Текущее время: 22 сен 2018, 08:06


Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 26 ]  На страницу 1, 2  След.
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 06 фев 2017, 06:34 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
Изображение

В ЗЕЛЕНОМ БЕРЕТЕ: КАНАДЕЦ В КОРОЛЕВСКОЙ МОРСКОЙ ПЕХОТЕ.
Джейк Олафсен, 2011.

WEARING GREEN BERET: A CANADIAN WITH ROYAL MARINE COMMANDOS
eISBN: 978-0-7710-6856-0
Copyright © 2011 by Jake Olafsen

Примечание. Иногда в диалогах могут быть ошибки и искажения слов, которые отражают акцент, с которыми персонажи разговаривают в оригинале (как правило тот самый английский акцент).

Изображение
Датский Блэкхок приземляется, чтобы забрать раненных из Мобильной оперативной группы.

ПРОЛОГ.
ОПЕРАЦИЯ ЛЕДНИК 5.
ОКРУГ ГАРМШИР, ЮЖНЫЙ АФГАНИСТАН.
6 МАРТА 2007 ГОДА.

Затевалось что-то грандиозное, вся рота это знала. В конце концов, далеко не каждый день тяжелая артиллерия располагается прямо на наших позициях. Большие пушки, как правило, удалены на мили в тыл, а не стоят в 500 метрах от противника. И когда 105мм гаубицы стоят совершенно открыто, готовясь стрелять прямой наводкой, то вы отчетливо понимаете, что готовится наступление. Мы совершенно точно будем убивать талибов.
Я был из роты Зулу 45 батальона Коммандо Королевской Морской Пехоты, и мы уже несколько месяцев находились в этом районе. Большую часть этого времени мы провели в пустыне как Южная Мобильная Группа, крейсируя вдоль реки Гильменд и нападая на многочисленные объекты талибов. У нас не было недостатка в действиях, мы постоянно двигались и каждый день не был похож на предыдущий. Наша задача была атаковать талибов, а они там были везде. Этот район был определенно из тех, что морпехи называют «клевое местечко».
Обычно после отличного времени в пустыне и одной или двух операций, мы возвращались в Центр в городе Гармшир. Центр представлял собой дувал, где размещались британские силы, противостоящие талибам в этой районе и базировалась наша рота. Оттуда мы готовились нанести еще один большой удар по району, удерживаемому талибами. Но единственной информацией об этом у нас были лишь обрывки слухов и то, что мы слышали от всяких балаболов. Но, как обычно в Морской Пехоте, как только что-то начинается, это продолжается, пока не произойдет что-то эффектное. 6 марта действие началось.
Это было чертовски крутое шоу, и у меня был билет на место в первом ряду. Рота Зулу была вызвана на тактический брифинг. Я люблю посещать это мероприятие перед операцией. Во-первых, я наконец-то могу узнать, какую роль буду играть (и смогу оценить свои шансы на возможность пострелять), во-вторых, это тот самый момент, когда адреналин начинает наполнять меня. Это же так захватывающе - узнать, что завтра мне придется штурмовать местность с подтвержденным наличием на ней противника или что я буду поливать из пулемета по противнику, который будет пытаться убить меня или моих друзей. Гораздо круче, чем обычная рутина.
На тактическом брифинге мы сидим вокруг большого объемного макета местности, выложенного на полу из палочек, травы, земли и прочего мусора. Мы рассаживаемся по своим отрядам (подразделение численностью где-то с армейский взвод), а ротный втирает всякие умные вещи. На этот раз мы собирались атаковать ряд удерживаемых талибами дувалов, называемых Шепис, Стронгбоу и Водка, которые получили эти названия в честь популярных среди парней напитков. Шепис занимает среди них особое место в сердцах многих морпехов. Этот крепкий сидр изготавливается на небольшой ферме в нескольких милях от базы Морской Пехоты в Тонтоне (кстати, окружной город графства Сомерсет, Англия) и любой, кто служил с 40 батальоном Коммандо, имел как минимум одну футболку Шепис и бесчисленные похмелья от этого напитка.
