Задача общества состоит в "продвижении высококачественного образования, необходимого для развития и поддержания демократического образа жизни" (прим. перев.)
****** Информация по Тэлберту неверна, см. примечание.

_________________
Amat Victoria Curam


Последний раз редактировалось Lis (G.S.) 04 мар 2017, 18:10, всего редактировалось 2 раз(а).

Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 03 мар 2017, 23:16 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 1058
Команда: Grau Skorpionen
Участие роты "Е" в обороне страны не завершилось и после ее роспуска. Несколько человек продолжили службу в армии. Лейтенант С. H. Мэтьюсон, офицер из первоначального состава роты, который быстро выдвинулся в штаб полка, стал двухзвездным генералом и командиром 101-й дивизии. Боб Брюер дослужился до полковника, проработав большую часть своей жизни на Центральное Разведывательное Управление (ЦРУ) на Дальнем Востоке. Эд Шеймс стал полковником резерва.
Сержант Кларенс Лиолл сделал карьеру в ВДВ. Он совершил два боевых прыжка в Корее и в 1954-м был назначен на должность советника во французский 29-й парашютный полк. 29-й находился под Дьенбьенфу. Лиолл выбрался оттуда за две недели до капитуляции гарнизона. Это один из немногих людей, совершивших четыре боевых прыжка, и, все всякого сомнения, единственный, кто принимал участие как в битве за Арденны, так и в обороне Дьенбьенфу.
Сержант Роберт "Репей" Смит тоже остался в десанте, он был произведен в офицеры и со временем дорос до подполковника. Командовал резервным подразделением сил специального назначения в Сан-Франциско. В декабре 1979-го он писал Уинтерсу:
"В итоге моя служба в резерве привела меня на новую работу в правительственном агентстве, что повлекло за собой восемь лет работы в Лаосе в качестве гражданского советника крупного партизанского формирования. Я продолжал прыгать с парашютом до 1974 года, когда, потеряв к этому интерес, занялся дельтапланеризмом, и с той поры это занятие стало моей всепожирающей страстью… В настоящее время я служу специальным помощником командира отряда "Дельта", антитеррористической оперативной группы, расквартированной в Форте Брэгг. Я специализируюсь на (сюрприз! сюрприз!): воздушно-десантных операциях, стрелковом оружии и тактике действий малых подразделений.
Мой кабинет расположен на Бакнер Роуд, прямо через дорогу от того места, где мы базировались до отъезда в Англию. Старые здания не изменились с тех пор, как ты их видел, и они по-прежнему используются…
Странная штука эта «Современная Армия», Дик. Я вхожу в состав подразделения, считающегося лучшим в армии США, отряд "Дельта", я верю, что так оно и есть. И все же чисто по-человечески я бы, не раздумывая, выбрал свою десантную роту! За те три года мы обрели нечто ни с чем несравнимое".
В 1980-м году он должен был отправиться на операцию по спасению заложников в Иран*, однако когда об этом узнали в ЦРУ, последовал категорический запрет, поскольку он знал слишком много секретов. "Вот так я пропустил, несомненно, последнее в своей жизни приключение", писал он Уинтерсу. "Почти два года, Дик, я жил, работал и тренировался с "Дельтой" и остаться не у дел для меня невыносимо".
Это подвигло Смита порассуждать о лидерстве. Он писал об Уинтерсе: "Вы были благословлены (некоторые сказали бы, вознаграждены) постоянным вниманием и восхищением 120-ти солдат, фактически штатских одетых в военную форму, которые пошли бы за вами на верную смерть. Я пробыл солдатом большую часть своей сознательной жизни. За все это время встретил лишь горстку отличных солдат, и из этой горстки половину или менее – во время Второй мировой, и двое из них были из "Изи" – вы и Билл Гварнери. Остальные из нас были вполне себе… Хорошие солдаты в общей массе, а некоторые выше среднего уровня, но я знаю о "благородстве в трудной ситуации"** столько же, сколько и остальные, а то и поболее некоторых. У вас оно было".
В 1980-м году, выполняя полет на экспериментальном дельтаплане, Смит разбился и получил тяжелые травму. При проведении операции на легких врачи обнаружили у него рак. Рэдер, который 6 июня 1944 года вытащил Смита с затопленного поля, навестил его в больнице. Они затеяли игру в имена – один называл имя сослуживца из Токкоа, а другой давал его краткий словесный портрет. Вскоре после этой встречи Смит скончался.
Сержант Амос "Бак" Тэйлор четверть века проработал в Дальневосточном Управлении Отдела Секретных Операций ЦРУ, временами бывал в Вашингтоне, часто за границей. Он не распространяется насчет своих дел, говорит только, что "серьезная угроза нашей стране в этой части света исходила от коммунистического Китая и конечно СССР. Это даст вам некоторое представление о предмете моей работы. И довольно об этом".
Когда летом 1945 года капитан Спирс вернулся в Англию, выяснилось, что "вдова", на которой он женился, и которая родила ему сына, оказалась вовсе не вдовой. Ее муж вернулся из лагеря военнопленных. Она предпочла его Спирсу, и воссоединившаяся пара присвоила все трофеи, присланные Спирсом из Европы. Спирс решил остаться в армии. В Корее он совершил боевой прыжок и командовал стрелковой ротой на передовой. В 1956 году в Монтерее, штат Калифорния он прошел курсы русского языка, а затем получил назначение в Восточную Германию, в Потсдам, на должность офицера связи и взаимодействия с Советской Армией. В 1958-м он стал американским начальником*** тюрьмы Шпандау в Берлине, где отбывал пожизненное заключение Рудольф Гесс. В 1962-м Спирс отправился в Лаос в составе с представительства США при Королевской армии Лаоса.
