Текущее время: 14 апр 2024, 04:01


Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 99 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 17 июл 2022, 00:08 

Зарегистрирован: 01 ноя 2012, 23:53
Сообщений: 326
Команда:
Про KWM-2A и "не мои бойцы" было у Бурруса, кстати. Тут про ящик больше подробностей.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 17 июл 2022, 00:30 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 20 ноя 2013, 16:21
Сообщений: 237
Команда: Ghost Bears
Занятно, как автор отозвался о курсе контрразведки. Это же независимые курсы с MI. Мне казалось, изучение личных данных является базовой составляющей и процессу дознания и анализа информации должно уделяться большее внимание.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 21 июл 2022, 09:47 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 2083
Команда: нет
Курс защиты от способов проникновения, Форт-Уачука, Аризона

КУРС DAME НАЧАЛСЯ в пятницу перед началом полевой недели моего курса CI, но я был освобожден от ее посещения, потому что уже был полностью подготовленным и опытным куратором агентов. Тем не менее, мне будет позволено вернуться, чтобы принять участие в выпускной церемонии с моим курсом CI.
Примерно тогда же я оказался участником инцидента кантри-вестерн клубе рядом с моим мотелем. Пока в бар не вошли трое крикливых пьяниц, я был в том месте единственным посетителем и сидел за барной стойкой. Все они собрались с той же стороны бара, что и я. Один из них, самый шумный, сказал мне: "Как дела, ты, чертила, лысый?" и рассмеялся. Мне это не понравилось, но я ничего не сказал, я просто сидел – и ждал. И действительно, двое других парней встали и оставили крикливого сукиного сына сидеть в одиночестве. После того, как они ушли, я встал и подошел туда, где сидел крикун. "Возможно, я слишком пьян, чтобы отделать всех троих, но вполне уверен, что смогу заставить этого одного пожалеть, что он не держал рот на замке", - подумал я. Затем я схватил его левой рукой за затылок и стащил его толстую задницу с барного табурета. Я прошептал ему на ухо: "Помнишь меня? Я лысый". Затем я со всей силы ударил его сбоку в голову. Я вышиб его из хватки моей левой руки, и он упал на пол на четвереньки. Он был слишком плох, чтобы встать, но, чтобы защититься, обхватил меня за ноги, а я засунул оба больших пальца ему в глаза по второй сустав и зацепил ими его череп. Он замер и принялся просить пощады. Леди-бармен велела нам уйти, так что я отпустил его, и мы вышли. Я из входной двери, а он из задней.
На следующий вечер, когда я вернулся в клуб, там был хозяин и та же бармен. Хозяин подошел и предложил мне работу вышибалой, от которой я отказался. Он сказал, что крикун, с которым у меня были проблемы, был бывшим морпехом и негодяем, который постоянно создавал проблемы и избивал посетителей. В одну из суббот, примерно неделю спустя, я был в соседнем баре, и там был этот же крикун. Это был первый раз, когда я увидел его после нашей первой встречи. Когда он заметил меня, то сразу узнал, хотя в этот раз я был одет в зеленую парадную форму "Класса А". Он широко заулыбался, вскочил и подошел к тому месту у конца барной стойки, где я стоял, и представился. Никаких проблем не было, но я был готов к ним, потому что тоже узнал его. На самом деле, для морпеха он был очень дружелюбен, извинился за то, что был буен и сказал, что не знал, что я Зеленый берет. Думаю, если хотите подружиться с морским пехотинцем, сначала вы должны избить его до полусмерти. Затем вы сможете общаться как нормальные люди.
Будучи новичком в пустыне, я обнаружил, что это очень уединенное место. И я так до конца и не смог понять, зачем вообще столь многие первопроходцы рисковали своими жизнями, чтобы поселиться там, и тем более не понимал, зачем они сражались за это с апачами. Я думал, что эти люди, должно быть, посходили с ума.
Пока я был в Форт-Уачука, я несколько раз посетил Тумстоун, один раз Бисби и Ногалес в Мексике, где в первый и единственный раз видел корриду. Не понимаю, как кто-то может называть корриду спортом. Сначала всадники, лошади которых были обвешаны стеганками, чтобы защитить их от рогов, колют быка копьями. Они пытаются покалечить быка, перерезав ему мышцы шеи и плеча, чтобы он не мог повернуть голову и зацепить рогами матадора. Затем еще несколько парней в обтягивающих штанах, каждый с двумя маленькими клинками, выбегают на арену и пытаются воткнуть их в те же мышцы с той же целью. Затем на сцену выходит примадонна в узких брюках с плащом и большой шпагой. Поуклонявшись от бедного раненого быка в течение нескольких минут, он, наконец, убивает его и избавляет от страданий. Это ритуализированная пытка, только и всего. К большому изумлению окружавших меня мексиканских болельщиков, я громко подбадривал быка. Большинство американцев, которые были там, делали то же самое. Либо так, либо они уходили до окончания первого боя. Очень немногие были слишком пьяны или достаточно безумны, чтобы болеть за примадонну в трико со шпагой.
И да, еще я пересекал границу с Мексикой где-то к юго-востоку от Бисби: думается, я был по ту сторону границы от Дугласа, но я не уверен. Мне кажется, городок назывался как-то вроде Агуа-Приета. Там я нашел ночной клуб, который выглядел так, будто был рассчитан на американцев, и зашел в него. Зная, что не могу пить воду из-за боязни заболеть Местью Монтесумы(1), я заказал бурбон с колой. Я выпил только одну порцию и ушел. Место было мне просто не интересно, а до Сьерра-Висты было далеко. Задолго до того, как я добрался до Бисби, мне пришлось съехать на обочину из-за ужасных спазмов в животе. Похоже, мне придется обгадиться прямо посреди пустыни перед господом и всеми, кто случайно пройдет мимо. В конце концов, мне полегчало достаточно, чтобы я мог продолжить путь, но я чувствовал себя ужасно и, кажется, у меня поднялась температура. На следующее утро, когда моя голова прояснилась, до меня дошло, что стало причиной моего недуга – вода, из которой был лед в коктейле. Если бы я выпил полный стакан той воды, меня, вероятно, рвануло бы с обоих концов прямо там, на шоссе Бисби – Дуглас.
Тумстоун и Тусон были моими любимыми местами в районе Форт-Уачука. В старой части Тумстоуна одну улицу довольно неплохо сохранили для истории – с оригинальными пулевыми отверстиями. Если не считать современных электричества и сантехники, многие здания на той улице остались такими же, какими были сто лет назад, когда происходила "Перестрелка в Окей коррале".
Городской маршал(2) Тумстоуна по-прежнему был одет так, как, должно быть, в свое время Уайатт Эрп: длинный черный плащ, белая рубашка, галстук-ленточка, черные брюки, заправленные в голенища ковбойских сапог. Шестизарядный револьвер на бедре в ковбойской кобуре, длинные густые закрученные усы, выглядевшие так, словно ему в нос залезли две белки, и черная ковбойская шляпа.
Один из барменов в Тумстоуне рассказал мне об инциденте между их маршалом и калифорнийской бандой байкеров, который произошел несколькими годами ранее, в 50-е. По его словам: "Банда байкеров въехала в город с намерением устроить хаос и захватить город на выходные – а может и дольше. Их главарь въехал на своем большом Харлее в бар и столкнулся с лицом к лицу с маршалом. Маршал сказал ему. "Убирайся из города. Забирай свою банду и никогда не возвращайся". Главарь банды зарычал, открыл рот, чтобы ответить маршалу дерзостью, и в то же мгновение обнаружил, что в кончик его носа упирается ствол взведенного пистолета сорок пятого калибра. Маршал произнес: "Я сказал брысь!" Они ушли и больше не возвращались".
Примерно на полпути между Сьерра-Вистой и Тумстоуном было русло ручья. Сам ручей в нем обычно был глубиной всего около шести дюймов (15 см) и шириной около двух футов (60 см). Южная Аризона была ужасна внезапными наводнениями. Если где-то на горизонте были темные тучи, особенно на севере, следовало быть начеку, приближаясь к оврагу. За те шесть месяцев, что я находился в Форт-Хучи-Кучи(3), дождь был только один раз, и это был обычный ливень. Через пару дней после него пустыня стала красочной, как детская книжка-раскраска. Он была зеленой, с разбросанными повсюду цветами всевозможных оттенков. Это был приятный сюрприз, и желанное зрелище после нескольких месяцев сплошной пыли и песка. Пыльца этих пустынных растений дремлет, пока не получит каплю влаги. Тогда они просыпаются к жизни, производят ее больше пыльцы и отмирают менее чем за неделю. Их пыльца просто лежит в ожидании следующего дождя, который, скорее всего, будет через несколько месяцев.
Посреди пустыни, примерно на полпути между Сьерра-Вистой и Ногалесом, мы нашли отличный стейкхаус. Вообще-то, если я правильно помню, это был "Ти-Бон стейкхаус", потому что там только его и подавали.
Это было единственное здание в поле зрения, не считая сараев и прочего. Оно было сочетанием ресторана, таверны, универсального магазина и заправочной станции. Кажется, там был только один сотрудник, я полагаю, что он же был и владельцем. Он был довольно крупного телосложения, носил белую футболку, джинсы, ковбойские сапоги и белый фартук с пятнами от барбекю – и, конечно же, ковбойскую шляпу. Он подошел к нашему столику и спросил: "Как вам приготовить ваш Ти-Бон?" Мы сказали, и он ушел. Вскоре он вернулся со здоровенной кучей мяса на подносе и бросил его на огромный открытый гриль для барбекю, встроенный в стену в дальнем конце комнаты. Когда они приготовились, он принес их к нашему столу. Каждый из этих гигантских стейков нависал над краями тарелки – по всему периметру – а это были большие тарелки. Затем он принес нам большую корзину горячих булочек и огромную кастрюлю с горячей пестрой фасолью, и оставил нас со словами: "Если у вас закончатся фасоль или хлеб, просто крикните". Стейк был толщиной около двух дюймов (5 см) и просто отменный. Как говорят дома, в горах Восточного Теннесси: "Он было так хорош, что я чуть мозги языком не вышиб". Это заведение все еще существует, но оно сменило владельцев и теперь является частью сети стейкхаусов.
Не проходило и дня, чтобы я не думал о Дори. Незадолго до Пасхи я позвонил ей и предложил за мой счет прилететь в Аризону и провести со мной пасхальный уикенд. К моему удивлению, она согласилась, и я встретил ее в аэропорту Тусона. Наша поездка началась на следующее утро из Форт-Хучи-Кучи с осмотра Тумстоуна. Оттуда мы поехали на север к Окаменевшему лесу и Раскрашенной пустыне, а на следующий день посетили Гранд-Каньон. Пока мы наслаждались каньоном, я попытался поднять тему брака, но она наотрез отказалась обсуждать его. Она меняла тему всякий раз, когда я пытался втиснуть это в разговор, и мне хотелось столкнуть эту волоокую девчонку с края каньона, ну, почти.
Оттуда мы поехали в Старый Тусон, где было снято много вестернов. Я думаю, что Дори больше всего понравились Тумстоун, Гранд-Каньон и Старый Тусон. Дори была отличной компанией, но я все еще был немного расстроен, потому что ей, похоже, нравилось быть со мной меньше, чем мне с ней. На следующий день после того, как мы побывали в Старом Тусоне, было воскресенье, так что я попрощался с Дори в аэропорту, и старый глупый кролик отправился обратно в Форт-Хучи-Кучи. Я был не особо счастлив, и на протяжении следующих нескольких месяцев мое настроение не сильно улучшилось. Я не злился на Дорис: я подумал, что у нее, вероятно, больше здравого смысла, чем у меня.
Вскоре после этого я покинул курс CI и начал курс DAME. На нем у нас было три инструктора, двое уорент-офицеров и один гражданский. Двое курсантов были петти-офицерами береговой охраны, один был комендор-сержантом морской пехоты, а остальные были из армии. Мы изучили основные приемы вскрытия, а также методы тайного обхода запирающих устройств. Нам даже пришлось сделать собственный набор отмычек. Наше обучение взлому началось с самых простых замков, и постепенно мы дошли до самых сложных. Мы научились вскрывать замки разных типов: сувальдные, полукруглые, которые иногда называют дисковыми, цилиндровые, цилиндровые с грибовидными штифтами и рычажные. Мы научились открывать кодовые замки манипулированием, распиливанием и сверлением. Нас также научили открывать некоторые навесные замки с помощью "шимминга"(4).
Одним из первых, что сказали нам инструкторы, было: "Никогда не хвастайтесь. Если вы это сделаете, вы наверняка облажаетесь. Никогда не говорите: "Вот, смотрите". Если вы это сделаете, не важно, каким простым будет замок, вы не сможете его открыть". Следующим, что мы узнали, было: "Не упускайте из виду очевидное. Взламывать замки или манипулировать ими следует только в крайнем случае. Это не первый метод, который вы должны попробовать. Первое, что вы должны сделать, это убедиться, что все двери и окна на самом деле заперты".
Несколько парней, которых я знал раньше, проходили в то время курс разведки SF. Одним из них был сержант первого класса Билл "Большой Кнутт" Кнуттилла из 46-й роты, а другим Теодор "Тэд" Сэмпли. Их курс будет выпускаться в то же время, что и мой курс CI. Тэд был холост и снимал трейлер, находившийся неподалеку от Бисби-роуд, и я решил занять его, когда он выпустится. Он трахался с женой соседа, но мне не хотелось затевать шашни по соседству.
Наконец-то мой курс CI закончился – формой одежды на тот день была зеленая парадная форма Класса А. Разумеется, я присутствовал на церемонии. Курс разведки SF тоже выпускался, и они сидели позади моего курса. Меня посадили на задний ряд мест, отведенных для моего курса. Мой старый товарищ по команде, Большой Кнутт, сидел прямо за мной. Капрал морской пехоты, учившийся на нашем курсе CI, сидел слева от меня. Многие парни из SF, по-видимому, куролесили всю ночь накануне, и по крайней мере один из них был все еще несколько обессилен. Когда спецназовцы принялись строиться на сцене для получения дипломов, один из их сержантов явно был пьян. Он выглядел идеально, его форма была в порядке, а ботинки начищены до блеска, но он немного пошатывался, когда шел по сцене, и на его свекольно-красном лице была широкая глупая улыбка. Морпех повернулся и громко сказал мне: "Этот бомжара мертвецки пьян". Большой Кнутт наклонился вперед, похлопал морпеха по плечу и прошептал ему на ухо: "Как давно тебе не надрали задницу, ублюдок?" Глаза морпеха вылезли из орбит, и он не проронил ни слова до самого конца церемонии.