Эти позиции располагались очень близко к одному из наших передовых пунктов и перестрелки там вспыхивали каждый день. Они постоянно пытались подловить нас и обожали запускать ракеты из РПГ когда мы были на виду. Теперь пришло время нам хорошенько отделать этих парней, чтобы они поняли, кто тут хозяин. И черт побери, большая дубинка у нас как раз-таки была.
Вся рота (около 100 человек) шла в наступление, плюс мы имели усиление бригадного уровня. Мы располагали группой саперов, артиллерийской батареей и многочисленной воздушной поддержкой. Тяжелый бомбардировщик В1, истребители Ф-18, штурмовики А-10, самолет огневой поддержки АС130, несколько вертолетов Апач, как мы и хотели, а также разведывательный самолет Нимрод, который будет следить и записывать операцию. Плюс морпеховская батарея минометов в Центре как дополнительное усиление. Я должен был идти с гимпи*, множеством лент и подсумком, набитым гранатами. Мой друг Джей был другим пулеметчиком в отряде, поэтому мы шли рядом. Два наших пулемета являли собой большую огневую мощь, и нашей задачей будет остановить любых плохих парней, которые будут пытаться попасть в наших парней с севера, пока те будут зачищать дувалы.
Талибская зона была отделена от нас пятидесятифутовым каналом. Он был слишком глубок и слишком быстрым течением, чтобы перейти его вброд, а ближайший мост был в двух милях к северу. Да, мост был под нашим контролем, но было слишком очевидное направление для атаки. С одной стороны, канал представлял собой серьезное препятствие, а с другой предоставлял нам преимущество. Для того, чтобы переправить нас через канал, саперам требовалось быстро собрать штурмовой мост, ночью и возможно под огнем противника. А мы должны были быстро переправить всю роту морпехов по узкому, легкому мосту, разворошить кучу гавнища, а затем попытаться вернуться тем же путем. Возможные проблемы с этим мостом были очевидны. Если его будут слишком плотно обстреливать или вообще разрушат, то мы, скорее всего, понесем тяжелые потери. Морпехи преуспели в работе возле воды (мы, в конце концов, ядро британского морского десанта), но никто не может хорошо плавать, когда нагружен оружием, боеприпасами и бронежилетом. Однако преимущество перевешивало риск. Враг знал, что мы планируем вести с ним перестрелки, поскольку получили новое тяжелое вооружение, но явно не будет ожидать атаки через канал. Талибы чувствовали себя в безопасности, полагая, что канал препятствие для наших войск. Они полагали, что их западный фланг достаточно защищен, поэтому разместили мало позиций на своей стороне. К сожалению, для самих себя, они недооценили Королевскую Морскую Пехоту. И мы преподнесем им сюрприз.
После того как диспозиция была завершена, пришло время готовиться к поставленной задаче. Мы точно никуда не собирались до следующей ночи, поэтому имели достаточно времени чтобы отоспаться, набить животы и разобраться с оружием. Чтобы дать парням отдохнуть, в эту ночь никто не пошел на патрулирование. Некоторые из ребят писали домой, но большинство просто сидели и курили как паровозы, целиком погруженные в свои мысли. Мы уже ходили в атаку несколько раз до этого, но возбуждение каждый раз сильно. Ваш мозг может проигрывать множество забавных трюков в то время как тело жаждет действий.
В этот момент, я стараюсь не думать о доме слишком много, лучше сосредоточиться на предстоящем деле и думать о том, как я могу сделать это лучше, чем в прошлый раз.