Сейчас, когда ветераны роты "Е" звонят ему и начинают разговор со слов: "Вы вряд ли помните меня, но мы вместе воевали", Спирс отвечает: "Уточните, на какой войне?" Его сын Роберт, родившийся в Англии во время войны, сейчас служит в звании майора в Королевском Ее Величества стрелковом корпусе "Зеленые Куртки", и является "гордостью и отрадой" Спирса.
Дэвид Вебстер не мог понять, что могло заставить человека остаться в армии. Он хотел стать писателем. Он переехал в Калифорнию и перебивался различными случайными заработками, пока писал и представлял на суд статьи и книгу о своем военном опыте. Он опубликовал множество статей, лучшие из которых попали в "Сатердей Ивнинг Пост", но никак не мог найти издателя для своей книги. Он начал работать репортером, сначала в "Лос-Анджелес Дэйли Ньюс", затем в "Уолл-стрит Джорнэл". В 1951-м году он женился на Барбаре Штоссель, художнице и сестре Уолтера Джей Штосселя Мл., который впоследствии стал послом США в Польше, Советском Союзе и Западной Германии.
Вебстера всегда завораживали акулы. Барбара писала: "Акула для него стала олицетворением всего таинственного и свирепого, что есть в море. Он начал собирать материал для книги. Его исследования длились несколько лет. Акул он изучал воочию под водой, плавая среди них. Многих он выловил с помощью нехитрой снасти со своей одиннадцатифутовой парусной лодки, которую окрестил "Тузитала", что значит "Рассказчик"****. Он написал книгу и двадцать девять раз предлагал ее издателям, но так и не смог убедить их в том, что найдутся люди, которым будет интересно читать про акул.
9 сентября 1961-го года, Вебстер отправился в плавание из Санта-Моники, взяв с собой наживку, толстый линь и крюк для ловли акул. В порт он не вернулся. На следующий день полузатопленную "Тузиталу" обнаружили в пяти милях от берега. С борта исчезли румпель и одно из весел. Тело Вебстера так и не было найдено.
Барбара смогла издать его книгу об акулах*****. Она также издавалась в Британии и, в мягкой обложке, в Австралии. Когда в 1975-м году вышел роман "Челюсти", издательство "Дэлл" выпустило крупный тираж в мягкой обложке.
Трое из бывших сержантов разбогатели. Джон Мартин, поступивший в университет штата Огайо на деньги, полученные по "Биллю о "джи-ай", после его окончания вернулся работать на железную дорогу. Он стал начальником, получил машину, секретаря и служебное жилье, и принялся делать деньги на стороне, строя жилье за счет сделок. В 1961-м году он бросил все и, несмотря на бурные протесты своих жены и детей, учившихся в средней школе, переехал в Финикс, штат Аризона, где занялся строительством. Его начальный капитал составлял 8000 долларов, и все решили, что он спятил. В конце первого года сумма уплаченных им налогов превысила сумму, заработанную им за все время работы на железной дороге. Вскоре он уже возводил многоквартирные комплексы и центры сестринского ухода. Он включил в сферу своей деятельности Техас и Монтану. В 1970-м он купил скотоводческое ранчо в горах западной Монтаны. В настоящее врем он мультимиллионер. Он по-прежнему любит идти на риск, хотя больше не прыгает с парашютом. Он отверг все заманчивые предложения о продаже своего бизнеса. Сейчас президентом "Мартин Констракшн" является сам Джон Мартин, а его жена Патриция занимает посты вице-президента и казначея. Они также являются членами правления и единоличными владельцами.
Дон Мун воспользовался льготами, чтобы поступить в Гриннеллский колледж, по окончании которого ушел в рекламный бизнес. Его карьера росла бурно. В 1973 году он стал президентом "Кетчум, Маклеод энд Грув, Инк.", крупной рекламной фирмы из Нью-Йорка. Четыре года спустя, в возрасте пятидесяти одного года, он ушел на пенсию, построил дом во Флориде, и с тех пор пребывает там, проживая в роскоши.
Кэрвуд Липтон обучался инженерному делу в Маршалл колледже (ныне университет), пока его жена Джо Энн растила трех сыновей. Липтон поступил на работу в "Оуэнс-Иллинойс Инк." Его карьера в фирме пошла в гору. В 1971 году он переехал в Лондон, где занял пост директора по производству восьми стекольных фабрик в Англии и Шотландии. В 1974-м он перебрался в Швейцарию, в Женеву, в качестве ответственного за деятельность в Европе, Африке и на Ближнем Востоке. В 1975-м Джо Энн скончалась от инфаркта. В следующем году Липтон женился на Мэри Хоуп Махони, вдове, чей муж был хорошим другом семьи Липтонов. Мэри также была близкой подругой Джо Энн. По просьбе исполнительного директора "Юнайтед Гласс Лтд." он написал брошюру "Управление персоналом". Это была тема, в которой он прекрасно разбирался.
Липтон ушел на пенсию в 1983 году. Он пишет: "В настоящее время веду безбедную уединенную жизнь в Саутерн Пайнс, Северная Каролина, где, как я решил еще во время обучения в "Кэмп Маккол", я когда-нибудь обоснуюсь. Мои хобби – путешествия по миру, гольф, моделирование, работа по дереву и чтение".
Льюис Никсон всегда был богат. Он принял бразды правления обширной индустриальной и сельскохозяйственной империей своего отца и руководил ей, путешествуя по миру. Сегодня его главным увлечением является чтение.