ВРЕМЯ ОТ ВРЕМЕНИ нам устраивали тесты по вскрытию замков. Нас тестировали по каждому из типов замков, которые мы изучали. На каждом тесте каждому из нас выдавали доску, к которой было прикреплено несколько проушин, и на каждую из них надет висячий замок. Мы должны были открыть все замки в течение указанного срока. Каждый тест состоял из шести-восьми замков. Мы узнали, как обойти кодовые запорные устройства, независимо от того, стояли ли они на навесном замке, в хранилище, укрепленном шкафу для документов или в сейфе.
Первые пару недель я тратил большую часть вечерних часов, пытаясь вскрывать навесные замки. Это было очень разочаровывающе, потому что я был не слишком эффективен – я мог открыть только самые простые. Через некоторое время по ощущениям мое правое глазное яблоко начало приобретать очертания замочной скважины. Каким-то образом мне удалось пройти все тесты по вскрытию замков. Фактически, я открывал все замки в каждом тесте, и некоторые из тех замков, которые я раньше никак не мог открыть. Всякий раз, когда я это делал, я был совершенно ошеломлен этим.
Однажды наш урок был прерван приходом Коменданта школы(5). Мы все встали по стойке смирно, и он вручил мне приказ о присвоении звания мастер-сержанта и комплект новых нашивок. Естественно, это было поводом для вечеринки. Так что в ту субботу мы устроили обмывание звания у меня в трейлере. На угощение я купил в VFW бочку пива, много виски и несколько стейков. Кто-то принес гриль, и в ту субботу рядом с моим трейлером была большая попойка.
Единственной постройкой в пределах 500 ярдов (457 м) от меня был соседний трейлер. Когда я ездил на R&R из Вьетнама в 1971 году, я купил бумеранг. Он лежал на кухонном столе, и двум парням из береговой охраны с нашего курса захотелось покидать его. Эти двое были охочи до выпивки, любили вечеринки и были шумными, очень шумными. Мы отошли на сторону моего трейлера, противоположную дому моего соседа, и я показал им, как бросать бумеранг, чтобы он вернулся обратно. Где-то минут через пять они бросили его, и он пролетел прямо над моим трейлером и врезался в борт соседнего. Он оставил небольшую вмятину, но я знал, что это расстроит леди, потому что тогда она была дома одна, так что я пошел извиняться за себя и мою компанию пьяниц. Она не выглядела очень уж расстроенной, и я понял, почему Тед заинтересовался ею: она была миленькой малышкой.
Примерно в то же время, когда я, шатаясь, возвращался к себе, мелкий парень из береговой охраны нашел змею и швырнул ее в нашего единственного чернокожего курсанта, сержанта первого класса, насколько я помню. Этот несчастный ублюдок психанул, и я его ничуть не виню. Это было глупо, и черный сержант сказал это и еще много чего. Он обругал парня из береговой охраны. Морячок сначала оскорбился, а потом разозлился. Его действительно разозлило, что черный парень был недоволен тем, что он швырнул в него "мистера безплечего"(6). Этот поворот в настрое просто поразил меня. Нам удалось растащить их, и на этом наша вечеринка закончилась. Ничего страшного, в любом случае уже почти стемнело, а я уже выпил достаточно пива, чтобы хватило на все выходные.
Во время курса DAME у нас было двое учений. Одно было в расположении, а другое вне его, в Тусоне. Во время учений в гарнизоне курсанты были разбиты на небольшие группы, и каждой из них был назначен свой объект. Моей команде было поручено посреди ночи проникнуть в небольшое офисное здание и забрать кое-какие бумаги, запертые в находящемся внутри шкафчике, не оставив никаких признаков того, что мы когда-либо были там. Кабинет находился в одной из тех небольших деревянных построек времен Второй мировой войны, которые напоминали старые казарменные здания. Мы справились с этим, не испытав никаких заслуживающих упоминания проблем. С учениями за пределами гарнизона или Выпускными учениями, как любили это называть инструкторы, обстояло не так.

В ХОДЕ НАШИХ Выпускных учений мы остановились в Мотеле 6(7), находящемся рядом с западной стороной межштатной автомагистрали в Тусоне. Моей команде поручили достать документ из закрытого металлического ящика, запертого внутри настенного шкафчика в Оперативном центре в здании местного штаба ВВС Национальной гвардии Аризоны. Здание располагалось на базе ВВС США. У ворот располагалась вооруженная охрана, и периодически некоторые из них совершали "обходы" и проверяли здания. О нашей операции знали только начальник службы безопасности и командир подразделения ВВС Национальной гвардии. Их начальник службы безопасности и один из наших инструкторов должны были спрятаться внутри здания, чтобы иметь возможность наблюдать за нами, и, если патруль службы безопасности обнаружит нас, они могли бы вмешаться, прежде чем кого-нибудь пристрелят.
В моей команде были невысокий полный уорент-офицер, специалист пятого класса Куигли, тоже из Армии, и еще трое, которых я не помню. До того, как пойти в армию, Куигли служил в ВВС Национальной гвардии в своем родном городе. Мы решили отправить Куигли на базу, чтобы он представился гражданским, желающим устроиться в охрану, потому что в свое время служил в ВВС Национальной гвардии. Будучи там, ему нужно было зайти в уборную и оставить открытым окно или подклинить одну из наружных дверей, чтобы она не запиралась.
По возвращении Куигли сказал, что оставил открытыми два окна в туалете, но не имел возможности заклинить дверной замок. Итак, мы выбрали одного из парней водителем, и выехали с наступлением темноты. Кто-то хотел, чтобы мы выкрасили лица и руки в черный цвет, но я проголосовал против: "Что, черт возьми, будет с твоим прикрытием, если тебя поймают в таком виде?"
Вместо этого мы остановились у винного магазина и купили пинту зловонного виски, который пустили по кругу, используя как жидкость для полоскания рта и лосьон после бритья. Только пьяный может минуту назад идти по шоссе, граничащему с военной базой, огражденной восьмифутовым (2,45 м) забором из проволочной сетки, а в следующее мгновение бродить по территории базы, не имея ни малейшего представления, почему он там и как туда попал.
Мы вышли из машины в глухом месте у забора, где вдоль дороги был глубокий овраг. Мы сразу же нашли место, где пролезть под забором. Это было легко – кто-то давным-давно разрезал низ сетки, и было очевидно, что отверстие много раз использовалось кем-то, чтобы срезать путь. Либо так, либо в Тусоне было множество предателей, ворующих секреты с базы. Я подозревал первое. Как только мы все подобрались к забору и прежде, чем мы собрались пробираться под ним, я дал совет: "Не бегите. Идите так, как будто должны здесь находиться. Если вы побежите, вы привлечете внимание". Подождите у забора, пока мы соберемся вместе, а затем двинемся через поле к нашему объекту. Едва мы пробрались через забор, тот пухлый маленький уорент бросился бежать сломя голову. Что ж, его "дух" охватил команду, как лесной пожар, и все они исчезли в облаке пыли, хрипя и пердя, когда мчались к зданию. Как оказалось, я был единственным, кто миновал это поле шагом. Когда я добрался до здания, я был зол, но не стал никого отчитывать. Я просто сказал: "Чиф, я и не знал, что твоя толстая задница может бежать так быстро", и они издали несколько смущенных смешков. Куигли подвел нас к окнам туалета, которые были первыми слева от главного входа.
К счастью, окно уборной было по-прежнему открыто, так что мы втолкнули в него Куигли, и он открыл нам переднюю дверь. Он провел нас по первому коридору налево и нашел дверь Оперативного центра. Это была деревянная дверь с филенками в нижней половине и замком с ключом, вставляющимся в ручку. Я подумал: "Отлично, без сомнения, могло быть намного хуже. Это будет легче, чем свалиться с бревна". Мы решили попробовать вскрыть замок, а если у нас возникнут проблемы с этим, то мы вынем филенки и откроем дверь изнутри. Пухленький уорент принялся вскрывать замок.
Ранее мы решили, что он и еще один человек проведут нас в Оперативный центр, двое других парней откроют шкафчик, а вместе с еще одним человеком проникнем в ящик, который был внутри шкафчика. У нервничающего уорента была проблема с дверным замком – казалось, ему понадобилась целая вечность, чтобы открыть его. Вообще-то, он трудился над ним минут десять. Я всерьез подозревал, что к этому имеют отношение его руки, трясущиеся, как собака, наевшаяся персиковых косточек. Этот парень действительно был "Нервной Нелли"(8). Он не был человеком, подходящим для таких дел.
Наш дозорный выбежал из-за угла коридора и сказал, что к нам направляется джип охраны. Мы все заметались, как мыши, пытаясь найти место, где спрятаться. Что до меня, я залез под стол в комнате прямо напротив Оперативного центра. Минуты через две дозорный сказал: "Берег чист", и мы вернулись к работе.
Уорент наконец-то открыл замок, и в тот момент, когда он толкнул дверь, сработала сигнализация! Она стояла на внутренней стороне двери. Это так испугало уорента, что он захлопнул дверь, и она снова заперлась. Я сказал: "Вот черт! Так, чиф, вали к хренам от этой двери и дай мне разобраться с ней. Куигли, ты возьмешься за филенки, а я за дверную ручку". Куигли взялся выкручивать шурупы из рамки, удерживающей планки филенки, а я начал попытки вскрыть замок, тем временем сигнализация на двери продолжала верещать, но это была лишь местная сигналка, услышать которую мог только кто-то в непосредственной близости. Единственное, что мы могли сделать, это надеяться, что поблизости были только мы. Замок открылся как раз в тот момент, когда Куигли вынул последнюю планку. Это заняло у нас около 30 секунд. Я прошептал Куигли: "Загляни через филенку и отключи сигнализацию, если сможешь". Он подсветил ее фонариком и выключил – послышался всеобщий вздох облегчения. Затем мы открыли дверь и зашли в Оперативный центр. Наш инструктор и начальник службы безопасности, должно быть, смеялись до упаду во время всего этого эпизода. Наш инструктор, по-видимому, установил местную сигнализацию тем вечером, как раз перед нашим прибытием, потому что Куигли сказал: "Ее не было, когда ранее сегодня был в этой комнате". Мы нашли шкафчик, в который должны были проникнуть, по его номеру – все шкафчики были пронумерованы. Мой напарник решил открыть шкафчик и оставил мне работу по вскрытию замка, на ящике внутри, каким бы он ни был. Он открыл простой замок всего за несколько секунд, и внутри я обнаружил коробку, которая была объектом нашего поиска. Как только я увидел замок на коробке, я вздохнул: я только что купил набор мастер-ключей именно для этого конкретного типа замка, но той ночью решил не брать их. Это был новый тип йельского цилиндрового замка с шестью штифтами вместо пяти, и я подумал, что он настолько новый, что у ВВС Национальной гвардии такого не будет. У них его и не было: им его дал наш инструктор. "Шесть штифтов, и тупица Валентайн не взял свой новенький комплект мастер-ключей", - прошептал я вслух, нащупывая в кармане самодельные крючок и отмычку. Я подумал: "Это будет непросто. Я буду ковыряться в нем, пока моя борода не дорастет до земли. Из-за меня вся команда провалится".
Я осторожно вставил крючок со стороны бородки, аккуратно повернул отмычку и надавил на штифт, который, казалось, нужнее всего было нажать, и – щелк! Этот паршивец открылся. Все заняло не более пяти секунд. Должно быть, я просидел целую минуту с раззявленным ртом, просто пялясь на этот замок. В очередной раз я был просто поражен. Я подумал: "Должно быть, этот замок неисправен". Наконец я открыл коробку, вытащил предмет, который был нам нужен, и снова запер коробку и шкафчик.
Мы заперли все, выходя из здания. На этот раз, когда мы добрались до тыльной стороны здания, у меня не было даже шанса напомнить им, чтобы они шли через открытое пространство шагом, потому что они тут же исчезли в облаке пыли, бросившись наутек к забору. Пухлый маленький уорент был впереди всех. И опять я был единственным, кто спокойно прошел по этому открытому полю.
Вскоре после Выпускных учений мы завершили обучение, и разъехались по своим новым назначениям. Мой новенький Камаро был битком набит моими вещами. Я обменял на него свой Гэлакси 500, пока был там, и тут-то пожалел о нехватке места в моем красивом маленьком спорткаре. В Камаро едва хватало места для меня самого, а в багажнике моего старого Гэлакси поместилось бы почти все мое барахло. В конце концов я приспособился к жизни в пустыне и считал ее красивой, а закаты и восходы – просто прекрасными, но я точно был рад покинуть ее, мне просто хотелось бы отправиться куда-нибудь, кроме как в Форт-Брэгг, Северная Каролина.
Когда я был на I-40 примерно в сотне миль (160 км) к востоку от Мемфиса, мне пришлось остановиться. Первый дождь, виденный мной за шесть месяцев, только что закончился, и я как раз подъезжал к холмам, ведущим на плато Камберленд. Все было влажно-ярко-зеленым, а вода в ручье справа от меня обрушивалась с холма, прыгая по камням. Находись этот маленький ручеек в пустыне Сонора, его назвали бы "рекой". Я почти забыл, как красив может быть пышный зеленый лес после дождя.

1. Шутливое прозвище диареи, от которой страдают туристы в Мексике после употребления местных воды или пищи. Вызывается штаммами бактерий, к которым коренные мексиканцы невосприимчивы (прим. перев.)
2. Один из вариантов именования должности выборного главы местного полицейского органа (шерифа) (прим. перев.)
3. Игра слов: Уачука – Хучи-Кучи. Жаргонное выражение, имеющее достаточно много значений – и откровенно-сексуальный танец, обретший популярность в XIX веке; и женский половой орган; и собственно процесс секса; и даже самогон (прим. перев.)
4. Способ вскрытия навесного замка, при котором в отверстие его корпуса, куда входит дужка, вставляется тонкая пружинящая пластина. С ее помощью отжимается удерживающая дужку защелка (прим. перев.)
5. Начальник школы (прим. перев.)
6. Общепринятое прозвище змей на Юго-востоке США. Также название детской книжки Джимми Ивинга, описывающей ядовитых змей и их повадки (прим. перев.)
7. Мотели Motel 6 – сеть бюджетных мотелей в США и Канаде, появившаяся в начале 60-х годов во Флориде. Это был один из первых крупномасштабных проектов в области бюджетных отелей. Предполагалось, что цена номера будет составлять всего 6 долларов за ночь (прим. перев.)
8. Сленговое выражение, означающее человека, который слишком склонен волноваться или пугаться по пустякам. Выражение появилось в конце 20-х годов прошлого века и изначально относилось к государственному секретарю Фрэнку Б. Келлогу, занимавшему эту должность с 1925 по 1929 годы (прим. перев.)

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 24 июл 2022, 05:40 

Зарегистрирован: 25 янв 2015, 15:12
Сообщений: 546
Команда: Нет
Спасибо большое.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 26 июл 2022, 19:46 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 2083
Команда: нет
801-й отряд военной разведки 5-й SFG (Abn), Форт-Брэгг, Северная Каролина, июнь 1971 – декабрь 1973 г.