Мы потратили весь следующих день, возясь со своим снаряжением. Большую часть того, что мы несем на себе, находится в жилете, который застегивается на животе и покрыт многочисленными подсумками. Независимо от того, сколько раз ты его настроишь под себя, всегда можно упаковать его лучше. Патроны всегда можно разместить более удобно, компактно или просто взять больше. Помимо них вы должны понять, как лучше нести бронежилет, воду, сухпаек, аптечку, инъекции морфина, которые боец может вколоть себе сам, радиостанцию, компас, карту, батарейки, нож и гранаты. Вы можете выкинуть какие-то мелкие вещи из ваших карманов, чтобы облегчить вес, а потом позже решить, что они вам нужны и упаковывать их снова и снова. Мы называем это тинкерство и солдаты обожают им им страдать. Это проверяется временем и хорошо собранный комплект позволяет сражаться с комфортом и без задержек. Мы пристреляли свое оружие с крыши Центра в реку и убедились, что в радиостанциях и ПНВ стоят свежие батарейки.
Я решил прогуляться по Центру, чтобы увидеться с парнями из других отрядов и пожелать им удачи. С приближением условленного времени, волнение начало нарастать. Талибы выпустили по нам несколько ракет, чтобы напомнить, что они все еще там и ждут нас. Они не знали, что стояли на нашем пути.
Когда опустилась темнота, мы надели снаряжение и начали выстраиваться в боевой порядок для марша. Мы никогда не выдвигались до полной темноты - у нас было полно приборов ночного видения, в том числе индивидуальные очки и тепловизионные прицелы на оружии, и мы рассчитывали использовать это добро по полной. Атака была запланирована на 2100, поэтому в 2030 мы вышли из Центра длинной змеей из сотни солдат и начали свой путь на юго-восток. В тишине мы прошли по пустынным улицам Гармшира, миновали один из наших передовых пунктов, а затем пересекли поля и канавы за городом. Покинув передовой пункт, мы пересекли нейтралку. Далее на восток, юг и запад простиралась вражеская территория. Разведка целей в этих условиях не представляет никакой проблемы, там просто напросто нет гражданских лиц, только мы и они.
Ступая осторожно и медленно, мы старались не привлекать лишнего внимания. Змея людей в молчании прошло около километра через поля и канавы, прежде чем остановилась. Мы расселись на земле за длинным грязным валом, что отделял нас от вражеской территории. Мы были счастливы откинуться назад и хоть ненадолго ослабить давление на плечи. Я, например, нес сто фунтов пулемета и патронов к нему. Мы были всего в сотне метров от места, где планировали пересечь канал, а враг до сих пор не догадывался о нашем присутствии. Пока все шло по плану. На месте закипела работа.
Саперы строили мост. Он состоял из десятифутовых секций с понтоном на конце. Как только они присоединяли очередную секцию, так толкали вперед дальше и дальше через канал. Чтобы закончить, им потребовалось четыре или пять секций. Как только мост достиг того берега, один или два отважных сапера перебежали его, чтобы закрепить. На том берегу они были лишь вдвоем и рядом было дохрена плохих парней. Не слишком-то приятное положение.
Пока они этим занимались, наши группы заняли огневые позиции вдоль южного берега неподалеку от моста с нашей стороны. Они разместили на позициях ракеты Джавелин, которые можно было навести на источники тепла (транспорт или людей), тяжелые полтинники и наши новенькие автоматические гранатометы Хеклер энд Кох.** Эта огромная огневая мощь гарантировала, что никакие плохие парни не могли подкрасться к нам с юга. Они надежно изолировали поле боя.
По радио рота получила приказ залечь и укрыться: 2000-фунтовая бомба летела к нашей главной цели, Водке. Обычно такое сообщение передают за тридцать секунд до взрыва, но с учетом задержек связи эти события почти совпадают. Ничто так не нарушает тишину ночи как 2000 фунтов мощной взрывчатки. Доли секунды до удара вы слышите рев, будто на вас мчится товарный поезд, а затем - БАХ! Это заставляет вжаться в землю так сильно, как только можешь. Я рекомендую сделать именно это.
После падения бомбы на Водке воцарился ад. Тяжелые бомбардировщики, ревя двигателями над нашими головами, обрушили на цель ливень бомб. Почти сразу же к ним присоединилась артиллерия и минометы. Череда разрывов слилась в непрерывный грохот. Я даже не мог себе представить, что там сейчас творилось. Огромное количество разрывов подавляло. Начали раздаваться вторичные взрывы боеприпасов и снаряжения, которое талибы хранили на Водке, но артиллерийский огонь, казалось, стал только интенсивнее.