Лейтенант Бак Комптон находился на службе обществу, поэтому стал скорее известен, нежели богат. С 1947 по 1951 год он был детективом в Управлении Полиции Лос-Анджелеса, после чего проработал двадцать лет помощником прокурора в окружном управлении, в итоге дослужившись до первого заместителя окружного прокурора. В 1968-м он вел следствие по делу Сирхана Сирхана****** и выступал обвинителем в суде. В 1970-м губернатор Рональд Рейган утвердил его в качестве судьи апелляционного суда штата Калифорния. У них с женой Донной две дочери и одна внучка. За ним по-прежнему остается репутация лучшего атлета роты, говорят, он скромно играет в гольф.
Сержант Майк Рэнни получил степень по журналистике в университете Северной Дакоты, сделал успешную карьеру репортера, редактора газеты и специалиста по связям с общественностью. У него с женой Джулией пять дочерей и семь внуков. В 1980 году он начал публиковать записи, названные им "Нерегулярный бюллетень роты "Е". Несколько примеров из него:
Март 1982: "Проживающие в Пенсильвании собрались у Дика Уинтерса, чтобы организовать вечеринку-сюрприз в честь Гарри Уэлша. Фенстермейкер, Штроль, Гварнери, Гат отлично провели время".
1980: "Встреча этим летом в Нэшвилле оказалась одной из крупнейших в истории роты "Е". Неполный список собравшихся: из офицеров – Дик Уинтерс, Гарри Уэлш, "Лось" Хайлигер и Бак Комптон; Чак Грант, Пол Роджерс, Вальтер Скотт Гордон, Типпер, Гварнери, Рэдер, Хеффрон, Рэнни, Джонни Мартин, Джордж Луз, Перконте, Джим Элли и не кто иной, как сам "Репей" Смит".
1983: "Дон Мун оставил рекламный бизнес и теперь ведет бурную жизнь во Флориде. Он, Гордон и Кэрвуд Липтон встречались в Новом Орлеане".
За парой исключений, у этих людей нет деловых или профессиональных связей. Все они живут в разных городах, немногие проживают в одном штате (за исключением Пенсильвании). Тем не менее, они не теряют связи друг с другом. В январе 1981 года Мун в своем письме благодарил Уинтерса за рождественский подарок и сообщил следующее: "Приятно знать, что Тэлберта наконец отыскали. Я немедленно ему позвонил, и после обмена оскорблениями мы поговорили. Я всегда любил Тэба. В былые дни он очень обо мне заботился. На Новый Год, в шесть утра по моему времени, Тэб позвонил, чтобы пожелать мне счастливого Нового года. Он был под мухой, но говорил связно. Признался, что прикладывается к бутылке, как мы и подозревали, однако находится в завязке за исключением особых случаев. Полагаю, канун Нового года был одним из таких "особых".
"Дон Маларки звонил мне в три ночи накануне Нового года, и он тоже был прилично поддатым".
Рэнни ушел на пенсию, чтобы писать стихи и мемуары, но в сентябре 1988 года он умер, прежде чем успел начать.
Помимо Хайлигера, Мартина, Гварнери и Тоя многие занялись строительством, конструированием, или иной формой созидания. Капитан Кларенс Хестер стал подрядчиком по кровельным работам в Сакраменто, Калифорния. Сержант Роберт "Попай" Уинн стал монтажником мостовых и строительных металлоконструкций. Рядовой Джон Плеша работал в управлении автомобильных дорог штата Вашингтон. Сержант Денвер "Бык" Рэндлмен был управляющим в подрядной фирме по возведению крупных объектов в Луизиане. Сержант Вальтер Хендрикс сорок пять лет отдал работе шлифовщика, обрабатывая гранит. Сержант Бартон "Пэт" Кристенсен проработал тридцать восемь лет в "Пасифик Телефон энд Телеграф Компани", занимаясь прокладкой новых линий, в итоге став управляющим и инструктором. Сержант Джим Алли стал плотником, потом работал на строительстве высоководной плотины на границе штата Вашингтон и Канады. Впоследствии он основал собственную строительную компанию в Калифорнии.
Несколько человек, как и Лео Бойл, занялись педагогической деятельностью. После двадцати лет службы в армии Сержант Лео Хэши вел курс по безопасности на воде в отделении Красного Креста в Портленде, штат Орегон. Он стал руководителем по обучению гигиене, здравоохранению и безопасности. Сержант Роберт Рэдер более тридцати лет обучал умственно отсталых детей в средней школе Пасо Роблес в Калифорнии. Капитан Гарри Уэлш сразу же по возвращению в Штаты женился, его невеста, Китти Гроган, была одета в платье, сшитое из запасного парашюта, который был на нем в "День-Д" и с которым он не расставался до самого конца войны. Он поступил в колледж, выучился, получил степень магистра и стал школьным методистом, а потом завучем. Сержант Форрест Гат изучил печатное дело, деревообработку, электротехнику, электронику, и вплоть до ухода на пенсию занимался звукорежиссурой и постановкой на школьных мероприятиях в Норфолке, штат Вирджиния, и Вилмингтоне, штат Делавэр.
Рядовой Ральф Стаффорд пишет:
"Окончив вуз в 1953 году, начал работать учителем в шестом классе в Форт Уорт. Пробыл три года учителем и 27 лет проработал директором начальной школы, и нежно любил это дело. Воистину, это было мое призвание. Я был избран председателем Пятого Округа Педагогической Ассоциации штата Техас (Даллас Форт Уорт, 20000 членов).
В 1950-м году я вместе с несколькими ребятами из управления пожарной охраны отправился на птичью охоту. Я подстрелил птицу и, взглянув на нее, преисполнился сожаления, поскольку птица не сделала, да и не могла сделать мне ничего плохого. Я вернулся в пикап и просидел в нем, пока не вернулись остальные, больше на охоту я не ходил".