На этот раз я не останавливался в Теннесси, а добрался сразу до Форт-Брэгга. В тот момент мне не хотелось снова видеть Дори. Меня бы это угнетало и, скорее всего, я все равно выставил бы себя дураком. Мое новое подразделение, 801-й MID (Military Intelligence Detachment – отряд военной разведки), размещался в одном из казарменных зданий времен Второй мировой войны в расположении 5-й Группы Сил специального назначения на Смоук-Бомб-Хилл.
Восемь-оу-первый был таким же, как и MID в Форт-Мид – ни у одного из них не было задач, которые оправдывали бы его существование. Ни у кого в 801-м не было дел. У некоторых были "должности", но никто не был чем-либо занят. У меня не было даже должности, потому что я был сверх штата. Согласно оргштатному расписанию отряд нуждался только в одном мастер-сержанте, и таковой у них уже был, мастер-сержант Джонс.
Я помню капитана Кенни Хупера, уорент-офицера Гектора Баррьентеса, мастер-сержанта Джонса, специалиста седьмого класса Егора Пюте. Сержант первого класса Эрнест С. "Эрни" Дженкинс в то время также был в 801-м. Джонс, который был Первым сержантом отряда и со своими тридцатью годами выслуги должен был очень скоро уйти в отставку, во время Второй мировой войны служил в 82-й десантной и совершил в ее составе все четыре боевых прыжка. Эрни был сержантом снабжения. Хупер был командиром контрразведывательной секции, Гектор – командиром секции дознавателей, а Пюте одним из его дознавателей-переводчиков.
В очередной раз мне стало очень, очень скучно. В основном мы просто просиживали целыми днями по окончании утренней физподготовки, которая была единственным занятием, которое мы проводили за все время, что я там находился. Некоторые из парней играли в червы или пинокль, но в основном мы просто сидели и трепались. Сержант первого класса в подразделении был подлым маленьким подлизой. Это был первый раз, когда я осознал, что служу с одним из них, и мне потребовалось некоторое время, чтобы раскусить его. Мы с ним познакомились ближе, когда он упомянул, что играет в теннис, и чтобы было чем разогнать скуку, я спросил его, не научит ли он меня играть. Он согласился, так что я купил ракетку и банку теннисных мячей, и мы ежедневно в часы службы стали проводить некоторое время на ближайшем корте, находившемся на территории нашего подразделения. Как только я дошел до того, что смог заставить каждую вторую подачу пересекать сетку и приземляться на нужной половине корта, и мог время от времени успешно возвращать мяч через сетку, я начал выпадать из нашего союза. Я понял, что он был подлым подхалимом. Никто не любит общаться с подобными людьми.
В конце концов, я сказал нашему командиру отряда, что умираю от скуки, и спросил, нельзя ли как-нибудь временно перевести или откомандировать меня в местное подразделение контрразведки, действительно занимающееся расследованиями, или, может быть, в местный отряд контрразведки. С этим нам не повезло, так что я начал захаживать в Образовательный центр и записываться на все экзамены уровня колледжа, по которым, как мне казалось, я бы мог получить достойную оценку, если вызубрю предмет за час или около того до того, как приду на сдачу. Я записывался на тест, даже не прочитав ничего по этому вопросу. Там были книги по каждому предмету, по которому нас экзаменовали. Так что я выписывал книгу на время ожидания наступления даты моего экзамена. Так продолжалось несколько месяцев. Я записался где-то на дюжину индивидуальных экзаменов и сдал их все, кроме двух: геологии I и II ступеней.
Затем я набрался смелости и записался на сдачу CLEP (Экзамен на эквивалент годичного обучения в колледже). Для начала я пошел на краткосрочный вечерний курс, чтобы подготовиться к CLEP. В общем, я сдал и CLEP, на отлично и с первого захода, что удивило меня, потому что это был сложный экзамен.
Со скуки я также записался на заочные курсы старшего сержантского состава Разведывательной школы Армии США. По продолжительности они были примерно такими же, как заочные курсы старшего сержантского состава Пехотной школы, но примерно половина предметов была теми же, так что мне не пришлось повторять их.
Кроме того, чтобы бороться со скукой, я начал носить 40-фунтовый (18 кг) рюкзак на пробежках, просто чтобы было о чем подумать и израсходовать мою избыточную энергию. Это не сработало. Постепенно мне становилось все скучнее и скучнее, и я стал больше пить. Выпивка не избавляла меня от скуки, но, по крайней мере, пока я был пьян, мой мозг отрубался.
Все время, пока я был в 801-м, я вызывался на все, что давало мне какое-то занятие, помогающее бороться со скукой. За это время я побывал на курсах по безопасности оборонной промышленности, лыжной подготовке и самодельным инженерным боеприпасам, который проводило ЦРУ. Мы с Пюте в течение этих восемнадцати месяцев также участвовали в коротком FTX. Наша часть этих учений длилась всего двое суток.
801-му была поставлена задача обеспечивать Команду "A" на FTX, которые должны были проводиться в Южной Каролине. Согласно одной из задач от Команды "А" требовалось, чтобы они проникли через систему охраны завода, и добыли определенные документы. Мы должны были оказать всю возможную поддержку. Сначала я должен был провести с ними занятие, а затем, если они не смогут проникнуть на завод самостоятельно, они должны были запросить помощь, и я буду десантирован в их AO (район действий) для выполнения этой работы.
Вместо того чтобы готовить официальный план классного занятия, я решил: пусть члены Команды "А" расскажут мне, в чем именно заключалась их задача, а я смогу порекомендовать возможные области, где мог бы быть им полезен. Когда группа вошла в класс, я объяснил им свою идею и попросил их старшего ввести меня в курс дела относительно этой части их задачи. Сержантом группы был сержант первого класса Гиффорд, мой приятель по проекту "Дельта" и 46-й роте. В командах любят играть, держа карты ближе к груди, и не любят звать на помощь. Их капитан хотел, чтобы я научил их быть шпионами и взломщиками, чтобы они могли сделать все сами. Я вежливо сообщил им: "Армейский шпионский курс длился около шести месяцев, а их курс взломщиков – восемь недель, а у меня всего два часа". Мой ответ был встречен молчанием, поэтому я добавил: "Позвольте мне привести несколько примеров того, как вы можете обойти запирающее устройство или систему безопасности, не будучи взломщиком. Можно отправить одного или нескольких членов группы подать заявку на работу на фабрике. Возможно, пока они будут там, у одного из них появится возможность выполнить вашу задачу, не будучи обнаруженным. Если нет, возможно, у них получится заклинить наружную дверь, чтобы она не смогла запереться, или сделать слепок ключа от главного входа, или, возможно, они смогут оставить незапертым окно в туалете или в пустой комнате".
Затем я перешел к демонстрации того, что подправить в замке, чтобы он заедал, когда его пытались запереть, но никто этого не замечал. После этого я продемонстрировал, как делать слепки ключей. Это дало им некоторую "пищу для размышлений" и породило новые вопросы. В общем, занятие получилось неплохим.
Командир 801-го вызвал меня в свой кабинет где-то дня через три после того, как группа десантировалась в Южной Каролине. Он сказал: "Вэл, Команда "А", которой ты должен был оказывать поддержку, уже успешно выполнила эту часть задачи. Твоя помощь им больше не требуется. Однако их командир Группы обнаружил, что они валяют дурака. Они разместились в пустующем фермерском доме на окраине города, и он хочет, чтобы ты отправился туда как "агрессор". Он хочет, чтобы ты обнаружил их и заставил пожалеть, что они не остались в лесу". Он послал со мной Пюте. То, что я теперь был вынужден играть "врага" команды, которой должен был помогать, убило мою радость. Приказы приказами, но я чувствовал себя предателем, когда мы направлялись на юг на моем золотистом Камаро.
Как только мы нашли номер в мотеле, мы направились прямиком в офис шерифа. Я рассказал, зачем мы здесь, и спросил его: "Шериф, если мы сможем их найти, могу ли я попросить вас сделать вид, что вы их арестовываете, и запереть их в вашей тюрьме, пока я не допрошу их? Затем я хотел бы провести с несколькими из них агрессивный допрос, а потом мы сможем отпустить их. Всех дел должно быть не более чем на три или четыре часа". Его заместитель тоже был в офисе, и как только я закончил, он сказал: "Шериф, держу пари, они в доме Старины Джо на Каунти-Лайн-роуд (названия изменены.) Я слышал, что там какие-то люди, выглядящие как солдаты". Проверив мое удостоверение личности, шериф рассмеялся и сказал: "Само собой, ребятки. У нас есть немного свободного времени. Поехали туда и нахватим их". Конечно же, они были в том фермерском доме.
Ребята из Команды "А" были ошеломлены, когда увидели, как подъехала машина шерифа, а за ней мы с Пюте на моей машине. Я объяснил: "Капитан, планы изменились. Я теперь один из "плохих парней", сотрудник "тайной полиции". Вы все арестованы и поедете с нами по приказу командира 5-й Группы". Они действительно слонялась там как кучка растяп, и парочка из них была бы не прочь начистить "сотруднику тайной полиции" его здоровенное рыло. Я позволил капитану оставить там одного человека для присмотра за снаряжением, а всех остальных мы принялись переправлять в тюрьму – на это потребовалось две ездки.
В крошечной тюрьме было всего две камеры. Шериф запер их всех в одной, чтобы я мог поместить тех, кого закончил допрашивать, в другую камеру. Сам будучи дознавателем, Пюте хотел наблюдать за допросом. Шериф и его заместитель тоже.
Те, кого я отобрал для допроса, были самыми молодыми членами группы, потому что я полагал, что это принесет им наибольшую пользу. Гиффорд ожидал, что я выберу его, просто чтобы немного поизводить своего старого приятеля, но я этого не сделал. Я понял, что Гиффорд был самым опытным членом команды, и хотел максимально использовать то время, которое у меня было.
Я допрашивал задержанных индивидуально. Первым делом я приказывал задержанному раздеться до трусов, а затем, обшаривая его карманы, задавал ему вопросы. В ответах они ограничивались своим именем, званием, личным номером и датой рождения. Затем я заставлял их стянуть трусы, отойти от стены примерно на пять футов и прислониться к ней, опираясь на большие пальцы, в то время как я в быстром темпе задавал им все новые вопросы. Раздевание догола причиняло молодым парням эмоциональный дискомфорт. Стариков же это вообще не побеспокоило бы. По факту они просто выходили из себя. Между "пулеметными очередями" вопросов они проводили довольно много времени в упоре лежа, либо прислонившись к стене, однако продолжали придерживаться минимума необходимой информации и своей легенды прикрытия. Один молодой солдат так разозлился, что его затрясло.
После того, как я заставлял каждого из них страдать около часа, я позволял им одеться и помещал их в камеру отдельно от их товарищей, которые еще не были допрошены. Затем я устраивал грандиозное шоу, выбирая следующую жертву. На выбор каждой следующей жертвы у меня уходило около пяти минут. У всех, за исключением Гиффорда, в глазах была очевидная ненависть, так что, полагаю, я проделал хорошую работу. Гиффорда, казалось, все это слегка забавляло. Несмотря на то, что я допросил только двоих задержанных, мой процесс отбора оказал определенное давление и на остальных.
Надеюсь, этого было достаточно, чтобы донести мысль полковника. Не будучи садистом, я не видел причин продолжать это, так что мы вернули их в дом на ферме, где я сказал им: "Что до меня, я сделал то, что приказал полковник, и мы закончили с вами, но мы не вернемся в Брэгг после того, как оставим вас здесь. Мы немного поболтаемся по округе и вернемся сюда позже. Если вы все еще будете здесь, когда мы вернемся, мы пройдем эту процедуру снова, за исключением того, что все будут проходить через очень агрессивный допрос – даже если это займет всю ночь. Так что, пожалуйста, уйдите до того, как мы вернемся". С этими словами мы с Пюте вернулись в мотель, собрали вещи и поехали обратно в Форт-Брэгг. Что до меня, у меня осталось дурное послевкусие, быть предателем, это не по мне.
Каждое подразделение SF после каждой задачи, включая такие учения, обычно представляло письменный отчет. Очевидно, они не упустили ни малейших деталей о моем обращении с ними, потому что примерно через неделю мне вручили официальное письмо с благодарностью за "превосходно" проведенное обучение. Ставлю пятерку против десятки, что в отчете Гиффорда это называлось иначе.
Мы с Пюте и полусотней других спецназовцев из 5-й и 7-й групп из 5-й и 7-й Групп провели две недели на курсе самодельных инженерных боеприпасов. Обучение имело гриф "Секретно". Черт возьми, в SF к почти любым учениям относились так, как если бы они были "секретными". Это был просто их способ привить своим бойцам принцип "в части, касающейся". Нас отвезли в учебный центр, принадлежавший ЦРУ и располагавшийся на бывшей базе береговой охраны.
Это был очень интересный курс, особенно обучение тому, как делать взрывчатые и зажигательные вещества из материалов, которые можно свободно купить в хозяйственных магазинах, супермаркетах или аптеках. Однако лучшее, что там было, это кормежка.
Эти занятия также посещали сотрудники Государственного департамента, так что еда у нас была отличной. Все это было по-прежнему организовано в стиле кафетерия, как в обычной армии, но на завтрак вы могли выбрать мясные блюда, количество яиц и способ их приготовления, а также столько добавок, сколько хотели. Под "добавками" я подразумеваю хлеб, масло, молоко, кофе, сок, хлопья и т.п. Также в конце линии раздачи вас ждал шеф-повар с планшетом и списком всех курсантов и инструкторов. Он спрашивал каждого курсанта что-то вроде: "Желаете вина или пива к вашему фазану?" Вместо фазана могла быть утка или стейк. Если вы говорили "пиво", он отмечал это рядом с вашей фамилией, а затем вам приносили два пива на льду. Если бы вы говорили "вино", он ставил для вас на лед маленькую бутылочку вина. Мы были в шоке. Мы подумали, что это была шутка, но действительно на первый ужин у нас был фазан, и, к нашему восторгу, принесли пиво и вино.
На следующий день, стоя в очереди на завтрак, один из лейтенантов пожаловался шеф-повару: "Эй, поварешка, мне не по зубам вся эта отменная жрачка. Я скучаю по холодным яйцам, подгоревшим тостам и ледяному кофе". На следующее утро, когда этот лейтенант подошел со своим подносом к раздаче, шеф сказал: "Погоди-ка, лейтенант! Я тут уже приготовил завтрак специально для тебя". С этими словами он подошел к большой морозилке и достал поднос с двумя замороженными омлетами, двумя угольно-черными тостами, двумя сильно подгоревшими сосисками и чашкой замороженного кофе. Он вручил поднос лейтенанту со словами: "Мы стремимся угодить, лейтенант". Столовая взорвалась хохотом. Когда первоначальный шок прошел, лейтенант присоединился к смеющимся. Затем он попытался вернуть поднос шефу, который отказался взять его и жестом велел лейтенанту двигаться по раздаче дальше, и тогда мы действительно заржали. Лейтенант перестал смеяться и принялся упрашивать дать другой, пустой поднос, пока наконец не получил его. После этого он снова был счастлив. За три недели обучения каждый из курсантов-спецназовцев набирал по нескольку фунтов. Мы ели как короли... Э-э-ээ… Или, может, как свиньи.
Один из инструкторов-подрывников также обслуживал нас в баре, располагавшемся на втором этаже нашей казармы. Это было отличное место, мы были довольно далеко от ближайшего города какого-либо размера, но они, вне всякого сомнения, сделали все возможное, чтобы компенсировать это. У них даже на воротах стояли гражданские охранники. Должно быть, они были там, чтобы не впускать нежелательных людей, потому что мы точно не стремились никуда уйти. К тому времени, как мы выбрались оттуда, мой живот нависал над поясным ремнем.

ОДНАЖДЫ ВСЕХ нижних чинов 5-й Группы собрали в большом зале на Смоук-Бомб-Хилл. Капитан из Дворца головоломок в Арлингтоне выскочил на сцену и принялся вещать нам о последней "выгодной сделке", которую Армия приготовила для своих отставников. Он действительно пытался "втюхать" нам эту новейшую "выгодную сделку" от Минобороны.
То, что сказал нам капитан, было настолько невероятным, что мы не были уверены, что он действительно говорит то, что нам слышится. Один сержант поднял руку и, когда его заметили, встал и сказал: "Капитан, давайте посмотрим, правильно ли я понимаю эти новые правила. Насколько я понимаю, при нынешней системе, если мы уволимся из армии и будем иметь право на пенсию в рамках социального обеспечения, мы продолжим получать от армии ту же сумму, которую получали при безупречной службе, и полную пенсию по социальному обеспечению, которую мы, как и все, заработаем, платя взносы на нее. Насколько я понимаю "новый курс" армии, теперь, когда мы увольняемся из армии, имея право на получение пенсии по социальному обеспечению, армия сократит нашу армейскую пенсию на ту сумму, которую мы получим от социального обеспечения. Я прав?" "Да, сержант, вы абсолютно правы". "Сэр, при всем уважении, эта сделка – отстой!" Затем вся аудитория так освистала капитана, что он, в итоге, отказался от попыток "продать" нам свою последнюю "Уловку-22", и нас отпустили.
Мои две комнаты в BEQ (Bachelor Enlisted Quarters – общежитие для холостых нижних чинов), где я делил ванную с Пюте, стали тесны, так что я съехал и снял квартиру побольше вне части – далеко от части. Однако это было слишком далеко от моего подразделения, чтобы меня устраивать, поэтому я не задержался там надолго, прежде чем вернулся в BEQ.
Когда я еще жил на квартире вне гарнизона, однажды поздно вечером мне позвонили по телефону. Это был лишь шепот, и я никак не мог узнать его. Парень сказал, что придет и надерет мне задницу, потому что я крутил с его женой. Это было неправдой, потому что я не ударял ни за чьей женой, так что я понятия не имел, кто этот персонаж, однако велел ему тащить свою задницу сюда и повесил трубку. Затем я достал себе свежего холодного пива, вышел из дома, сел на поребрик и стал ждать, кто появится.
Вскоре подъехал Боб Казцер, братец Лис с курсов радиосвязи в Форт-Гордоне. Боб был капитаном, только что закончил языковую подготовку и собирался за границу. Я не видел Боба с тех пор, как мы были на Оки в 63-м. После окончания OCS Боба отправили обратно во Вьетнам, где он был ранен в горло – вот почему он теперь шептал. Боб по-прежнему твердо верил в эту дурацкую войну. Он прошептал мне: "Нижним чинам просто не видна "общая картина". Я подумал: "Проклятье, Боб, теперь ты определенно "офицер". Я не понимаю, как парень с таким высоким IQ может верить в это". Однако я держал свои мысли при себе. В конце концов, было бы нечестно начинать орать на друга, который не может кричать в ответ. Мы проболтали до поздней ночи, а потом мне пришлось немного поспать, потому что на раннее утро у меня был запланирован прыжок с парашютом, и этот прыжок был мне действительно нужен для получения платы. Это был последний раз, когда я видел Боба.
(Как оказалось, Боба отправили в Германию, в подразделение 10-й Группы в Берлине. Боб вышел в отставку, жил и работал в Канзасе, и полностью восстановил свой голос.)