Я сидел спиной к грязной куче, отвернувшись от Водки и наблюдая за западным флангом. Вытащив банку жевательного табака, я зачерпнул немного. Британцы не жуют табак, обычно я тоже, но на операции всегда все по другому.
“Кто-нибудь хочет?” - спросил я парней рядом.
“Нахрен!” - ответило большинство. Но один парень, реальный качок, родившийся в Англии и выросший в Испании, все же зачерпнул порцию.Он был забавный, поскольку говорил по-английски лучше, чем кто либо, но нихрена не мог написать. Все его школьное обучение было на испанском.
“Дай мне этого дерьма” сказал он. Так что мы просто сидели, сплевывая тягучую слюну, мне было пофигу, а вот он постепенно зеленел.
Снаряды и бомбы продолжали падать на нашу цель. Ветер с Водки дул в нашу сторону. Он принес сильный запах кордита и горелой земли, а также густо припорошил нас пылью и сажей. В самом деле, пелена пыли и дыма становилась настолько густой, что это начало вызывать беспокойство. Уровень видимости было падал, учитывая, что в темноте и так трудно разобрать что-либо, даже без шторма из дыма и пыли. Раздался приказ построиться в линию. “Приготовиться к движению”. Мы пробыли на месте около десяти минут.
По мере того, как бойцы роты поднимались с земли вместе со всем своим снаряжением, и наши головы показались над грязной насыпью, мы смогли рассмотреть, что творилось на Водке. Штурмовики улетели, прекратив бомбежку, поскольку мы направлялись прямиком в зону поражения, но артиллерия и минометы продолжали вести огонь. Грохот взрывов наполнял воздух, но вскоре огонь ослаб настолько, что мы могли расслышать вой снарядов пролетавших над нашими головами. Это заставило нас встать и пойти вперед, через густую взвесь дыма и пыли, настолько, что мы с трудом видели что-то в нескольких метрах впереди себя. Я боялся потерять из виду парня, идущего передо мной. Было неподходящее время, чтобы бродить самому по себе. Мы вытянулись в колонну и парни шутили друг с другом насчет проклятой пыли. Сейчас совершенно не было нужды сохранять невозмутимость.
Но чем ближе мы приближались к мосту, ведущему к Водке, тем все становилось серьезнее. У меня было чувство, что я шел по полю боя Первой Мировой Войны, в решительную атаку. Массированный обстрел продолжается, в воздухе полно этого дерьма, большая часть роты позади меня, а я жду момента, когда столкнусь с градом выстрелов, пересекая этот небольшой мост, такие вот странные мысли крутились у меня в голове. Я бы не сказал, что был сильно испуган, но определенно слегка обеспокоен. Мы двигались к берегу канала и я снова остановился, ожидая, когда настанет моя очередь пересечь мост. Рота пересекала мост колонной, один-два парня за раз. Саперы присели на берегу, регулируя движение. Собственно, я знал, что мы на берегу, только потому что мне сказал это сапер, такая вот была видимость.
Артобстрел все еще продолжался, кроме того, я слышал рев реактивных двигателей над головой. Первые парни из моего отряда уже были на той стороне, так что пришел и наш черед. Мои приятели за рекой были бы очень благодарны за наши два пулемета, и мы с нетерпением ждали команды. Сапер схватил меня за плечо и сообщил, что дает зеленый свет на движение двум из нас. Очевидно, что мост был с нескольких метрах от меня, но я до сих пор не видел это дерьмо. Мы начали двигаться, когда воздух наполнился новыми звуками. Вокруг нас начали раздаваться звонкие щелчки. Не так интенсивно, как это было на некоторых прошлых операциях, но тем не менее это означало, что противник очухался и открыл ответный огонь. Вот так приветствие, подумал я про себя. Я бы предпочел, чтобы они с ним обождали, пока я буду на мосту.