Сержант Эд Типпер поступил в Мичиганский университет, где получил степень бакалавра, а затем в университет штата Колорадо, где стал магистром. Почти тридцать лет он учительствовал в средней школе в пригороде Денвера. A после выхода на пенсию, пишет он: "Я поехал на Коста-Рику, чтобы встретиться с одним из моих бывших учеников. Там я повстречал тридцатичетырехлетнюю Рози. После старомодных ухаживаний, продолжавшихся около года, мы поженились, несмотря на крайнее неприятие этого почти всеми известными мне людьми за исключением Дика Уинтерса. С ними трудно было не согласиться, поскольку выйти замуж за шестидесятиоднолетнего старика значит практически оставить надежду о создании семьи, это серьезный аргумент для женщин-католичек. Наша дочь Кэрри родилась почти через десять месяцев после дня нашей свадьбы. Рози поступила в медицинскую школу в Гвадалахаре и в 1989-м году получила степень доктора медицины".
Он недавно перенес операцию по удалению раковой опухоли. "Жена, дочь и я только что переехали в новый дом. Довольно странно покупать дом на седьмом десятке лет, но наш семейный девиз: "Лучше поздно, чем никогда".
Сержант Род Бэйн окончил Западно-Вашингтонский колледж (ныне университет) в 1950 году, в том же году женился. Он вырастил четырех детей и проработал двадцать пять лет учителем и завучем в Анкоридже, Аляска. Лето он проводит "ловя рыбу жаберной сетью, в погоне за юркой неркой".
Эд Типпер подводит итог вопросом: "Разве случайно, что столь многие бывшие десантники из роты "Е" стали учителями?! Вероятно, некоторых людей, время, отданное насилию и разрушению, влечет заняться чем-нибудь созидательным, чтобы уравновесить ту часть их жизни. Также, похоже, в группе, которую мы видим на наших собраниях, присутствует непропорциональное количество строителей зданий и тому подобных вещей".
Рядовой Брэдфорд Фримен возвратился на ферму. В 1990 году Уинтерс написал ему, что часто приезжает на Юг, чтобы повидать Вальтера Гордона и как-нибудь хотел бы остановиться у него, чтобы посмотреть его ферму. На что Фримен ответил: "Будет большой честью, если вы приедете в Миссисипи, чтобы повидать нас. У нас есть тенистое местечко для посиделок летом, а для зимы припасен отличный обогреватель. Кроме этого я занимаюсь садоводством, летом заготавливаю сено для коров, а зимой откармливаю их. Остальное время рыбачу и охочусь. Неподалеку от нас проходит Томбигби*******, и я наблюдаю за баржами, снующими вверх и вниз по реке. Посылаю фотографию дома и коров. На переднем крыльце у меня есть чудесное местечко для посиделок. Жду с нетерпением и надеюсь, что однажды вы заедете сюда".
Уинтерс приехал. И они прекрасно провели время. Он попросил Фримена написать для этой книги рассказ о том, чем он занимался после войны. Фримен ограничился следующим: "Мне особо не о чем писать, но я действительно хорошо провел время, и ни с кем и ни за что не хотел бы поменяться".
Майор Ричард Уинтерс также написал рассказ о своей послевоенной жизни:
"После моего ухода с военной службы 29 ноября 1945 года Льюис Никсон пригласил меня в Нью-Йорк и познакомил со своими родителями. Его отец предложил мне работу, и я стал начальником отдела кадров в "Никсон Нитрейшн Воркс", в Никсон, штат Нью-Джерси. Работая, воспользовался привилегиями закона о льготах и посещал курсы по менеджменту организаций и управлению персоналом в Ратгерском университете. В 1950-м меня повысили до генерального директора "Никсон Нитрейшн Воркс".
Я женился на Этель Эстопи в 1948 году. У нас двое детей. Тим – магистр Пенсильванского университета в области английского языка, у Джилл степень бакалавра колледжа Олбрайт.
Во время войны в Корее меня призвали из запаса. В Форт Дикс, Нью-Джерси, я был назначен офицером отдела планирования и боевой подготовки штаба полка. После увольнения я вернулся в Пенсильванию, чтобы фермерствовать и продавать пищевые добавки и витаминные смеси компаниям по откорму скота. В 1951-м купил ферму у подножья Голубой Горы – в семи милях к востоку от Индиантаун Гэп. Здесь я и обрел тот мир и покой, который пообещал себе в "День-Д".
Подобное преуменьшение типично для Уинтерса. Он живет скромно на своей ферме и в небольшом таунхаусе в Херши, несмотря на то, что он состоятельный человек, достигший успеха, создав и продвинув на рынок новый, революционный корм для скота и другие пищевые продукты для животных.
Вдобавок он чрезвычайно кроткий человек. В июле 1990 года, когда он окончил рассказ о том, как 5 октября 1944-го на насыпи в Голландии была практически истреблена немецкая стрелковая рота, мы спустились прогуляться к его пруду. Стая из примерно трех десятков канадских гусей вспорхнула с воды, а один остался, жалобно крича вслед остальным. Уинтерс объяснил, что у птицы сломано крыло.
Я посоветовал ему взять винтовку и застрелить птицу, прежде чем до нее доберется лиса. "Заморозьте ее на День благодарения".
Он бросил на меня изумленный взгляд. "Я не могу!" – ответил он, ужаснувшись от такой идеи.
Этот человек неспособен на насильственные действия, он никогда не повышает голос, он презирает самовосхваление, преувеличение или позерство. В жизни он добился ровно того, чего хотел – мира и покоя, обещанных себе, когда прилег вздремнуть в ночь с 6 на 7 июня 1944 года, а также непреходящих любви и уважения солдат роты "Изи", которыми он командовал во время Второй мировой войны.
В одном из своих последних бюллетеней Майк Ренни писал: "Вспоминая дни службы в роте "Изи", я бережно храню свой ответ внуку, который спросил: "Дедушка, а на войне ты был героем?
"Нет, - ответил я, - но я служил в роте героев".