ИНЦИДЕНТ С ЛЕЙТЕНАНТОМ Келли обсуждался повсеместно. Келли был тупорылым лейтенантом, которому довелось быть командиром взвода в дивизии "Америкал"(1). Когда его взвод выполнял задачу по поиску и уничтожению в районе, обозначенном как "зона свободного огневого поражения", он казнил безоружных гражданских лиц и приказал своему взводу сделать то же самое. Кто-то подчинился, кто-то нет. Он утверждал, что выполнял приказ, и некоторые из его людей поддержали это, потому что были свидетелями того, как он получил этот приказ от своего командира. Он выстроил безоружных гражданских лиц (мужчин, женщин и детей) вдоль придорожной канавы, а затем он и некоторые из его солдат скосили их очередями.
Судя по разговорам, которые я подслушал и/или в которых участвовал, многие из старших по званию кадровых нижних чинов считали, что молодой второй лейтенант поступил правильно просто потому, что исполнял приказы. Я был несогласен.
Я твердо верю, что Кэлли сказал правду. Этому бедному тупому второму луи был отдан незаконный приказ, и он подчинился ему. Когда дерьмо попало на вентилятор, у офицеров, отдавших ему эти приказы, внезапно приключилась амнезия. Я полагаю, Кэлли ожидал, что его капитан, майор и подполковник встанут пред богом и людьми, и признают, что ему было приказано убить жителей той деревни, и что виновны они, а не он. Если так, то он все еще ждет, когда это случится.
Присяга, даваемая военнослужащими, требует от них исполнения всех законных приказов. Этот несчастный тупой второй луи и члены взвода, помогавшие ему, были виновны в убийстве, а если он получил приказ сделать это, то и командиры, отдавшие ему этот приказ, также были виновны в убийстве. Эти ребята также были виновны в том, что были либо "воинственными придурками", либо "легковерными пройдохами", однако я не думаю, что это незаконно – по крайней мере, пока.
Зимой 72-73 годов кучку парней из 5-й Группы отправили на неделю лыжной подготовки на горнолыжный курорт в Буне, Северная Каролина. Мы спали в палатках на отделение, которые поставили в чистом поле позади большого здания лыжной базы. Погода была холоднее, чем ведьмины сиськи. В первый вечер нашего пребывания там мы все отправились на ужин в Бун. Пока мы были в городе, разразилась снежная буря, и когда мы вернулись, то обнаружили, что ветер оторвал от колышков стенки нашей палатки. Все внутри нее было покрыто примерно четырьмя дюймами (10 см) снега, а большинство из нас уже поставили складные брезентовые койки и развернули “пердячие мешки”. Сначала мы снова закрепили стенки палатки кольями, а затем несколько минут пытались очистить наши спальники (и брезентовые койки) от снега и согреть их, прежде чем залезть внутрь. Каждый день мы катались на лыжах с рассвета до темноты, и каждую ночь был жуткий холод. Поначалу у меня получалось плохо: я не мог долго стоять или наклоняться в каком-либо направлении, не падая. Проблема заключалась в моих ботинках: от них у меня болело ахиллово сухожилие.
Всякий раз, когда я делал шаг или переносил свой вес на одну ногу, жесткий верх задника ботинка впивался в мое ахиллово сухожилие, и я падал. Потратив два дня на попытки кататься в этих ботинках, я настоял на том, чтобы выбрать другой тип обуви – с мягким верхом. Это решило мою проблему: после этого я мог встать и наклониться, не мучая лодыжки. Мои лыжные навыки значительно улучшились, и последние три или четыре дня были в удовольствие.

ПОКА МЫ С ФРЭН были женаты, я полюбил братьев и сестру Фрэн, а также ее детей. Прошло четыре года с тех пор, как я виделся с ними или что-то слышал о них, так что я позвонил ее маме, чтобы узнать, как они ладят. Фрэн дважды выходила замуж с тех пор, как я отправил ее домой с Оки, но так и не была удовлетворена тем, что имела. Ее нынешний муж владел мотелем с салоном, рыболовным магазином и рестораном на берегу озера на Шоссе №17 в Кресент-Сити, Флорида, а она управляла рестораном и салоном. Очевидно, они гребли деньги полной пригоршней, но и этот муж ее не устраивал.
На следующий же день после нашего возвращения из Буна, Северная Каролина, Фрэн позвонила мне на службу, а потом звонила снова и снова. Следующее, что я помню – она была в Форт-Брэгге, и мы покупали передвижной дом. Эта девушка действовала так быстро, что для меня это воспринималось как размытое пятно.
Фрэн сказала, что она изменилась – что она усвоила урок. Но примерно через месяц мне показалось, что она стала еще хуже, чем раньше. Если я рано уходил со службы и приходил домой раньше нее, то это было потому, что я флиртовал с соседкой. Если я задерживался допоздна или попадал в пробку и возвращался домой на пятнадцать минут позже обычного, я трахался с какой-то другой женщиной где-то в другом месте. Жизнь с Фрэн не улучшилась, это по-прежнему был ад: я снова позволил ей облапошить меня. Эта женщина могла продавать снежки эскимосам. Мы с Фрэн прекрасно ладили, пока не были женаты, а если мы были женаты, то пока между нами что-то находилось – скажем, пара штатов, континент или океан.
Вскоре после того, как Фрэн снова ворвалась в мою жизнь, я обнаружил, что Центр специальных способов вооруженной борьбы имени Джона Кеннеди получил два места на курсе специалистов по безопасности промышленности, который проводила Школа безопасности оборонной промышленности Министерства обороны. К тому времени мне нужно было отдохнуть от Фрэн, так что я попросил командира отряда отправить меня на ближайший курс. На следующий день он сообщил мне, что на курс собираются отправить пару ребят из линейных рот. Я сказал: "Что? Господи, да чем они думают? Мы – отряд разведки, а я – наш специалист по защите от методов проникновения и, как таковой, специалист по физической безопасности Группы. Как они могут оправдать отправку на этот курс кого-то еще до того, как его пройдем мы?" Очевидно, он согласился со мной и убедил кого-то в "мозговой хибаре", потому что я получил место на двухнедельном курсе.
Эта школа обеспечивала деятельность Агентства оборонного снабжения (DSA – Defense Supply Agency) и располагалась на складе снабжения DOD (Department of Defense – Министерства обороны) к югу от Ричмонда, Вирджиния.
Курсы специалистов по безопасности промышленности были самым бесполезным тренингом из всех, что я когда-либо проходил. Как оказалось, специалист по безопасности промышленности, это гражданский служащий Министерства обороны США, который инспектирует гражданских подрядчиков, работающих по контрактам на американское правительство, чтобы определить, соответствуют ли эти подрядчики Правилам промышленной безопасности Министерства обороны США. Единственной целью курса "Специалист по безопасности промышленности" было истолкование Правил безопасности промышленности Министерства обороны, чтобы люди, ответственные за соблюдение этих правил, могли их понять.
Положения о безопасности, регулирующие работу оборонных подрядчиков, были непонятны. Они были написаны настолько плохо, что пришлось написать на "простом английском" отдельное Руководство по безопасности, чтобы объяснить, что содержится в положениях о безопасности. Это отдельное Руководство по безопасности выдавалось гражданским подрядчиком вместе с экземпляром невнятных правил безопасности в надежде, что оно поможет им понять, чего от них ожидают. Это совершенно вымораживало мозг.
То, чему учил этот курс, никому в Центре JFK (Центр специальных способов вооруженной борьбы имени Джона Ф. Кеннеди) или в армии не было нужно, поэтому я задавался вопросом, почему нам всегда выделяли там места. Однажды я спросил одного из наших инструкторов, зачем они дают места для SF. Он ответил: "Ну, это своего рода наша рекрутинговая программа. Возможно, кто-нибудь из курсантов-спецназовцев вскоре будет увольняться и рассмотрит возможность работы в Министерстве обороны в качестве специалиста по безопасности промышленности". Я также спросил того же инструктора: "Сэр, почему бы Министерству обороны не переписать правила, чтобы они были понятны? Тогда можно было бы покончить как с Руководством для подрядчиков, так и с этим курсом, и сэкономить налогоплательщикам кучу денег".
Могло показаться, что я уронил этому человеку на колени разъяренного скунса. Он чуть не измарал штаны прямо перед классом. Его лицо покраснело, челюсть отвисла, и он уставился на меня так, словно не мог поверить в сказанное мной. В конце концов, он сказал: "Эти правила писал я, и у меня степень магистра по английскому языку". Я сказал ему: "Хорошо, сэр, но все ли инспекторы и подрядчики также имеют степень магистра английского, чтобы они могли прочитать и понять эти правила? Они слишком сложны для понимания. Например, предложения из сорока слов – не редкость. А некоторые предложения просто бесконечны. В них просто стоит двоеточие, за которым следует перечисление, за которым еще одна формулировка, за которой еще одно двоеточие, за которым следует еще одно бессмысленное перечисление, а за ним идет следующий раздел. Весь этот текст и данные без единого разделения на абзацы. Среднее предложение настолько длинное и в нем столько придаточных предложений и сокращений, что его практически невозможно понять".
Как оказалось, он был еще и отставным армейским полковником, автором правил, автором руководства для подрядчиков, в котором разъяснялось, что на самом деле говорится в правилах, начальником школы, главным инструктором школы и человеком, который сначала придумал эту школу, а потом убедил армию что она необходима. Говоря о "двойных доходах" и "обустройстве собственного гнездышка", этот сукин сын придал этим терминам новое значение. Он создал бесполезную империю, а затем сделал себя ее диктатором. Излишне говорить, что после этого ему было нечего мне сказать, а я не питал никакой надежды когда-либо стать специалистом по промышленной безопасности в DSA. Меня это ничуть не беспокоило, потому что я знал, что эта работа в любом случае свела бы меня с ума. Единственное, чем вы там занимались, это сравнением списка секретных материалов с секретными материалами, фактически имеющимися в наличии, и проверкой процедур безопасности, иными словами, вы были аудитором. Это была бы очень скучная работа даже без этих тарабарских правил.
Каким-то образом мне удалось пройти курс, но не из-за моей гладкой красноречивости – это уж точно. Фрэн приехала в школу, чтобы забрать меня, и на обратном пути в Форт-Брэгг и Фаталбург мы побывали в Вильямсбурге и Джеймстауне.
В этот период у армии была большая программа для увольняющихся нижних чинов. Она называлась "Проект Переход". Они обучали ряду гражданских профессий, таким как электрик, сантехник, каменщик, плотник и страховой агент. Кое-кто из сержантов SF прошли по нескольку таких курсов в течение последнего года службы перед увольнением. Это была отличная программа. Армия научила гражданских быть солдатами, а теперь, благодаря "Проекту Переход", армия переучивала солдат, чтобы они становились продуктивными гражданскими. Благодаря "Проекту Переход" Снаффи Смит, выйдя на пенсию, смог основать свой собственный сантехнический бизнес. Многие из GI в полной мере воспользовались преимуществами "Проекта Переход" и обучились ремеслу до того, как их уволили. Конечно, эта программа была слишком здравой, поэтому армия вскоре ликвидировала ее. Они упразднили программу, но не смогли устранить необходимость в ней.
Вскоре после того, как я вернулся с курса промышленной безопасности, в армии решили, что им надо сократить численность войск, и в первую очередь уволить лишний личный состав с выслугой более двадцати лет. Это описание почти точь в точь соответствовало моему затруднительному положению, за исключением того, что мне требовалось еще восемнадцать или двадцать месяцев, прежде чем я буду иметь право на пенсию. Управление кадров MI уведомило меня, что во мне очень нуждаются в 500-й Группе MI в Кэмп-Зама в Токио, Япония. Для назначения в 500-ю я должен был сначала пройти 47-недельный курс японского языка в DLI (Defense Language Institute – Военном институте иностранных языков в Пресидио Монтерей, Калифорния), а затем провести не менее 30 месяцев в Японии. Я намеревался уйти на пенсию, как только у меня будет двадцать лет выслуги. Я был сыт по горло всей этой нынешней армией, но самое раннее, когда я мог уйти в отставку, это где-то 1 декабря 1974 года.
В управлении кадров MI в округе Колумбия мне сказали: "Либо это назначение, либо следующее, которое появится – неважно, кем, когда и куда". Я сказал: "Эй, приятель, я намерен уволиться, как только получу право на пенсию, что, как я полагаю, наступит 1 декабря 1974 года. Почему вы не можете просто оставить меня в покое до тех пор?" Этот болван сказал мне: "Вам еще слишком долго до выхода на пенсию, чтобы претендовать на исключение от назначений. Вам следует принять решение прямо сейчас". Я позвонил в штаб 500-й Группы разведки в Кэмп-Зама и поговорил с Первым сержантом. Первый сержант Хилл оказался бывшим спецназовцем и помнил меня по Окинаве. Хилл был женат на окинавке или японке, и бегло говорил по-японски. Он заверил меня, что я им там очень нужен. Что ж, в сложившихся обстоятельствах я решил принять назначение в Японию. По крайней мере, я знал, что мне будет, чем заняться.
Ко времени окончания языковой школы у меня будет двадцать лет выслуги, но Уловка-22 заключалась в том, что если я пойду в нее, мне придется отправиться за границу. Моя командировка в Японию продлится тридцать месяцев, так что я решил, что возьму Фрэн с собой. Это означало, что мне придется ждать отставки до июня 1977 года. Я подумал: "Интересно, смогу ли я продержаться так долго при том немногом здравомыслии, что у меня осталось". Через пару месяцев я получил приказ о направлении в DLI с датой явки в начале января 1974 года.
Мы с Фрэн решили оставить наш новый передвижной дом на хранении в Спринг-Лейк, что недалеко от Форт-Брэгга. Мы, вернее, Фрэн, продали Камаро: она все равно его ненавидела, потому что у него не было ни гидроусилителя руля, ни автоматической коробки передач. Мы оставили пикап Форд F-100 1972 года выпуска, чтобы доставить нас и большую часть нашего "барахла" в Калифорнию. Я купил его до того, как Фрэн вернулась на сцену. В пикапе тоже не было кондиционера, гидроусилителя руля или автоматической коробки передач, но он сможет довезти до Калифорнии и нас, и все наши пожитки. Я уже довольно давно обнаружил, что большинство людей были избалованы этими желанными вещами, и ни GI, ни местные леди не станут уговаривать меня уступить им машину, если в ней их не было. Очевидно, я был прав, никто так и не попытался приобрести ни одну из моих машин, а Фрэн их ненавидела. Не то чтобы что-то из моей деревенской мудрости приносило мне пользу, когда дело касалось женщин: я все еще ни черта не знал о них.