Я уже был прямо у моста и смог увидеть его половину, где-то две секции. Два сапера присели у него с нашей стороны, чтобы дать отмашку, когда нам пересечь его. Мост было легко перегрузить и никто не хотел, чтобы на нем толпилась сразу куча народу. Оставить большие промежутки между бойцами было отличной идеей, так очередь или выстрел из РПГ не мог вывести из строя сразу много солдат.
Когда я ступил на мост, мне показалось что интенсивность огня противника возросла. Наверное, я слишком много воображал, но мне казалось, что все они стреляют исключительно по мне. Была моя очередь бежать через мост в пыль и дым на другом берегу. Там, в неизвестности, артиллерия и минометы продолжали трамбовать противника, и вспышки разрывов пробивались через дымку. Земля вибрировала от разрывов.
Джей, с широкой улыбкой на лице, похлопал меня по плечу. “Ожившая мечта!” сказал он. Я не мог не улыбнуться. “Разве это неправда?”. Мы всегда говорили, что сделаем это, или же что “гражданские платят тысячи за это же”.
Но действительно ли я осуществил мечту? Это ли я себе представлял, когда впервые задумался о поступлении в Королевскую Морскую Пехоту? Мальчик из маленького городка с Западного побережья Канады, который угодил в это дерьмо. Это был один из тех моментов, когда я поймал себя на том, что задаю себе этот старый вопрос.
“Как я, блин, тут оказался?”

* - Единый пулемет (GPMG) калибра 7.62мм
** - ПТРК Javelin, тяжелый пулемет (HMG) Browning M2 калибра 12.7мм, автоматический гранатомет (GMG) калибра 40мм.

_________________
Fake it 'til you make it.


Последний раз редактировалось kane-efes 10 фев 2017, 05:16, всего редактировалось 4 раз(а).

Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 06 фев 2017, 06:47 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
ЧАСТЬ 1. ПОСТРОЙКА БУТНЕКА.*
Изображение
Йомпинг** в Дартмуре вдоль ручья.

ГЛАВА 1. РАННИЕ ДЕНЬКИ.
Я родился в 1979 в маленьком городке на острове Ванкувер у побережья Британской Колумбии и мой первым домом была маленькая хижина в глуши, окруженная лесом. Я жил там с матерью, отцом и братом, который был старше меня на три года. Мой отец построил прекрасный дом и хижина была лишь временным пристанищем, в котором мои родители провели несколько лет, а я с трудом выдержал один. Итак, живя в нескольких миля от ближайшего городка, я вырос, играя с рогатками и деревянными мечами, которые отце мастерил мне из фанеры. Мы содержали несколько свиней и кур, а я не мог свободно пойти гулять, поскольку вокруг было полно медведей и волков. Я думаю это было фантастическое место для жизни. Я никогда не скучал, а моя мать точно знала, что я гонял в футбол, тибол*** или был в детском клубе. Когда я не занимался этим, то шел в буш, кидал камни в змей или прилаживал гамак в ярде от земли, чтобы поспать. Я обожал это.
Когда мне было шесть лет, мои родители расстались. Мама, брат и я переехали на пятьдесят миль, в Комокс, где я обзавелся кучей новых друзей. Я был несколько дальше от буша, чем мне бы этого хотелось, но тем не менее были еще парки, где я мог лазать по деревьям и играть в войнушку с моими приятелями. Мой отец переехал в более уединенный город, в глубине буша, поэтому, когда я гостил у него, то отрывался по полной. Я ходил на рыбалку, в походы, а также в раннем возрасте научился стрелять, тренируясь в гравийных карьерах.
Школа пролетела очень быстро, причем я имел отличные отметками по любому предмету. Учеба давалась мне легко, а мои мечты на тему, кем стать когда вырасту, менялись каждые несколько месяцев. Незадолго до окончания школы нам начали устраивать собеседования и встречи со школой и консультантами по карьере на предмет наших перспектив.