* Операция "Eagle Сlaw"
** "Под храбростью я понимаю благородство в трудной ситуации". Э. Хемингуэй, "За фасадом великого мифа" (прим. перев.)
*** Тюрьмой Шпандау во время холодной войны управляла совместная администрация четырёх держав-союзниц. Ежемесячно происходила смена администраций, и флаг, поднимаемый перед зданием Контрольного совета, указывал, под чьим управлением находится тюрьма (прим. перев.)
**** "Тузитала" – рассказчик, сказочник : прозвище, данное самоанцами Роберту Льюису Стивенсону (прим. перев.)
***** Myth and Maneater: The Story of the Shark, W. W. Norton &. Co., 1963. У нас книга выходила в "Зеленой серии" под названием "Акулы-людоеды" (прим. перев.)
****** Сирхан Бишар Сирхан – палестинец, гражданин Иордании. В 1968 году был признан виновным в убийстве сенатора Роберта Ф Кеннеди. В настоящее время отбывает пожизненное заключение в тюрьме в Сан Диего, Калифорния (прим. перев.)
******* Судоходный канал Теннесси-Томбигби, прозванный "Тен-Том". Имеет протяженность 234 мили (377 километров), включает в себя десять шлюзов. Строительство велось в течение двенадцати лет инженерным корпусом армии США и завершилось в декабре 1984 года (прим. перев.)