1. 23-я пехотная дивизия, сформированная в мае 1942 года на Новой Каледонии. Дивизия получила наименование "Америкал" – сокращение от "Дивизия американской Новой Каледонии" (прим. перев.)

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 27 июл 2022, 06:49 

Зарегистрирован: 25 янв 2015, 15:12
Сообщений: 546
Команда: Нет
Спасибо. История с Школой безопасности оборонной промышленности Министерства обороны меня просто привела в восхищение.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 30 июл 2022, 12:07 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 2083
Команда: нет
Военный институт иностранных языков, Монтерей, Калифорния

ПЕРЕД ТЕМ, КАК мы с Фрэн уехали в Калифорнию, мы побывали в районе Кресент-Сити, Флорида, и будучи там купили участок к северу от Помона-парк в районе под названием "Поппа Джо Оук-Хейвен". Это место было в лесу, примерно в миле от Шоссе №17 и фактически находилось примерно на полпути между Помона-парк и Сацумой. На нашем участке имелся огромный живой дуб, который был исключительно красив, и он примыкал к участку Поппы Джо Миллера и его жены Роберты Рут Миллер. Как только мы завершили сделку по участку, мы отправились по I-10 на запад.
Это было в самом начале 1974 года, когда набирало силу нефтяное эмбарго, и в США якобы не хватало бензина. Цены на него чуть ли не за ночь подскочили с тридцати пяти до семидесяти пяти, а то и восьмидесяти центов за галлон (3,79 л). Иногда бензина не было, а если был, чтобы получить его, приходилось ждать в очереди, которая могла быть длиной в милю.
Когда мы только отправились в ту поездку, я не останавливался на заправках, где за бензин брали по восемьдесят центов за галлон, но к тому времени, как я добрался до Калифорнии, я был счастлив хотя бы просто найти бензин и ничуть не ворчал, когда за галлон приходилось платить по доллару. За время этой поездки я ни разу не позволил своему бензобаку опустеть более чем наполовину.
Позже, когда шумиха несколько поутихла, некоторые операторы и работники заправок признались, что все это время их резервуары были полны бензина, но нефтяная компания пришла и заперла их на замок. Им сказали, что нефтяная компания не позволит им продать ни капли бензина, пока цена не поднимется до желаемого уровня. "Нефтяная нехватка?" да щаз! "Нефтяная обдираловка" – так вернее.
Первую ночь мы провели примерно в пятидесяти милях (80,5 км) к западу от Нового Орлеана. Мы собирались переночевать на окраине Нового Орлеана и, может быть, провести там следующие день и ночь, но я промахнулся. Я пропустил весь город Новый Орлеан! Теперь подождите секунду, позвольте мне объяснить, как я пропустил его. На подъезде к Новому Орлеану мы наткнулись на то, что, должно быть, было самым длинным мостом в мире – тем, что идет через озеро Пончатрейн, и я решил доехать до окраины города по I-10, чтобы найти мотель, как мы и хотели.
К сожалению, мы оказались в ловушке на длинном участке интерстейта, возвышающемся над болотом и остающимся таковым на протяжении примерно двадцати или двадцати пяти миль (32-40 км). К тому времени, когда мы доехали до первого съезда, было уже поздно, и я был слишком усталым и злым, чтобы разворачиваться и ехать обратно в Новый Орлеан, чтобы снять мотель. На следующее утро я все еще был слишком взвинчен, чтобы возвращаться. Это был единственный раз в моей жизни, когда я пропустил целый город.
Мы провели день и две ночи в районе Хьюстона и посетили космический центр. Бензин в Хьюстоне стоил всего пятьдесят пять центов за галлон. Хотел бы я иметь прицеп, чтобы можно было заполнить его 5-галлонными (18,9 л) канистрами с бензином. Наша следующая остановка была в Сан-Антонио, где мы посмотрели Аламо и реку, протекающую через центр Сан-Антонио. Наша следующая остановка была на авиабазе Эдвардс в Калифорнии.
По пути мы посетили Карлсбадские пещеры в Нью-Мексико. По карте выглядело, что авиабаза Эдвардс находится в миле или около того от интерстейта.
Граница базы была совсем рядом с интерстейтом, но съехав с него, мы проехали по пустыне несколько миль, прежде чем, наконец, нашли главное расположение и гостевой дом. Такая вот плата за экономию денег в поездке через страну. Мы остановились на ночь неподалеку от Монтерея, и рано утром следующего дня я явился на службу.
Нам повезло, мы получили жилье в Президио и сразу же въехали туда. Нас разместили в старом каркасном доме, который в конце 1800-х годов использовался как жилье для офицеров. Первоначально это был четырехкомнатный каркасный одноэтажный дом. Где-то в начале 1900-х в его задней части сделали пристройку, включавшую ванную, кухню и крохотную застекленную верандочку. Комнаты изначального дома мы использовали как гостиную, столовую, кабинет и спальню. В штабе мне выдали письменный стол и стул.
В течение следующих 47 недель я провел огромное количество времени, сидя за этим столом запершись в своем кабинете. В каждой из стен старой части дома были либо дверь, либо дверь и окно, либо два окна. Современной женщине было невозможно обставить дом, не загородив хотя бы одну дверь или окно. Насколько я помню, улица, на которой мы жили, вела вниз по холму прямо в город. Нам не нужно было всякий раз проходить через главные ворота части. Лучший в Штатах китайский ресторан располагался на Кэннери-Роу, где когда-то был старый консервный завод. Кажется, он назывался "Чайна-Роу", но поклясться в этом не могу. Сомневаюсь, что он все еще там.
Каждое утро мы просыпались под лай морских львов на скалах в бухте. Они напомнили мне стаю гончих, охотящихся на лису или опоссума, только громче, намного громче. Потребовалось время, чтобы привыкнуть к ним. Также потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к погоде на полуострове Монтерей. Погода на полуострове была холодной, ветреной и туманной. Не было видно никого с короткими рукавами или в шортах. Мы были в Калифорнии, но пляжной одежды и барбекю на заднем дворе не существовало. Мы с нетерпением ждали лета. Лето пришло и прошло почти незаметно. Оно длилось всего где-то неделю, а потом опять вернулась та же старая холодная сырая, ветреная погода. Температура была почти постоянной: шестьдесят градусов (15,5°С). Это было похоже на жизнь в очень большой пещере со встроенным освещением.

С ЯНВАРЯ ДО КОНЦА августа или начала сентября мой еженедельный распорядок был одинаков. С понедельника по пятницу я вставал в 05:30, брился, одевался, варил кофе и занимался в течение часа, прежде чем разбудить Фрэн. Затем я занимался еще немного до завтрака. После завтрака я чистил зубы, накидывал на себя пальто и шляпу, брал портфель, полный книг и бумаг, и направлялся в класс. Занятия шли с 08:00 до 12:00 и с 13:00 до 15:00 с понедельника по пятницу. Первое, что мы делали на занятиях, это по очереди вставали перед остальным классом и вели "заготовленный" диалог с другим курсантом. В диалоге будет использоваться вся грамматика и многие слова, выученные ранее, плюс вся новая грамматика и новые слова, заданные в качестве домашнего задания на предыдущем занятии. Если бы я еще не преодолел свой страх сцены, я бы точно сделал это еще до конца года. После того, как каждый из курсантов заканчивал диалог, мы приступали к выполнению дневного задания.
Во время занятий мы могли говорить только по-японски, если не получали специального разрешения от преподавателя. Преподаватель должен был говорить с нами только по-японски. В наших книгах были пояснения, определения и указания на английском языке. Это единственное, что спасло меня от прыжка головой вниз с крыши. Мы будем разными способами практиковаться в использовании новой грамматики, мы будем практиковаться в произношении новых слов, и мы будем практиковаться в написании новых букв или новых слов.
Следующим уроком всегда было наше домашнее задание на этот вечер и предмет нашего классного занятия на следующий день. Типичное домашнее задание состояло из двадцати пяти новых слов, включая произношение, значение и умение прочесть и написать их. Заметьте, что упоминая "написать", я не сказал "по буквам" – это большая разница. Нам пришлось выучить два разных алфавита. У японцев есть один алфавит, который они используют для написания японских слов, и другой, которым они пользуются для иностранных слов. Как только мы выучили оба алфавита, мы начали учить кандзи. Это иероглифы или пиктограммы, которые японцы позаимствовали у китайцев, а затем видоизменили, чтобы они лучше подходили для японского языка. Мы должны были научиться читать и писать около 1500 иероглифов. Японский язык включает около 40000 различных кандзи.
В некоторые из дней мы слушали обучающие магнитофонные записи и повторяли за инструктором под запись, а иногда смотрели японские фильмы. Один из этих фильмов был очень длинным и очень скучным, но нашему инструктору он очень нравился. Видимо, именно этот фильм японцы считали классикой – по крайней мере, наш дорогой инструктор считал. Мы смотрели его по часу или два ежедневно на протяжении нескольких дней. Эта хрень была раз в десять длиннее "Унесенных ветром", и мы, курсанты, могли понять только одно слово из двадцати, если не меньше. Мне кажется, что если бы они перевели на японский какие-нибудь американские фильмы, особенно мультфильмы, или, может быть, старые вестерны категории "В" и использовали их, это было бы намного эффективнее. Чем проще были диалоги в фильме, тем больше шансов, что мы их поймем. И чем больше был нам знаком фильм, тем больше шансов, что мы сможем соотнести его с иностранным языком. По крайней мере, мы бы не засыпали. В конце концов, Джон Уэйн и Морин Охара, ведущие беседу на японском, в любом случае заслуживали бы того, чтобы посмеяться, и, по крайней мере, мы сможем соотнести диалоги с ситуациями. Что до меня, то просмотр этих фильмов отнимал драгоценное время, которое я мог бы потратить на домашнее задание, чтобы иметь возможность вечером заняться чем-нибудь помимо учебы.
Так как классные занятия заканчивались в 15:00, я занимался с 15:00 до ужина. Я прерывался, чтобы поесть и посмотреть новости, а затем снова занимался, пока не приходило время принять душ перед сном. Каждый день происходило одно и то же. Попытки выучить японский вызывали чувство безысходности. Каждую субботу и воскресенье я выделял на занятия по шесть часов. В субботу и после обеда в воскресенье я штудировал все, что мы изучали за предыдущую неделю, а затем в воскресенье вечером начинал работу над понедельничным уроком.
Все дни были одинаковыми – пока у нас не появилась Панкин. Панкин была маленькой черно-белой бордер-колли, которую мы взяли из местного приюта. Она была красивой и умной, но при этом очень робкой. Думаю, она подвергалась словесному или физическому насилию. Панкин была идеей Фрэн. Фрэн надоело быть на втором месте после моей учебы. Единственной проблемой с Панкин было то, что она была гиперактивной. Мы ничего не знали про бордер-колли и не были готовы к такому заводному щенку.
Заводить питомца было плохой идеей, поскольку я был обеспокоен тем, что мы собирались уехать оттуда и лететь на другой конец Тихого океана, но в конце концов я уступил. После того, как нам досталась Панкин, я купил книгу, написанную тренером Лесси, и занимался с Панкин около тридцати минут каждый день сразу после возвращения с классных занятий. Она училась быстро. Я научил ее выполнять команды, подаваемые словами и жестами. За следующие несколько лет мы очень привязались к этой маленькой собачонке. Панкин была лучшей собакой в моей жизни.
Все наши инструкторы были американцами японского происхождения. Наш инструктор, казалось, обладал безграничным терпением. Большинство курсантов с моего курса не занимались вне классной комнаты. Мне не нужно было говорить, что они не учатся, это было очевидно по их результатам на классных занятиях, особенно во время диалогов. Преподавателю приходилось скармливать им реплики пословно. Я не шучу – слово за словом. Это происходило первым делом каждое утро, каждый день, день за днем, месяц за месяцем.
Они не заваливали сачков. Они даже не поделили наш курс на две группы в зависимости от успеваемости. Они ничего не предприняли по этому поводу. Это заставило нас терять много времени, времени, которое инструктор мог бы потратить, работая с курсантами, трудившимися не покладая рук, и это до бесконечности расстраивало меня. Я также был расстроен тем, что, несмотря на весь тяжкий труд, мы все еще не могли вести разговор на японском языке. Курсанты большинства других языковых курсов могли поддерживать разговор уже к середине курса. Только не изучающие японский – мы не могли произнести по-японски ни одной фразы, а понимали еще меньше. Эти разочарование и стресс от занятий в классе, дома и супружеской жизни начали накапливаться внутри меня, и с каждым днем они становились все сильнее.
Меня окончательно накрыло в конце августа или начале сентября. В тот день, когда пришло время вести диалог, я не мог вспомнить ни единого слова... провал в памяти. Даже когда я занимался дома, мне было трудно запоминать диалоги. Инструктор пытался скормить мне мои реплики, но ничего не вышло. Так что я сел, и они перешли к следующему курсанту. У меня возник психологический барьер, но тогда я не понимал этого, и мне было все равно.
После этого инструктор дал мне второй шанс. К тому времени был я так зол на себя, что у меня чуть пробки не вышибло. Все, что я сделал, это помотал головой и отказался говорить перед остальным классом. Я просто сидел там, надувшись как здоровенная проклятущая жаба. Накануне я получил сообщение о том, что в тот день после занятий мне нужно обновить прививки. На первом же перерыве я вышел из класса и потопал по улице прямо в клинику, где мне сделали с полдюжины уколов, затем я дотопал до дома, где оставил учебники. А потом отправился в клуб для нижних чинов, где напился до того, что стоял на коленях в обнимку с унитазом.
Что ж, это сработало, когда у меня возник психологический барьер в радиошколе. Когда Фрэн вернулась домой, а меня там не было, и до темноты я не появился, она позвонила Тиму и Мэри Макферрин. Тим был офицером ВВС и учился на моем курсе. Его жена Мэри тоже училась со мной.
Супруги военнослужащих также могли посещать занятия при наличии свободных мест, но Фрэн не хотела ходить на них. Тим сказал ей, что у меня возникла проблема, я ушел из класса в полдень и больше не возвращался. Он пошел искать меня. Он нашел меня в клубе. Мы финишировали в какой-то таверне в центре Монтерея. Он вел, а я даже руля не видел. В конце концов, он доставил меня домой около 23:00.
Излишне говорить, что ни в тот вечер, ни на следующее утро я не занимался. Это также означало, что я не знал ни предыдущий диалог, ни тем более диалог, который должен был быть в то утро. Мой гнев поутих, и я не испытывал такого разочарования, поскольку больше не беспокоился об освоении этого проклятого языка. Мне было плевать, смогу ли я расслышать или произнести хоть слово по-японски. Нет, господа, в тот момент меня беспокоило только мое невероятное похмелье. Ощущение было такое, что моя голова в любой момент может расколоться до самой шеи. Мой желудок вел себя так, словно не мог решить, как именно он собирается отплатить мне за то, что я влил в него накануне днем и вечером. Что бы он в итоге ни решил сделать, я знал, что мне это не понравится. К концу того дня мой инструктор сообщил, что на следующее утро я должен ему три диалога.
Для каждого диалога требовалось не менее двух участников. Курсант никогда не знал, какого персонажа ему предстоит сыграть, так что ему приходилось запоминать все реплики всех задействованных участников. Обычно в диалоге на уроке участвовало четыре персонажа – двое мужчин и две женщины. Мне нужно будет выдать все диалоги всех персонажей за два урока, которые я пропустил. Я едва слышал его указания из-за гула и грохота внутри моего черепа.
В тот вечер и на следующее утро перед занятиями я занимался ровно столько же часов, сколько и до того, как у меня снесло крышу. Единственная разница в том, что на этот раз я за то же время выучил три разных урока. На следующее утро во время первого часа занятий я произнес диалог, который должен был быть в тот день. Во время перерыва я выдал моему инструктору два других диалога за всех персонажей, пока остальные чесали задницы и ковыряли в носу в коридоре.
Это испытание преподало мне ценный урок: если я смог выучить три урока за один вечер, прозанимавшись то же количество часов, что и обычно, мне не нужно было тратить на один урок почти столько же времени, сколько я тратил раньше. Именно тогда я решил, что буду ограничивать свои занятия двумя часами каждое утро перед уроками, и все. Каким бы трудным не было задание, я собирался заниматься ровно столько, и именно так я и сделал. С этого момента у меня никогда не было проблем ни с одним из уроков. Все они были раз плюнуть.
Позже инструктор сказал мне, что те, кто учился по-настоящему усердно, действительно старался, были теми, у кого возникал этот психологический барьер. На моем курсе я был единственным, у кого он возник, а наш курс был настолько большим, что мы занимали два класса, и нам требовалось два инструктора. Сказать, что я "налетел" на психологический барьер, это мягко сказано.
С той поры я, Фрэн и Панкин каждые выходные ездили осматривать достопримечательности. Мы посетили Лос-Анджелес, Миссию Капистрано, Африканское сафари, студию Юниверсал, Бель-Эйр, Голливуд, Херст-Касл, лес гигантских деревьев, Пеббл-Бич, Кратерное озеро в Орегоне, озеро Тахо, съемочную площадку телесериала Бонанза, Рино, Дом Винчестеров в Сан-Хосе и Эврику в Калифорнии, и Сан-Франциско. В течение последних трех или четырех месяцев мы действительно покатались.
Вскоре после нашего прибытия туда Фрэн устроилась на работу в Форт-Орде в качестве секретаря-стенографистки на ставку GS-5. Она каждый день возвращалась домой, жалуясь на черных госслужащих. "Они либо ничего не знают, либо делают вид, что ничего не знают. Они ничего не делают, кроме как занимают место. Армия обязана нанимать определенное количество черных, а затем им приходится переписывать должностные инструкции и добавлять должности, чтобы они могли нанять кого-нибудь еще для выполнения работы, на которую они наняли черных. Это просто глупо!" Вот вам и политика равных возможностей в части гражданских служащих Минобороны.
У Фрэн были серьезные женские проблемы. После осмотра врачи сказали, что у нее большая опухоль в матке и рекомендовали полную гистерэктомию. Она решила это сделать, и ее записали в местную больницу. Она беспокоилась, что там могут облажаться и по ошибке отправить ее на операцию на открытом сердце, трансплантацию или ампутацию. Перед операцией и до тех пор, пока она не проснулась и снова полностью пришла в себя, я оставался с ней в больнице, чтобы она не беспокоилась о себе.
Мама Фрэн приехала навестить нас примерно через неделю после того, как Фрэн выписалась из больницы. Она собиралась лететь домой, но я убедил ее остаться, поехать домой с нами и посмотреть страну. В любом случае, до выпуска оставалось меньше недели. Мы повезли ее посмотреть замок Херста, а затем поехали через горы к его старому ранчо и ночлежке (ныне здание штаба армейского аэродрома Хантер-Лиггет и гостевой дом). Мы остановились в горах и провели ночь внутри установленного в кузове пикапа кемпера. Мы едва не замерзли, всем хотелось, чтобы Панкин была рядом с ними. Следующую ночь мы провели в гостевом доме, который раньше был ночлежкой. Потом мы подъехали к гигантским деревьям и увидели генерала Гранта и генерала Шермана. По крайней мере, я думаю, что эти громадины назывались именно так. Мама Фрэн сидела на скамейке около часа и смотрела на самую большую. Она просто не могла в это поверить.
Наш выпускной экзамен состоял из письменного теста с вопросами на японском языке, и именно тогда я понял, что многие из моего класса оказались в беде. Нам также пришлось пройти тест на восприятие на слух с альтернативными вариантами ответа, когда мы слушали записанные на пленку вопросы, а затем выбирали из четырех вариантов правильный английский перевод. Третьей и заключительной частью была устная речь, с которой мы должны были выступить перед нашим инструктором. Речь должна была длиться не менее пяти минут, чтобы нам выставили за нее хоть какую-то оценку. К тому моменту, когда подошло время выпускного экзамена, я обдумывал то, что хотел сказать, около сорока недель, так что для подготовки потребовалось совсем немного. В своем выступлении я высказал своему инструктору, что думаю о том, как они провели этот курс. Моими рекомендациями было: избавиться от сачков или объединить их вместе; разделить курс на две части, базовую и расширенную, с шестимесячным базовым курсом, охватывающим только разговорные навыки и восприятие на слух, и двенадцатимесячным расширенным курсом, призванным увеличить словарный запас, данный на базовом курсе, но сконцентрированном на чтении и письме. Ну, по крайней мере, это то, что я пытался ему сказать. Как я понял, я мог бы рассказать ему что угодно: что его мышь любит медведя, луна упала на мой гараж, моя кошка забеременела от собаки, его мать носила армейские ботинки, а его папа был сутенером. Он просто сидел, как обычно улыбался и кивал, будто понимал каждое слово, которое я произнес. Я всерьез сомневался, что он понял хотя бы одно предложение из того, что я сказал.
К всеобщему удивлению, особенно моему, я выпустился лучшим на своем курсе. Я не мог в это поверить. Мои баллы за письменный тест и экзамен, на котором мы слушали через наушники утверждение или вопрос на японском, а затем выбирали правильный английский перевод, были самыми высокими. У меня был самый высокий общий балл за все три части вместе взятые. Но я все же сильно подозревал, что он не понял полностью ни одного предложения из моей речи.
После окончания этого курса ни один из курсантов, изучавших японский, не мог заказать приличную еду в японском ресторане, узнать, на какой поезд сесть на японской железнодорожной станции, или спросить дорогу и понять ответ. Когда я паковался, собираясь уезжать из Монтерея, я первым делом отправил в мусорку все свои учебники. Примерно шесть месяцев спустя я пожалел, что не сохранил их, а также пожалел, что перед отъездом оттуда не купил хороший японско-английский словарь, потому что в DLI был отличный книжный магазин.
Японский – очень сложный для освоения типичным американцем язык. Северо-Западный университет провел исследование сложности изучения американцами иностранных языков. Оно, вероятно, стоило налогоплательщикам больших денег. Под "изучением" я подразумеваю умение свободно читать, писать, говорить и понимать. Профессора Северо-Западного университета выяснили, что для типичного американца изучение русского языка в шесть раз сложнее, чем французского. Они также обнаружили, что выучить японский язык в два раза сложнее, чем выучить русский. Вот уж это меня не удивило.

