От Вьетнама и Гостомеля до Исфахана.

Современная военная мысль всё чаще обращается к стратегии динамического захвата зоны. Её суть заключается не в удержании территории как таковой, а в создании временного "пузыря" безопасности в глубоком тылу противника для выполнения конкретной задачи. Эта тактика имеет глубокие корни и эволюционировала от вьетнамских огневых баз до высокотехнологичных операций современности.

Корни этой стратегии уходят во времена Вьетнамской войны. Армия США массово создавала оперативные базы (Fire Support Bases), снабжение которых осуществлялось исключительно по воздуху, а также активно использовала концепцию LRRP (Long-Range Reconnaissance Patrol) и специализированных групп SOG, которые фактически создавали микровселенные американского контроля в джунглях, на "тропе Хо Ши Мина" и в соседних странах.

Подробности таких операций можно узнать из книги John L. Plaster "Secret Commandos", которая переведена Den_Lis и опубликована в разделе сайта Книжная полка.

Во Вьетнаме эта тактика имела свои уникальные черты, которые мы видим и сегодня. Высадка группы на вертолетах в глубоком тылу создавала точку, которая на время операции становилась "американской территорией". Весь радиус действия артиллерии или авиаподдержки вокруг этой группы и был тем самым "пузырем". Это были прообразы современных систем CSAR. Когда сбивали пилота, авиация США организовывала над этим местом "кольцо смерти". Штурмовики кружили часами, подавляя всё живое в радиусе сотен метров, создавая барьер, пока вертолеты спасения не забирали экипаж.
Вьетнам научил спецназ США, что не нужно контролировать всё - достаточно захватить инициативу в конкретной точке на 30 минут. В Иране мы увидели ту же вьетнамскую схему спасения пилота, но на стероидах - вместо поршневых штурмовиков теперь работают средства РЭБ и "стелс-технологии".

Захват аэродрома Антонов подразумевал создание изолированной зоны, удерживаемой за счёт огневой мощи вертолетов и мужества личного состава.
Однако практика показала, в долгосрочной перспективе такие анклавы крайне уязвимы. Пример осады Кхесани подтвердил, что как только временный объект, в окружении врагов, становится статичным, противник адаптируется, подтягивает артиллерию и превращает "пузырь безопасности" в ловушку.
Операция опиралась на логику удержания плацдарма в ожидании подхода основных сил. Однако, статичность "анклава" в условиях осложнённой логистики сделала его критически уязвимым для артиллерийского огня противника.

Операция в Исфахане

Операция по эвакуации штурмана F-15 в провинции Исфахан продемонстрировала переход к модели, которая учитывает ошибки прошлого.
Вместо физического удержания территории на первый план вышло доминирование в электромагнитном спектре. С помощью РЭБ и авиации был создан локальный "пузырь" на сотни километров, внутри которого ПВО Ирана была "ослеплена", а поисковые группы дезориентированы.
Это позволило поисковым группам SF США действовать с полной свободой на конкретном участке земли ровно столько времени, сколько требовалось для эвакуации.
Исфахан подтвердил эффективность тактики "захватил – выполнил – ушёл".
Будущее подобных операций за мобильностью и технологическим "пузырем", который исчезает быстрее, чем противник успевает организовать ответный удар по площадям, где находятся наземные силы.

В Афганистане такая тактика была доведена до автоматизма. Спецназ США часто "арендовал" небо и кусок земли в тылу талибов для хирургических ударов, сворачивая активность сразу после завершения активной фазы боя.

Ликвидация Усамы бен Ладена (операция "Копье Нептуна", 2011 год), это один из самых известных примеров создания "временного анклава безопасности" на территории суверенного государства (Пакистана) без уведомления его властей.

SEAL Team 6 использовал вертолёты и оставаясь незамеченными для радаров ПВО проник вглубь территории Пакистана, где создал локальное окно возможностей прямо в городе Абботтабад.
В течение 40 минут территория комплекса фактически находилась под полным суверенитетом США. В этом "пузыре" они подавили связь, блокировали подходы и выполнили задачу, в то время как пакистанская армия узнала об инциденте уже после отлета групп.
Как и в случае с недавней операцией в Исфахане, цель была не в удержании земли, а в быстром извлечении цели с последующим быстрым выходом из зоны.

Как пыльная полоса земли в глубине Ирана за несколько часов может быть превращена в базу спецназа США.
https://www.twz.com/news-features/how-a ... e-in-hours

Эта спасательная миссия показала важность предварительной подготовки поля боя. Штаб не искал посадочную площадку «в моменте», у них были под рукой готовые базы данных.

Каждая потенциально пригодная точка в Иране (заброшенные аэродромы, ровные участки пустынь, прямые отрезки шоссе) имеет свой паспорт в цифровом каталоге. Эти данные собираются годами с помощью спутников оптической и радиолокационной разведки. До внедрения ИИ, разбором этих данных занимались люди, теперь же, анализом уклона поверхности, типа почвы, расстояния до ближайших населённых пунктов и гарнизонов, занимаются алгоритмы ИИ, которые выдают решение по запросу.
Когда штурман катапультировался, офицеры планирования в штабе просто ввели координаты точки его нахождения в систему. Компьютер выдал 3-5 ближайших площадок, которые уже были «отрисованы» и изучены.
Скорость была обеспечена тем, что площадка для посадки транспортных самолётов была «на полке» в штабе уже несколько месяцев, а может и лет.

Использование «заготовленных площадок» из базы данных, это лишь первый этап. Посадка тяжелого самолёта без свежего подтверждения состояния поверхности практически исключена.
Наиболее вероятный сценарий, был таков. За 2–6 часов до посадки основных сил на точку скрытно была заброшена малая группа разведки. Это могли быть специалисты 24th STS (CCT) сертифицированные авиадиспетчеры, наводчики и инженеры в одном лице. В их задачу входило не просто «посмотреть», а провести замер плотности грунта.

Эта группа должна была проверить то, что не видят спутники и бпла.
Провести тест плотности грунта и убедиться, что площадка пригодна для посадки многотонных самолётов. Они так же должны были разместить ИК-маркеры, которые видны пилотам MC-130J в ПНВ.

Если разведчики были на земле, почему самолеты застряли?

Солончаки коварны. Разведчики могли проверить «вход» на полосу, где грунт был твердым, но недостаточно досконально проверить точку, где MC-130J должен был делать разворот или торможение.
Ноги человека или даже колеса легкого багги не создают такого давления на грунт, как стойки шасси груженого «Геркулеса». Грунт выдержал людей, но «просел» под 70 тоннами металла самолёта. Время поджимало. Группе разведки могли дать всего 30 минут на осмотр километровой полосы. В спешке они пропустили «линзу» мягкой глины под коркой солончака. Они не смогли быстро оценить глубокие гидрологические изменения почвы (весеннее таяние вод под коркой) без бурения шурфов.