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 03 мар 2017, 23:19 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 1058
Команда: Grau Skorpionen
Hood73 писал(а):
нет желания издать?


Хм-м... А хрен его знает. Есть варианты?

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 04 мар 2017, 14:42 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 28 апр 2015, 20:44
Сообщений: 8
Команда: нет
Определенно, тщеславие мой любимый грех :D
Лис, какие у вас дальнейшие планы? Может, попробуете военный худлит? Есть тут пара вариантов... ;)


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 04 мар 2017, 18:11 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 1058
Команда: Grau Skorpionen
Примечание к главе 19.
Взято с сайта: http://www.bandofbrothers.uphero.com/talbert/eng.html

Дорогой Питер.
Я хочу, чтобы вы знали, что моя семья глубоко ценит сделанную вами страницу о "Тэбе".
Единственный комментарий… Высказывания в книге "Ватага Братьев" о том, что Тэб стал бродягой и пьяницей неверны. Мой брат и я оба обсуждали это с Эмброузом, и он признался, что почерпнул это из нескольких интервью с некоторыми из ныне здравствующих ветеранов. Однако, формируя это мнение, они основывались на предположениях и обсуждениях между собой. Тэб, по его собственному признанию, имел проблемы с выпивкой. Тем не менее, он никогда не был бродягой. Он был исключительно умным человеком, которому удавалось почти все, чем он хотел заниматься. После демобилизации он учился в университете Индианы (он жил рядом с кампусом в доме на фотографии справа), и сразу же принял предложение работать на "Юнион Карбайд" (подразделение "Хейнс Стеллит" в Кокомо, штат Индиана). Затем, оставаясь в той же организации, он перевелся в Александрию, штат Индиана, где работал в течение нескольких лет. Он решил отдать все свое время фермерству, и купил землю в тех местах. Позже он стал директором завода у "Дженерал Тайр энд Раббер Компани". Кроме того, он успешно торговал автомобилями в Индиане и Калифорнии.
Жизнь, которую он вел в Калифорнии, была именно такой, как ему хотелось. Он говорил нам об этом много раз, и выглядел довольным своей деятельностью. Он поселился в Рединге, штат Калифорния, и прожил там многие годы. Он любил охотиться и ловить рыбу, и влюбился в эти места, включая озеро Шаста.
Его дочь была очень огорчена и расстроена Эмброузом, когда читала его книгу. Я сказал ей, что не виню Эмброуза, поскольку он лишь напечатал то, что получил в ходе интервью. То же самое я сказал и самому Эмброузу. Тем не менее, это причинило семье определенную боль, потому что он не был бродягой. Кроме того, перед тем как скончаться в 1982 году, по словам его дочери, ему удалось вполне успешно разрешить проблему с алкоголем, и к моменту смерти его жизнь и финансы были в полном порядке.
Полагаю, мы были бы чрезвычайно признательны, если вы бы опустили тот параграф, описывающий его как бродягу и пьяницу. Во всем остальном мы по-прежнему очень благодарны за ваши добрые суждения и желаем вам самого наилучшего в будущем. Между прочим, я сам с удовольствием очень часто пользовался вашим сайтом!
С благодарностью,
Боб (брат "Тэба")

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 04 мар 2017, 23:58 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 1058
Команда: Grau Skorpionen
20. БЛАГОДАРНОСТИ И ИСТОЧНИКИ