МЫ СОБРАЛИ ВЕЩИ и направились во Флориду по I-40 с остановкой в Гранд-Каньоне. Задолго до нашего приезда во Флориду я пожалел, что уговорил маму Фрэн ехать домой с нами. С того момента, как мы покинули Гранд-Каньон, эти две женщины цапались друг с другом как две бездомные кошки. Несколько раз я был близок к тому, чтобы остановиться, вышвырнуть их обоих на обочину и оставить там. Им по очереди было то слишком жарко, то слишком холодно. По какой-то странной причине женщины, кажется, не способны научиться страдать молча. Должно быть, из-за отсутствия военной подготовки. К моменту окончания этой поездки я был полностью за то, чтобы женщин призывали наравне с мужчинами. Однако Панкин была счастлива как жаворонок. Весь кузов пикапа, накрытый будкой кемпера, принадлежал ей. Мы едва выбрались из парка Гранд-Каньон, не застряв в снегу.
Изначально мы планировали по пути остановиться в Фейетвилле и забрать наш передвижной дом, но я передумал и как только мог быстро поехал прямо во Флориду, где мы оставили маму. Затем мы договорились, чтобы передвижной дом отбуксировали во Флориду и установили на нашем участке. Мы уже отправили Поппе Джо деньги на установку на участке септика, электрического столба и подвода воды, чтобы все было готово к нашему приезду. Также с помощью нашего соседа, Эда Колдуэлла, мы построили гараж. Эд и его жена Эдна были действительно замечательными людьми.
Они переехали туда, когда Эд, работавший монтажником на заводе "Крайслер" где-то в Индиане, вышел на пенсию. Нашими соседями с противоположной от Поппы Джо стороны были старый отставной моряк Такер и его жена Эдит. Они тоже были славными людьми. У Така был здоровенный драный кот, который следовал за ним повсюду, как собака, если не был слишком занят, гоняясь за белками. В целом, это был хороший район. Мы купили переноску для бедной малышки Панкин, чтобы отправить ее в Японию. Авиакомпании довольно часто теряют багаж, и я слышал, что они также теряют животных, которых отправляют в качестве груза, и несчастные питомцы обычно умирают с голоду, прежде чем их находят. Именно это я пытался объяснить Фрэн, когда она настаивала на том, чтобы завести домашнее животное, но она не слушала. Теперь она слушала и превратилась в "Нервную Нелли". Она чуть не свела меня с ума беспокоясь о Панкин. Мы оставили Панкин с Эдом и Эдной и ждали, пока не получим жилье в Японии, прежде чем просить их отправить ее к нам. Я нервничал по этому поводу и едва мог удержаться от того, чтобы поехать в аэропорт Токио и ждать посадки каждого самолета из США. Транспортировка заняла около 36 часов. С ней все было в порядке, но я мог сказать, что она не вылезала из клетки с тех пор, как Эд и Эдна посадили ее туда, и что ее не кормили и не поили.

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 31 июл 2022, 16:42 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 2083
Команда: нет
500-я Группа военной разведки, Кэмп-Зама, Япония

КАК ТОЛЬКО Я доложился о прибытии, я узнал, что Первый сержант Стерлинг Смит и кадровики в Пентагоне солгали. В 500-й Группе MI для меня не имелось вакантной штатной должности. Мало того, что я снова был лишним, я был восьмым мастер-сержантом с MOS 97B или 97C, получившим назначение на ту самую должность, которую уже занимал Первый сержант Смит. Ну, я чуть не психанул. Так, я переправил свое домохозяйство, ну почти, бедняжка Панкин в то время все еще была где-то посередине, я прошел 47-недельный языковой курс, и все это лишь для того, чтобы мне сказали, что у них нет для меня работы. Старина Вэл с небольшой помощью других придурков снова облажался, и я был взбешен.
Первый сержант Смит уговорил меня приехать туда, потому что он знал меня по спецназу, и ему нужна была поддержка в попытке подтянуть подразделение и время от времени направлять нижних чинов из секции контрразведки на работы. Излишне говорить, что я нихрена не собирался помогать ему в этом. У него было еще семеро мастер-сержантов, и он наверняка мог бы заставить командира поставить одного из них на побегушки.
Мы с Фрэн прожили в гостевом доме около месяца, прежде чем нам предоставили жилье. Нам предложили хорошее помещение, фактически дом с одной спальней, но там была "Уловка-22" – естественно. Вы думали, что Уловки-22 не будет? Дом находился примерно в десяти милях от Кэмп-Зама. Он был в Сагамихара-Депо(1). Это было всего в 17 милях (27 км) от центра Токио/Йокогамы, но из-за пробок дорога занимала около 4 часов. Другая "Уловка-22" заключалась в том, что если мы не возьмем этот дом и предпочтем ждать жилье в Заме, мы вернемся в конец списка ожидания. Мы взяли его, и тут же позвонили Колдуэллам и попросили их отправить нам Панкин.
В Сагамихара-Депо не было почти ничего, за исключением нескольких очень старых фабричных зданий, построенных до Второй мировой войны, которые использовались техническим персоналом, очень спартанского клуба для нижних чинов, маленького магазинчика и небольшой жилой территории. Собственно и все.
Во время Второй мировой войны Сагамихара-Депо было большим японским складом боеприпасов. Именно там японцы производили воздушные шары с зажигательными бомбами, которые они запускали из Токийского залива, и которые летели через океан к нашему северо-западному побережью. Воздушные шары должны были вызвать лесные пожары и уничтожить наши ценные лесные ресурсы. Их план не сработал. О, воздушные шары по большей части добрались до нашего побережья, но им просто не удалось сжечь наши леса, когда они оказались здесь.