Я всегда думал об армейской службе и чуть было не решил, что это именно то, чем я хочу заниматься. Но советник на самом деле потратил немалую часть времени, пытаясь отговорить меня от службы. Он заявлял, что это было бы ужасное решение, что военные просто тратят огромные деньги налогоплательщиков и ни один уважающий себя человек не будет служить в армии. Мой отец однажды пошел со мной на одну из встреч, где заявил, чтобы советник отвалил и не лез в чужие дела, а затем вытащил меня из офиса. Вспоминая это, я каждый раз расстраиваюсь, что профессиональный советник давал детям рекомендации настолько предвзято и необъективно. Карьера в войсках является отличным выбором для многих молодых людей, и я надеюсь он сменил свою пластинку со временем.
Я все никак не мог выбраться, чего же я хочу в итоге, поэтому в конечном итоге решил пойти на год в городской колледж, где смог бы изучить ряд общих курсов, которые помогли бы мне поступить в университет. Если бы я захотел пойти по этому пути. Но я всегда трепетал от мысли провести четыре года в классах и поэтому так туда и не поступил. Через год я переехал в Ванкувер, где поступил в технический колледж и два года изучал финансы. Увы, как ни была интересна программа, я так и не смог полностью ей наслаждаться. Я был слишком мальчишкой из маленького городка и никак не мог понять, как все вокруг обходились без походов и рыбалки.
Идея поступить на службу все еще занимала меня, и я подразумевал под этим старую добрую пехоту. Я любил находится под открытым небом, прогулки по пересеченной местности и стрельбу. Поэтому эта идея казалась мне крайне удачной. Так я начал процесс поступления на службу в Канадскую Армию. Я не был уверен, что хочу служить на полную катушку, а потому решил начать карьеру в Резерве, присоединившись к подразделению резервистов из Ванкувера. Таким образом, по сути не было никаких контрактных обязательств и я мог спокойно уйти, если бы понял, что эта чашка чая мне не по вкусу. Я вступил в батальон Сифортских Горцев**** в Канаде и начал ходить кривой дорожкой военного раз в неделю. Я был очень горд носить канадскую форму, а флажок с кленовым листом на моем плече наполнял меня удивительными чувствами.
Летом 2003 я попал на полноценные учения совместно с регулярной армией. Это было чистое счастье: ношение формы каждый день, интенсивные тренировки, марш-броски и изучение всего, что связано с пулеметами и гранатами. Неожиданно я обнаружил, что очень хорош в этом, заняв второе место на каждом из моих курсов. Это был фантастический опыт, а когда я вернулся на остров Ванкувер, то через несколько месяцев перешел в другое подразделение, Канадский Шотландский Полк*****. В составе К-Скотс****** я обрел несколько хороших друзей и посещал все, до чего мог дотянуться. Я посещал все учения на выходных и каждый четверг был полон энтузиазма. Я был потрясен, обнаружив, что многие другие резервисты не выказывали такого же рвения и избегали учений, если прогноз погоды сулил неприятности. Но я вкладывал себя без остатка. Я подписывался на любой доступный курс и с нетерпением ждал лета, чтобы завершить свое обучение.
В то же время, я нашел прекрасную девушку в своем родном городе, Джениффер. Мы вместе работали большом складе запчастей и у меня была масса времени на флирт. Прежде чем мы начали проводить время вместе, казалось, у меня все было отлично. Армейские темы продвигались хорошо, у меня была приличная работа и офигенная девчонка рядом. Жизнь была хороша. По мере того, как приближалось лето, я начал строить планы по работе, ведь я собирался отсутствовать из-за тренировок. Я очень волновался и не переставал об этом говорить, но за несколько недель до того, как я должен был отправиться в Альберту на учебу, мне позвонили и сообщили, что мест нет и я должен ждать следующего лета.