Осенью 1988 года ветераны из роты "Изи" 506-го парашютно-десантного полка 101-й воздушно-десантной дивизии, провели встречу в Новом Орлеане. Вместе с моим помощником, директором Центра Эйзенхауэра центра при университете Нового Орлеана, Роном Дрезом, я отправился к ним в отель, чтобы записать на пленку групповое интервью с ними о пережитом ими в "День-Д" в рамках проекта Центра "Дня-Д" по сбору устных воспоминаний участников высадки. Интервью с ротой "Изи" был особенно значимо, потому что она провела дерзкую и успешную атаку на немецкую батарею неподалеку от Юта-бич.
Когда майор Ричард Уинтерс, служивший в роте с самого начала, ставший ее командиром, а потом командиром 2-го батальона, прочитал стенограмму интервью, он был расстроен некоторыми имеющимися в нем неточностями и преувеличениями. Он захотел внести ясность. В феврале 1990 года Уинтерс, Форрест Гат и Кэрвуд Липтон приехали в Пасс Крисчен, Миссисипи, чтобы повидать Уолтера Гордона. Я живу в деревне Бэй Сент-Луис, через залив от Пасс Крисчен, так что Гордон мой сосед. Он позвонил, чтобы спросить, не могли бы ветераны роты "Изи" дать дополнительное интервью? Конечно, сказал я, и пригласил их встретиться и поужинать у нас дома. Мы провели день в моем офисе, у расстеленных карт и работающего магнитофона. Позже, на ужине с ростбифом, приготовленном моей женой, Мойрой, они вкратце рассказали мне о пережитом после "Дня-Д" в Нормандии, Голландии, Бельгии, Германии и Австрии.
Все они читали мою книгу "Мост Пегаса", которую Центр Эйзенхауэра дает каждому ветерану, с которым мы делаем интервью. Уинтерс предположил, что история роты "Изи" может оказаться хорошим сюжетом для книги.
В то время я работал над третьим и последним томом биографии Ричарда Никсона. Идея Уинтерса привлекла меня по целому ряду причин. Когда я закончил Никсона, то хотел бы вернуться к военной истории. Я намеревался сделать книгу о "Дне-Д", но не хотел начинать писать раньше 1992 года, предполагая опубликовать ее на 50-ю годовщину, 6 июня, 1994. Я достиг такого момента в своей жизни, когда ощущал неудовлетворенность при отсутствии каждодневной писательской деятельности, так что я искал тему для небольшой книги о Второй мировой войне, которая будет иметь связь с "Днем-Д".
История роты "Е" прекрасно вписывалась. Благодаря исследованиям и интервью для книги "Мост Пегаса" я знал историю британской 6-й воздушно-десантной дивизии, находившейся на левом фланге "Дня-Д". Познать историю одной из рот 101-й, действовавшей на правом фланге, было заманчиво.
Но был и еще один, более привлекательный фактор. Между четырьмя ветеранами, сидевшими за нашим обеденным столом, была близость, являвшаяся в моем четвертьвековом опыте общения с ветеранами если и не уникальной, то, вне всякого сомнения, необычной. Когда они говорили о других членах роты, о различных встречах на протяжении многих десятилетий, стало очевидно, что они по-прежнему остаются группой братьев. Несмотря на то, что они были разбросаны по всему Североамериканскому континенту и за рубежом, они знали, жен, детей, внуков, друг друга, об их проблемах и успехах. Они регулярно навещали друг друга, поддерживали тесный контакт, переписываясь и созваниваясь по телефону. Они помогали друг другу в чрезвычайных ситуациях и в трудные времена. И единственное, что у них было общего – это их три года участия во Второй мировой войне, когда по воле армии США они случайно оказались вместе.
Мне стало очень любопытно то, как сложилась эта поразительная близость. Это то, к чему стремились во всех армиях на протяжении всей истории, но очень редко добивались, но нигде с таким успехом, как в "Изи". Единственным способом удовлетворить мое любопытство было изучить и описать историю роты.
В мае 1990 году Дрез присутствовал на встрече роты в Орландо, Флорида, где записал на видео восемь часов группового интервью. В том же месяце я провел три дня, расспрашивая Гордона у себя в кабинете. В июле я отправился на ферму Уинтерса в Пенсильвании, где провел четыре дня, интервьюируя его. На четвертый день полдюжины человек из роты, проживающих на Восточном побережье, приехали на ферму для группового интервью. Позже в том же году я провел выходные в доме Кэрвуда Липтона в Саутерн Пайнс, где к нам присоединился Билл Гварнери. Я прилетел в Орегон, чтобы провести еще один уик-энд с Доном Маларки и людьми, живущими на Западном побережье.
Я брал интервью у дюжины других членов роты по телефону, и имел обширную переписку почти со всеми ныне здравствующими ветеранами роты. По моей настоятельной просьбе десять человек изложили свои воспоминания о военном времени на бумаге, начиная от десяти и до двух сотен страниц. Я получил копии писем, дневников и газетных вырезок военного времени.
В ноябре 1990 года, Мойра и я проехали по местам боев "Изи" в Нормандии и Бельгии. Я взял интервью у французов, проживавших в местах, где сражалась рота, и находившихся там в то время. В июле 1991 года мы с Уинтерсом, Липтоном и Маларки посетили места сражений "Изи" по всей Европе. Уинтерс, Мойра, и я провели день с бароном, полковником Фредериком фон дер Хойдте в его доме недалеко от Мюнхена.
Миссис Барбара Эмбри, вдова рядового Дэвида Вебстера, передала мне копии его писем родителям и рукопись его книги воспоминаний о временах Второй мировой войны. Вебстер обладал острой наблюдательностью и был прекрасным писателем. Его вклад неоценим.
Альбом "Курахи!", написанный лейтенантом Джеймсом Мортоном, и изданный в 506-м полку в 1945 году, также был бесценен. Дон Маларки дал мне экземпляр – исключительно щедро с его стороны, учитывая чрезвычайную редкость этой книги. "Свидание с судьбой: история 101-й воздушно-десантной дивизии", написанная Леонардом Раппортом и Артуром Нортвудом, дала общую картину, а также факты, цифры, детали, атмосферу и многое другое. Прочие источники указаны в тексте.
Когда я писал "Мост Пегаса", то решил не показывать рукопись майору Джону Ховарду, командиру роты "D" Оксфордширско-Букингемширского полка легкой пехоты, или кому-либо еще из тридцати опрошенных мной бойцов британского планерного подразделения. Крайний срок моей работы был таков, что ее невозможно было растянуть на месяцы, которые потребовались бы при их привлечении. Ветераны часто противоречили друг другу в мелочах, и очень редко по-крупному. Ни один из них не согласился бы, что написанное мной – абсолютно точно, и я боялся, что, если бы они увидели рукопись, я оказался в череде бесконечных препирательств о том, когда произошло то или это, или что именно произошло, и почему это произошло.
Я чувствовал, что это моя задача, лучшим образом рассудить о том, что было правдой, что ложными воспоминаниями, что – преувеличениями старых солдат, рассказывающих свои военные истории, и какие акты героизма были преуменьшены человеком, слишком скромным, чтобы заниматься самовосхвалением.
Короче говоря, я чувствовал, что, хотя это было их историей, это моя книга. Джон Ховард был недоволен тем, что не мог предлагать изменения и исправления. После того как "Мост Пегаса" был опубликован, он убедил меня, что он был прав, а я нет. Имей я время и позволь Джону и остальным вносить правки, критиковать и предлагать, книга была бы лучше и точнее.
Так что я распространил рукопись этой книги среди людей из роты "Изи". В ответ я получил много критики, поправок и предложений. Уинтерс и особенно Липтон проштудировали ее буквально построчно. Таким образом, эта книга во многом является плодом коллективных усилий. Мы не претендуем, на то, что это всеобъемлющая история роты, это невозможно, учитывая капризы памяти и отсутствие свидетельств людей, погибших на войне или умерших после. Но мы считаем, что благодаря постоянной проверке и перепроверке, нашим телефонным звонкам и переписке, нашим посещениям мест сражений, мы приблизились к подлинной истории роты "Изи" настолько, насколько это возможно.
Для меня это был незабываемый опыт. Мне было десять лет, когда закончилась Вторая мировая война. Как и многие другие американцы моего возраста, я всегда восхищался, мало того, благоговел перед "джи-ай". Я считал, что сделанное ими было выше всяческих похвал. И продолжаю считать. Так хорошо узнать некоторых из них, служивших в одной из самых знаменитых дивизий, "Кричащие орлы", было честью. Могу с честью заявить, что они сделали меня почетным членом роты. Поскольку я также являюсь почетным членом роты "D" Оксфордширско-Букингемширского, у меня прикрыты оба фланга. Воистину чаша моя преисполнена.
Стивен Е. Эмброуз