ДОРОЖНОЕ ДВИЖЕНИЕ, МУСОР, СМОГ и цены – это ад в современной Японии. Движение между Ацуги и Токио, и между Кэмп-Зама и Токио всегда было очень плотным, с постоянными пробками. Смог был настолько сильным, что я ни разу не видел солнца за все время, что мы там были. Смог доставал меня на протяжении всей командировки. Он был настолько сильным, что в Токио регулировщики держали под рукой кислородные баллоны, чтобы иметь возможность нюхнуть время от времени, прежде чем потерять сознание.
Внутри своих домов японцы поддерживают идеальный порядок, но к тому, что их окружает, они относятся как к большой мусорной свалке. Гора Фудзи выглядит красиво – но только издалека. Тропа к вершине с обеих сторон по колено завалена мусором. В 1975 году цены в центре города были настолько высоки, что мы не могли позволить себе ничего купить. Стейк из говядины стоил 22 доллара за фунт, арбузы и дыни – по 11 долларов за штуку, а среднего размера односемейный дом в американском стиле в районе Токио (не в центре) стоил 1000000 долларов. Да, это верная цена. Нет, я не опечатался, именно столько нулей.
Мне как-то удалось устроить себе подработку, помогая вскрывать шкафы, картотеки и сейфы, которые люди по тем или иным причинам не могли открыть. Это называется "блокировкой" и обычно происходило из-за "заевшего" замка. Замок обычно клинит, когда кто-то запихивает в запирающийся картотечный ящик слишком много бумаг или из-за того, что замок изношен. Иногда люди просто забывают комбинацию, но это очень редко. Мы с сержантом первого класса Биллом Хопкинсом несколько раз проделывали это вместе. Однако, полагаю, мы слишком хорошо поработали над этим, потому что в результате мы остались без работы, обучив неудачников, когда решали их проблему с блокировкой, и заменив несколько старых, изношенных замков.
В рамках борьбы со скукой я также по вечерам преподавал английский взрослым студентам-японцам неподалеку от расположения в Сагамихаре. Школа находилась на втором этаже, сразу за воротами части и рядом с железнодорожной станцией. Для 75-го года мне платили действительно очень неплохо, около 10 долларов в час.
Поскольку мне было по-прежнему скучно, я снова начал заниматься спортом. Когда я начинаю тренироваться со скуки, можете быть уверены, что мне скучно до слез – уж поверьте. Каждое утро с понедельника по пятницу перед службой я пробегал пять миль (8 км). Хотя по выходным я бегал только один раз, но обычно это была более длительная пробежка. Ее дистанцию и темп всегда задавало мое состояние. Если я чувствовал себя прекрасно, то мог бы пробежать и двадцать миль (32 км), но если я ощущал себя бурдюком (10 фунтов дерьма в 5-фунтовом мешке), я мог пробежать только пять миль или не бежать вообще. Я давно понял, что это единственный способ придерживаться хоть какой-то программы тренировок.
Также с понедельника по пятницу, вместо ланча, я садился на служебный автобус до крытого бассейна, где наворачивал круги на протяжении целых тридцати минут. Через год я был здоровее и в лучшей физической форме, чем когда я только пошел в армию, но мне было тридцать девять лет, а не семнадцать.
За все время, что я там был, мне дали всего три задания: проверить секретные документы и систему отчетности нашего отряда в Тайбэе; провести проверку физической безопасности небольшого расположения возле Кэмп-Зама; и провести одно незначительное специальное расследование. В общей сложности три недели контрразведывательной деятельности за тринадцать месяцев. Если только не считать "контрразведывательной" мою самодеятельную работу по вскрытию замков.
Примерно через четыре месяца после моего приезда в нашу контрразведывательную секцию из Дворца головоломок в Арлингтоне "вышвырнули" доклад: его пришлось переделывать. Это была проклятая таблица "человеко-часов", где указывалось количество часов, потраченных личным составом секции на различные части своих обязанностей в прошлом году. Она состояла из четырех или пяти столбцов и четырех или пяти строк. Цифры в каждом столбце суммировались внизу, а цифры в каждой строке суммировались в конце каждой строки. Цифра, которая должна была обозначать общее количество человеко-часов, располагалась внизу справа. Ни один из подсчетов в этой таблице не был правильным, ни одна из промежуточных сумм не была верной. Было очевидно, что тот, кто заполнял эту форму, просто вставлял в ячейки выбранные наугад цифры, а командир контрразведывательной секции, подполковник Марсден Хармон, подписал ее и отправил отчет без предварительной проверки математики. Виновником оказался специалист четвертого класса, служивший первый срок. Он был косячником, и давным-давно попал бы в кутузку, если бы его направили в воздушно-десантное подразделение. Командир секции контрразведки ничего не сделал с этим косячником. Это была моя ошибка, мне, вероятно, следовало сразу доложить об этом Первому сержанту, который доложил бы непосредственно командиру Группы, полковнику Ричарду Брауну. Полковник Браун был солдатом, и он скорее всего разжаловал бы этого косячника в рядовые и вышиб бы его вон. Я не сделал этого, потому что прежде всего эту работу ни в коем случае не следовало поручать этому человеку. Тому, кто поставил ему эту задачу, следовало бы взять вину на себя.
Единственными, кого я видел в штабе 500-й в Кэмп-Зама, у которых, ей богу, была работа, были люди из отдела специальных операций, действовавшего под началом старшего уорент-офицера Стива Уилкинса. В отдел технической поддержки были назначены CWO, рядовой по имени Ноулз и сержант первого класса Билл Хопкинс. Но у нас с Биллом была одна и та же проблема: нам обоим было скучно. Ноулз был гением электроники. Подозреваю, он был выпускником DASE (Defense Against Sound Equipment – Защита от оборудования прослушивания). Он также возился с замками, так что, вероятно, он закончил еще и DAME. Он мог сделать что угодно. Насколько я помню, он сделал устройство для автонабора номера с нуля. Он также был хорош в слежке. Такого человека полезно иметь под рукой.
Мы редко ездили куда-либо, кроме как на работу в Кэмп-Зама. В конце концов, Фрэн нашла работу секретарши в Заме. Как-то мы поехали на маленькое озеро в горах недалеко от Сагамихары, где увидели японца с маленьким мальчиком, рыбачащих на берегу, и я опробовал кое-что из своего жалкого японского. Что я сказал, понятия не имею, но я попытался спросить его: "Что за рыба водится в озере". В итоге он заговорил со мной на идеальном английском, и я не думаю, что он вообще понял то, что я пытался сказать по-японски. Вот и весь результат страданий, которые я пережил в DLI. На самом деле, я гораздо лучше читал и писал по-японски, чем говорил и понимал на нем. Но это пошло мне на пользу, мы стали одной из редких американских семей, которых пригласили в типичный японский дом. Обычно вас не повезут домой – вместо этого вас отведут в ресторан, ночной клуб или театр. У него еще были жена и дочь, и они жили в очень маленькой трехкомнатной квартире, которую только что купили за 150000 долларов. Она пошла на рынок и купила свежих продуктов, чтобы приготовить нам ужин. Их, похоже, просто поразило то, что я мог довольно неплохо читать и писать на их языке. Если уж на то пошло, меня тоже. Позже мы в ответ пригласили их к себе домой на ужин, и я приготовил на гриле большую индейку. Они не могли поверить, что мы подаем на один прием пищи столько мяса.
Их хорошенькая маленькая девочка была очень милой и умной. Она очень хорошо играла на пианино, но ее отцу не нравилось, когда мы хвалили ее или аплодировали, когда она играла. Он считал, что такого заслуживают только мальчики. Он был полным говнюком в этом плане. Мы продолжали переписываться после нашего возвращения в Штаты, но они развелись, и он уехал работать в Таиланд, и тогда я потерял их из виду.
Единственно, куда мы еще ездили, будучи там, кроме поездок на поезде в торговый район Токио/Йокогамы, это в Киото. Киото – старая религиозная столица Японии, и там много красивых храмов и святынь. Ехать туда было долго, но мы провели там только сутки.
Однажды я узнал, что могу уйти на пенсию после завершения тринадцати месяцев моей командировки. Что ж, на то, чтобы покрутить эти сведения у себя в голове ушло целых две секунды, и я решил подать рапорт об увольнении. Он был одобрен, и мой выход в отставку был назначен на последний день февраля 1976 года. Технически я стану гражданским только на следующий день, 1 марта. Зачем так было сделано, я так и не понял, но мне было все равно, и мне до сих пор не интересно. Есть еще кое-что, с чем я предоставлю разбираться кому-нибудь другому. Я до сих пор пытаюсь понять, почему Армия назвала свою самую первую Группу Сил спецназначения "10-й", а следующую – "77-й". Где были остальные 75 Групп? Может быть, это и было причиной. Возможно, враги задавали себе тот же вопрос.
Перед нашим отъездом Стив Уилкинс сказал мне, что у него есть хороший друг, который незадолго до этого вышел в отставку и работал в Агентстве по борьбе с наркотиками (DEA), и если я захочу, он устроит меня туда. Насколько я помню, его друг был там на довольно высокой должности. Мне не понадобилось даже двух секунд на раздумья, чтобы отказаться от этого предложения. Я не слышал об этом агентстве ничего хорошего. Кроме того, я больше не хотел работать ни на правительство, ни на крупную корпорацию, если уж на то пошло. Мне вдосталь хватило политики, бюрократии и микроменеджмента, чтобы хватило на всю жизнь.

МЫ ПОКИНУЛИ КЭМП-ЗАМА в начале февраля, чтобы я мог уволиться в Форт-Брэгге. По дороге домой мы остановились на две недели на Гавайях. Для нас это будет единственной возможностью, так почему бы и нет? Мы провели большую часть времени в армейском центре отдыха, Военном центре Килауэа, на краю кратера действующего вулкана Килауэа, на Большом острове Гавайи. Лагерь не представлял собой ничего особенного, он состоял в основном из хижин Куонсета, но кормежка была действительно великолепна.
В первый вечер нашего пребывания там мы посмотрели фильм, снятый об извержении того самого вулкана незадолго до нашего приезда. После этого фильма Фрэн все говорила, каким красивым было то извержение, и что она хотела бы увидеть, как извергается вулкан, а я все говорил: "Нет, не хочешь. Тебе просто кажется, что хочешь". Пока мы были там, я бегал вокруг кратера по асфальтированной дорожке. Я уже не помню, сколько там было вокруг того кратера, но это было несколько миль.
Фрэн почти исполнила свое желание, потому что однажды без предупреждения вулкан рыгнул! Всего одно громкое "Крррак!" и весь мир содрогнулся! Этот единственный "вздрыг" сбросил все с камина, полок, столов и прилавков и чуть не довел Фрэн до инсульта. Я думал, что Фрэн замарает штаны – настолько она была напугана. Она тут же решила, что остаток отпуска мы проведем на острове Оаху, загорая на Вайкики-Бич. Я не мог удержаться от смеха. Я до сих пор смеюсь, когда вспоминаю об этом. Как я уже говорил, ей только казалось, что она хочет, чтобы эта штука действительно изверглась, пока мы были там.
На следующий день мы покинули Большой остров и заселились в армейский отель Хале-Коа в Гонолулу(2). В те времена стоимость номера для мастер-сержанта колебалась от 20 до 60 долларов в день, в зависимости от типа, а отель выходил прямо на Вайкики-Бич. Хале-Коа – это самоокупаемый отель, содержание которого не стоит нам, налогоплательщикам, ни цента. Хале-Коа был одним из редких действительно хороших предложений в армии. Это хорошая сделка для GI и налогоплательщиков. В 1996 году отель Хале-Коа все еще существовал, но цены, конечно, с 1976 года изменились. Бедняжке Панкин опять пришлось ехать домой в одиночестве в грузовом отсеке, но она справилась.

1. Армейский ремонтно-складской комплекс (прим. перев.)
2. В переводе с гавайского "Дом Воинов". Существует и поныне (прим. перев.)

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 01 авг 2022, 10:20 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 04 май 2013, 21:23
Сообщений: 1733
Команда: нет
Den_Lis писал(а):
Они также обнаружили, что выучить японский язык в два раза сложнее, чем выучить русский.


Ух...

_________________
Изображение


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 02 авг 2022, 16:53 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 2083
Команда: нет
Увольнение со службы, 1 марта 1976 г. Форт-Брэгг, Северная Каролина

РЕППЕЛЬ-ДЕППЕЛЬ ОТПРАВИЛ меня забирать документы об увольнении в гарнизонный штаб Форт-Брэгга. Первый стол, к которому я подошел, был занят дамой, которая желала знать, как заполнить "Сертификат о достижениях" на мою жену. Я спросил: "Что и на кого?" Она повторила свое заявление, и я рассмеялся. Мой смех был почти истерическим, но мне удалось взять свои чувства под контроль и спросить: "За какие достижения?" Она ответила: "За то, что помогала сам все эти годы". Я снова разразился смехом. Наконец я сказал: "Леди, я дожил до пенсии не благодаря усилиям моей жены, я дожил вопреки ее усилиям". С этими словами я оставил ее и продолжил поиски клерка, у которого были мои документы об увольнении.
Когда я, наконец, нашел клерка, у которого были мои документы, там стоял Док Веллингтон (мой приятель по Лаосу): он также забирал свои бумаги об увольнении. Мы с Доком не виделись с тех пор, как были вместе на Окинаве, в далёком 1962 году. Мы обнялись, попрощались, а потом мы оба ушли из армии, и с тех пор я его не видел. Это очень плохо, потому что Док отличный парень и очень веселый. Что до меня, то в последний раз увидеться с Доком Веллингтоном было лучше, чем вытерпеть официальную церемонию увольнения. Черт возьми, я до сих пор ненавижу формальности.
Док Веллингтон сейчас работает в госпитале Управления по делам ветеранов неподалеку от Фейетвилла, Северная Каролина.
По сей день я по-прежнему скучаю по многим парням, с которыми служил в SF, и по кое-кому из тех, с кем служил в стрелковых ротах, но я точно ничуть не скучаю по цыплячьему дерьму и армейскому дебилизму. Я скучаю по полевым выходам в группах спецназа. Я скучаю по тому, как лежал в хорошем теплом спальном мешке под тентом из пончо и смотрел, как снаружи идет снег; я скучаю по звуку дождя, когда тебе уютно и сухо под тентом из пончо; я скучаю по запаху джунглей после свежего дождя; я скучаю по простой, неформальной, беззаботной жизни в Юго-Восточной Азии, где единственное правило, о котором нужно помнить, это выживание; я скучаю по стрельбе из разных видов оружия; я скучаю по экспериментам со взрывчаткой; я скучаю по прыжкам с парашютом; я скучаю по вскрытию сейфов и хранилищ; я скучаю по игре в кости и карты лжеца с парнями; и я также скучаю по преподаванию. Но я ни капельки не скучаю по армии.
Будьте уверены, что я не скучаю по той дурацкой войне в Юго-Восточной Азии, но когда президент Буш недавно направил войска для освобождения Кувейта, я изо всех сил старался заставить армию вновь призвать меня на действительную службу. Мне нужно было представить учетные данные. Я обзвонил и написал во все инстанции, которые, как мне казалось, имели отношение к зачислению на службу отставников. Мне тогда было 53 года, и если бы моя нынешняя жена Дорис узнала об этом, она бы, наверное, взбесилась.
Почему я это сделал, я не уверен, возможно, мне просто хотелось увидеть, каково это будет, хоть раз выиграть войну, или, может быть, я сделал это по той же причине, по которой когда-то давно отказался от этой работы в Сайгоне. Я даже не верил, что нам следует посылать войска в Кувейт, чтобы защитить собственность кучки арабских миллионеров и миллиардеров.
Вместо того чтобы тратить сотни миллионов, а может быть и миллиарды долларов налогоплательщиков на ту войну, мне подумалось, что следовало воспользоваться возможностью получить общественную поддержку для того, чтобы потратить эти деньги на конверсию наших двигателей, со сжигания "бензина, произведенного перегонкой нефти, купленной у иностранцев" на сжигание американского "природного" или "пропанового" газа, а также на переоборудование американских заправочных станций для обеспечения использования нами природного или пропанового газа. Мне казалось, что это идеальное время для того, чтобы отучиться от арабской нефтяной соски и одновременно очистить окружающую среду. Но что, черт возьми, я знаю об этом.
Мои действия во время войны в Персидском заливе напомнили мне старого коня, которого исключили из пожарной команды, поскольку решили, что он слишком стар, чтобы тащить пожарную повозку, и что он с удовольствием проведет свои последние деньки на изумрудно-зеленом пастбище, дремля под тенистым деревом, время от времени перекусывая кукурузой. Однако до самой своей смерти этот старый конь всякий раз, когда звонят в пожарный колокол, вперед других лошадей прибегает к пожарной повозке и ждет, чтобы его запрягли. Каждый раз, когда звонил пожарный колокол, пожарным приходилось отталкивать старого коня в сторону, чтобы они могли запрячь более молодых лошадей, и, конечно же, армия реагировала на этого старого боевого коня точно так же: меня отталкивали в сторону. Вообще-то они просто проигнорировали меня.
Мой приятель с таким же опытом и того же возраста, что и я, нашел номер телефона, по которому можно было позвонить, и набрал его. Он говорил, что вежливо ответивший ему человек выслушал всю его информацию, а затем сообщил, что ему будет присвоен статус 4L. Он рассказал, что сообщил этому человеку, что знает, что значит 4F, но понятия не имеет, что означает 4L. Человек сказал ему, что 4L означает, что если 4-го числа противник доберется до Линкольна(1), мы вам позвоним. Я решил, что мне не стоит звонить по этому номеру.
Когда война в Персидском заливе закончилась, я был рад, что меня проигнорировали. То, как обошлись с ветеранами той войны, когда многие из них страдали от симптомов очень серьезного и загадочного характера, не просто разочаровало меня, меня тошнило. Министерство обороны и Управление по делам ветеранов не признавали проблемы со здоровьем этих ветеранов, отказавшись толковать сомнения в их пользу. Министерство обороны, по-видимому, пошло еще дальше, потому что, похоже, оно прибегло к принципу "прикрытия собственной задницы". Меня это не удивило: в конце концов, они проделали то же самое с жертвами "Агент Оранж" и "Отсроченного травматического стресса" во время фиаско во Вьетнаме. Вместо того чтобы честно попытаться обнаружить истинный источник проблем, Управление по делам ветеранов и правительство отрицали, сам факт болезни, а если и признавали его, то говорили, что это не имеет ничего общего с войной в Персидском заливе. Люди, может быть, и сменились, но система осталась прежней.
Мой армейский опыт до сих пор во многом влияет на меня и, вероятно, будет влиять до самой моей смерти. Как кто-то сказал: "Можно убрать сержанта из армии, но нельзя убрать армию из сержанта". Я всегда путешествую налегке, очень налегке. По какой-то странной причине это, кажется, бесконечно раздражает мою жену Дорис.
Меня всякий раз злит, когда я слышу, как выступающий на какой-нибудь панихиде говорит: "Сегодня мы собрались здесь, чтобы почтить память наших солдат, которые "отдали" свою жизнь за свою страну". За все годы службы я лично не знал никого, кто отдал жизнь за свою страну, но знал многих, кто рисковал жизнью и проиграл. Если бы я застал одного из своих солдат или кого-то из моих приятелей за мыслями о том, чтобы отдать жизнь ради своей страны или по любой другой причине, я бы набросился на него, как утка на майского жука.
Проезжая через прекрасные Смоки-Маунтинс, я всегда оцениваю местность на предмет хороших мест для засады. Кто собирается устроить мне засаду, я не знаю, но, как и у старого пожарного коня, старые привычки отмирают с трудом.
Всякий раз, когда я слышу что-либо, сказанное сотрудником ЦРУ, юристом или каким-нибудь политиком, я полагаю, что, вероятно, верно как раз обратное, и я также не верю ничему из того, что говорят генералы, адмиралы или репортеры.

ЧТО КАСАЕТСЯ ЖЕНЩИН – я до сих пор не понимаю их знаков. Единственная разница в том, что теперь я даже не пытаюсь. За свою жизнь я кое-что узнал о женщинах, но я действительно не понимаю всего, что знаю о них. Я просто знаю, что они таковы.
Одно время я думал, что женщины "рассеяны", потому что видел женщин, которые готовили ужин на плите, одновременно гладя, смотря телевизор, разговаривая по телефону и присматривая за полным домом детей. Моим первоначальным анализом было: "Эта женщина испортит ужин; она прожжет всю одежду, которую гладит; она не имеет ни малейшего представления о том, что идет по телевизору; она не вспомнит ни одного слова, сказанного по телефону, а ее дети либо перебьют друг друга, либо спалят дом". Я думал так, потому что я мужчина, и я знал, что если я или любой другой мужчина окажусь в такой ситуации, то, вероятно, так и произойдет. Но с годами до меня постепенно дошло, что ужин, кажется, всегда подается на стол нормально; одежда постирана, выглажена, сложена и убрана; она знает, кто кого трахал в ее любимой порнографической мыльной опере; дети успешно выжили; и ей не нужно было понимать каждое слово, произносимое в телефон ее подругой, потому что обычно они передавали не "понятия", а "чувства".
Единственные мужчины, которых я когда-либо знал, способные хотя бы приблизиться к тому, чтобы успешно делать все эти вещи одновременно, были странными, как трехдолларовая купюра. У остальных из нас, мужчин, похоже, монозадачный ум. Под "монозадачным умом" я подразумеваю, что мы должны концентрироваться на одной вещи за раз, и это автоматически отстраивает нас от всего остального. По какой-то странной причине женщины думают, что мы должны быть такими же, как они.
Многие пытаются продвигать идею о том, что, поскольку все мы люди, мужчины и женщины не отличаются друг от друга, но, по моему скромному мнению, мужчины и женщины определенно разные – физически, эмоционально и умственно. У нас даже мозги работают по-разному. Вот, например:
Мы, мужчины, являемся "базовой" моделью. Мужчины сложены очень просто, но крепко. Мужчины – это "Модель Т"(2) человеческих существ. С другой стороны, женщины очень сложны: они представляют собой "продвинутую" (возможно "модифицированную" будет точнее) человеческую модель. Женщины – это Линкольн "Таун Кар" человеческих существ. Ни одна из моделей не лучше другой – она просто другая. Каждая модель имеет свои сильные и слабые стороны. У Модели Т хорошая экономичность; он дешев в эксплуатации и обслуживании; он редко ломался; ремонтировать его очень легко – нужны только плоскогубцы, отвертка и немного проволоки; и он может проехать где угодно, но ехать на нем – тяжелое испытание, и требуются сильные руки, чтобы завести и управлять им. За рулем Модели Т трудно убиться, он просто не так быстро едет. С другой стороны, у Таун Кара мягкие "зефирные" сиденья, которые обнимают вас, когда вы садитесь; дверные замки с электроприводом; электрические стеклоподъемники; аудиосистема с радио, кассетами и CD; кондиционер, обогреватель и антиобледенитель; сиденья с электроприводом; усилитель руля и тормозов; автоматическая коробка передач; дисковые тормоза на всех колесах; антенна и наружные зеркала с электроприводом. Езда намного комфортнее, чем на Модели Т, и Таун Кар определенно красивее. Он намного опаснее Модели T, потому что может ехать очень быстро. Но, по крайней мере, одна из его сотен тысяч деталей почти всегда требует вашего пристального внимания. Чтобы просто узнать, где расположены все основные части автомобиля, требуется двухгодичный курс профессиональной подготовки, но никто не проходит этот курс. Все просто отмахиваются от этого. О том, чтобы делать мелкий ремонт самостоятельно, можно забыть. Когда требуется ремонт, вы либо платите огромные деньги специалисту, либо меняете его на более новую модель, либо просто учитесь жить с этим как есть.
Я твердо уверен: чтобы быть по-настоящему счастливым в этой жизни, у вас должен быть хороший партнер. При выборе этого партнера существует множество иллюзий, которые могут ввести нас в заблуждение, и большинство из них носит физический характер, как-то: внешний вид, имущество, физические способности и т.п. Кроме того, я твердо убежден, что есть только три характеристики, которые обязательно должны быть общими у вас и вашего партнера, чтобы наслаждаться долгой и счастливой совместной жизнью. Этими тремя очень важными характеристиками являются взаимное доверие, взаимное принятие и взаимное уважение. Если вы разделите эти три вещи, вы сможете преодолеть все другие проблемы, с которыми столкнетесь, и вы оба сможете наслаждаться совместной жизнью.
Ревность – признак слабости. Это не признак любви. Обычно чрезвычайно ревнивый человек также невежественный, оскорбительный, собственнический и жестокий. Большинство безумно ревнивых людей, которых я знаю, ревнуют потому, что считают, что вы такой же человек, как и они – не заслуживающий доверия. Им кажется, что вы сделаете то же, что и они, если окажетесь в такой же ситуации. Если вы не можете доверять кому-то или они не доверяют вам, вам нет никакого смысла делить свою жизнь с этим человеком. Задумайтесь над этим!
Если вам абсолютно ненавистны какие-то привычки вашего партнера, не ждите, что они изменятся только потому, что он станет вашим супругом или деловым партнером. Если вы не уважаете друг друга, не становитесь партнерами. Если вы это сделаете, вы, как правило, будете очень разочарованы. Если он не любит животных, не становитесь партнерами. Если он издевается над животными, он будет издеваться и над людьми. Все остальное, включая секс – или что-либо физического характера – несущественно. Доверие, принятие и уважение, это единственное, что должно быть взаимно в любых долгосрочных и успешных партнерских отношениях. Термин партнерство, как я его понимаю, относится к любому типу партнерства, будь то брак или бизнес.
С другой стороны, наиболее распространенной характеристикой краткосрочного неудачного партнерства, по-видимому, является сексуальное влечение между партнерами. Однако если у человека гормоны по-прежнему превосходят его мозговые клетки, он все равно не поверит ничему из того, что я сказал о доверии, принятии и уважении, и я готов поставить на это свою жопу.

ЕСЛИ ВЫ ЗАДУМЫВАЕТЕСЬ о том, чтобы пойти в армию, у меня определенно есть для вас несколько советов. Не надо! По крайней мере, пока "Ласка из Белого дома" (Билл "Бубба" Клинтон) и сопрезидент "Чилл Хилл" по-прежнему заняты тем, что делают все возможное, чтобы уничтожить нашу армию и конституцию. Их программы феминизации и гомосексуализма в сочетании с усилиями по превращению наших военных из ведущих войну для защиты нашей страны в международную полицию, поддерживающую моральные вопросы, близкие и дорогие их социалистическим сердцам, наряду с микроменеджментом каждого аспекта из Овального кабинета полностью подорвали боевой дух наших войск. Вот почему все рода вооруженных сил массово теряют личный состав, и очень немногие подписывают повторные контракты. Даже во время войны во Вьетнаме в Силах спецназначения процент повторных контрактов составлял в среднем 95%, теперь им постоянно не хватает людей, потому что многие не делают это своей карьерой. Один срок, и они уходят. Это верный признак, что "что-то" очень и очень не так. Подождите, пока республиканцы вновь обретут контроль над Белым домом и Конгрессом, прежде чем записаться. Однако если мы окажемся настолько глупы, что нарушим нашу конституцию и поставим нашу страну и наши вооруженные силы под постоянное командование Организации Объединенных Наций, вообще забудьте о том, чтобы идти в армию – и точка!
Если вы считаете, что вам просто необходимо пойти на службу, идите в ВВС или, если ваш желудок выдержит морскую службу, в береговую охрану. Что в ВВС, что в береговой охране вы сможете получить ценную гражданскую специальность.
В сравнении со службой в Армии, Корпусе морской пехоты или ВМС, ВВС подобны гражданской авиакомпании, требующей от всех сотрудников ношения единой формы одежды. Это близко к гражданке настолько, насколько возможно, но при этом оставаясь военным на полную ставку.
У береговой охраны всегда есть "честная работа", ожидающая каждого обучаемого, которого они принимают. Сразу по окончании обучения береговая охрана отправит вас на работу по специальности. Кроме того, условия службы и расквартирования в береговой охране намного лучше, чем на флоте. Если вы окажетесь в боевом подразделении одного из других видов вооруженных сил, вы будете учиться и тренироваться до посинения, и пока вам все не осточертеет, а затем продолжите учиться тому же самому и тренироваться. Если вам повезет, подготовка, это все, чем вам придется заниматься, потому что единственный раз, когда вы действительно займетесь делом, к которому вы готовились, это когда окажетесь в рукотворном аду на земле, именуемом "боем". В береговой охране "боевые действия" являются второстепенной задачей, их главной заботой являются спасение жизней людей и защита наших водных путей.
Если не знаете, собираетесь ли вы делать военную карьеру, либо станьте офицером, либо запишитесь на обучение специальности, которую сможете использовать в гражданской жизни, например, оператора тяжелой техники, специалиста по снабжению или повара. Не беспокойтесь, всегда найдется много фанатичных молодых людей, таких, каким был я, или тех, кто ждет призыва, чтобы наши политики использовали их в качестве "пушечного мяса" в случае необходимости. И как ни лажает наша внешняя политика, потребность возникает довольно часто.
Если решите сделать военную карьеру, станьте офицером! Зарплата офицера чертовски выше, чем у нижних чинов, и деньги будут особенно важны для вас и ваших близких, когда придет время выйти в отставку. В современной армии, если вы можете быть хорошим сержантом, вы, вероятно, также сможете быть хорошим офицером. Если будете держать рот на замке и сможете избежать неприятностей (которых может оказаться в излишке), к выходу в отставку вы, вероятно, дослужитесь как минимум до подполковника. Но вам следует принять это решение в начале своей военной карьеры... очень рано. До того, как то, где вы находитесь и что вы делаете, окажется у вас в крови, а если будете оставаться там слишком долго, это окажется у вас в крови!
Пока находитесь на службе, не важно, в нижних чинах или офицером, узнайте как можно больше о своих обязанностях и обязанностях своего начальника и его или ее начальника. Обучитесь как можно большему количеству специальностей в своем подразделении. Не учитесь только простым вещам, которые может делать каждый, изучайте специальности, которые заставляют подразделение "шевелиться" – например, одну из административных, к примеру, снабжение. Иными словами, сделайте себя как можно более ценным для своего подразделения. Ценных людей или, в случае высокопоставленных офицеров, считающих себя ценными, почти никогда не ставят под пушки, но если с вами это и случится, по крайней мере, у вас будет гораздо больше шансов увернуться от пушечного ядра. Подружитесь или завоюйте уважение людей, которые заставляют подразделение "крутиться", таких как сержант столовой, административный сержант, сержант-снабженец и сержант автопарка. Это люди, благодаря которым подразделение "шуршит". И ознакомьтесь с их обязанностями. Эти отношения, если их правильно развивать, сделают для вас и вашего подразделения больше, чем вы когда-либо добьетесь начищенными до блеска ботинками, и поддакиванием вышестоящим.
И да, на тот случай, если вам это интересно, я приложил дополнительные усилия и развил свою способность подтягиваться, чтобы соответствовать минимальным требуемым стандартам, о которых, как я уже говорил ранее, мой вербовщик, по-видимому, не знал, или забыл упомянуть. Чрезмерно активная совесть, это, безусловно, заноза в заднице! Однако я ничего не делал и не мог поделать со своей близорукостью. Существуют новые методы хирургической или лазерной коррекции, но думаю, что обойдусь без этого, и моя совесть меня по этому поводу ничуть не беспокоит. Так что подайте на меня в суд. Насколько понимаю, сейчас армия оплачивает операцию на глазах для коррекции зрения у бойцов спецподразделений. Это намного дешевле и быстрее, чем потерять солдата и подготовить ему замену. Конечно, хотелось бы, чтобы это было так, когда я был в спецназе.
Честно говоря, если бы бог предстал передо мной прямо сейчас и сказал: "Вэл, приятель, у меня есть для тебя хорошее предложение. Теперь это строго добровольно, так что ты не обязан принимать его, но есть люди, которым в их земной жизни действительно нужен такой хороший человек, как ты, так что дело обстоит так: "Ты можешь родиться вновь и начать жизнь заново, как ребенок, если пожелаешь". Как насчет этого, Вэл?" Мой первый вопрос был бы таким: "Боже, будет ли мне позволено сохранить то немногое из знаний, что я приобрел в этой жизни?" Если бог ответит на этот вопрос "Нет", то я, не колеблясь, скажу: "Боже, без обид, но если ты не возражаешь, думаю, я уступлю это отличное предложение кому-нибудь другому. Мне просто не вынести мысли о том, что снова стану таким тупицей".

Хорошей вам жизни, ребята, и не потратьте ее впустую.
Вэл

1. Имеется в виду День Независимости США 4-го июля и Мемориал Линкольна, находящийся на Национальной аллее в Вашингтоне (прим. перев.)
2. Имеется в виду автомобиль Форд Модель Т (прим. перев.)

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 02 авг 2022, 16:56 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 2083
Команда: нет
Ну, собственно, вот. Читайте.

Изображение

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 02 авг 2022, 17:05 

Зарегистрирован: 21 ноя 2020, 00:28
Сообщений: 406
Команда: Нет
Прям огромное (как сама книга) спасибо!


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 02 авг 2022, 17:15 

Зарегистрирован: 08 апр 2020, 14:13
Сообщений: 545
Команда: Нет
Спасибо большое!
Сейчас соберем все в один файл и начнем читать))


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 02 авг 2022, 18:11 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 2083
Команда: нет
SergWanderer писал(а):
Сейчас соберем все в один файл и начнем читать))


Линк на стопку вордовых файлов: https://drive.google.com/file/d/1VD1VKY ... sp=sharing

_________________
Amat Victoria Curam


Последний раз редактировалось Den_Lis 02 авг 2022, 19:11, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 02 авг 2022, 18:32 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 23 ноя 2012, 10:58
Сообщений: 1607
Команда: FEAR
Большое спасибо! Отличная книга.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 02 авг 2022, 18:59 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 24 окт 2020, 15:24
Сообщений: 56
Команда: нет
Большое спасибо!


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 02 авг 2022, 20:23 
Модератор
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 02 ноя 2012, 07:50
Сообщений: 4646
Команда: A-344
Огромное спасибо

_________________
XA2


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 03 авг 2022, 09:58 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 04 май 2013, 21:23
Сообщений: 1733
Команда: нет
Последняя глава хороша. Спасибо.

_________________
Изображение


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Don Valentine "Strap Hanger"
СообщениеДобавлено: 03 авг 2022, 10:27 

Зарегистрирован: 08 апр 2020, 14:13
Сообщений: 545
Команда: Нет
Den_Lis писал(а):
SergWanderer писал(а):
Сейчас соберем все в один файл и начнем читать))


Линк на стопку вордовых файлов: https://drive.google.com/file/d/1VD1VKY ... sp=sharing


Спасибо огромное!


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
Показать сообщения за:  Сортировать по:  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 99 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
cron
Powered by phpBB® Forum Software © phpBB Group
Theme created StylerBB.net
Сборка создана CMSart Studio
Русская поддержка phpBB