Ну, вот теперь действительно все...

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 04 мар 2017, 23:59 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 1058
Команда: Grau Skorpionen
Catcher03 писал(а):
Лис, какие у вас дальнейшие планы? Может, попробуете военный худлит? Есть тут пара вариантов... ;)


Пара мыслей есть, но пока от этой опупеи отдохнуть бы...

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 05 мар 2017, 11:30 

Зарегистрирован: 14 янв 2013, 01:43
Сообщений: 457
Команда: 1/505th Inf. & 1st ID
Огромное спасибо за перевод!) ждал каждой новой главы, особенно понравилось описание людей - герои сериала, скажем так, обрели душу.

_________________
Ex-SGT Donald “Duck” R. Walker
1/505th "Panthers" Inf.(Abn)1965-1970 &
Co. 0 (Ranger), 75th “Merrill's Marauders” Inf.(Abn) 1969-1972,
3rd “The Golden” Brigade, 82nd “All Americans” Abn. Division


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 09 мар 2017, 15:08 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 04 май 2013, 21:23
Сообщений: 972
Команда: нет
Lis (G.S.) писал(а):
Хм-м... А хрен его знает. Есть варианты?


Если что, вы знаете, где есть верстальщик :)

Catcher03 писал(а):
Лис, какие у вас дальнейшие планы? Может, попробуете военный худлит? Есть тут пара вариантов... ;)


Эй! На Лиса были виды уже, и не только у меня :)

_________________
Изображение


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 09 сен 2017, 21:42 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 1058
Команда: Grau Skorpionen
Ну так. Вдогонку...

Изображение

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Stephen Ambroze: Band of Brothers
СообщениеДобавлено: 06 июн 2018, 17:17 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 04 май 2013, 21:23
Сообщений: 972
Команда: нет
Bobbie E. Hamilton писал(а):
Изображение


Симпатичный реколор случайно попался

Изображение

_________________
Изображение


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
Показать сообщения за:  Сортировать по:  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 117 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
Powered by phpBB® Forum Software © phpBB Group
Theme created StylerBB.net
Сборка создана CMSart Studio
Русская поддержка phpBB