Это произвело эффект разорвавшейся бомбы. Я был подавлен. Но все стало еще хуже, когда я увидел тех, кого все же отправили туда. Я побледнел от ярости. Люди, которых нельзя было найти, если шел дождь. Люди, которые пороли херню на прошлых курсах, попали на этот. На меня снизошло просветление. Упорный труд и преданность делу, как мне казалось, ни черта тут не значили. Сейчас это звучит немного резко, но тогда я был крайне зол и это решение жгло меня, как бы я не пытался успокоиться. Я знал, что если действительно хочу служить в армии, то мне придется это делать в другом месте, намекнул мне мой друг Джон.
Джон был отличный парень и еще более лучший солдат. Я познакомился с ним во время начальной подготовки резервистов и мы прекрасно поладили с первого же дня. Он служил на материке, в Королевском Вестминстерском полку*******. Он был падок до изнуряющих физических нагрузок и обожал быть на лоне природы. Так же как и я, если не больше. Мы провели несколько отличных походов, забираясь вглубь Стратконского парка и к водопаду Делла. Однажды, спустя некоторое время после того, как я получил плохие новости, он упомянул о чем-то, что называлось Коммандос Королевской Морской Пехоты. Я слышал о них раньше, поскольку немного увлекался историей, но мне и в голову не приходило, что я могу вступить к ее ряды. Реально, я очень мало знал о Королевской Морской Пехоте. Ну и Джон решил, что было бы неплохо к ним податься, поэтому на следующий день на работе, съедаемый любопытством, я решил посетить их сайт.
Оказалось, что Коммандос Королевской Морской Пехоты это кучка хардкорных парней. Они образуют “куда угодно” десант Королевского Военно-Морского Флота и служат ключевым компонентом Британских Сил Быстрого Реагирования. Обучение выглядело очень интенсивным, с огромным числом путешествий, поэтому я был заинтригован. Я прочел еще немного, затем еще, затем клик, клик, клик, в том числе я запросил информационный пакет. Я не сказал об этом Джениффер, поскольку не воспринимал эту идею всерьез. А вот Корпус все воспринял очень серьезно. Они были развернуты в Ираке и Афганистане и нуждались в пополнении. А я был как раз тем, что они искали. Когда я подал заявку на вступление в Канадскую Армию, то процесс был очень долгим и утомительным. Различные задержки были обычными и ожидаемыми. В отличии от них, я через три дня после подачи моего онлайн заявления обнаружил в своем почтовом ящике огромный пакет документов от Корпуса. Три дня из Англии против трех недель , когда я пытался поступить на службу в Канаде. Эти парни делали дело и это было глотком свежего воздуха.
Джон и я заполнили наши приглашения и отправили их в Англию, совершенно не зная, что будет дальше. Но чем больше мы говорили об этом, чем больше изучали Корпус, тем больше росла в нас уверенность дать им шанс. Это означало отказ от всего, что было у меня в Канаде. Я должен был покинуть хорошую работу, от которой я получал удовольствие, покинуть мою девушку и бросить любимое место на земле, остров Ванкувер. Я оставлял позади свою семью, моя зарплата сильно сокращалась, а любые мысли о создании семьи стоило отложить. Как и моя свобода, я более не волен был бы уйти, когда захочу.
Мне было двадцать четыре года и я понял, что это прекрасный возраст, чтобы сделать выбор. Корпус позволит вам присоединиться до тридцати, но я прикинул, что если бы потратил, скажем лет пять, с ними, начиная с этого момента, то я бы попал туда в расцвете сил и до того, как собирался иметь детей. Это было классическое “сейчас или никогда” решение. И я выбрал сейчас. Я знал, что королевская Морская Пехота всегда воюет. А Канадская армия при этом только начала развертывание в Афганистане и никто не знал, как они будут там участвовать и что из этого выйдет. Я решил, что поступление в Корпус верная ставка на то, что я смогу пострелять. И я не ошибся.
Весна превратилась в лето, а мы с Джоном спокойно поддерживали процесс подачи заявки. В ближайшее время мы должны были выбрать дату, чтобы отправиться в Англию для интервью и интенсивного отборочного курса, которой покажет - пригодны ли мы для службы в Коммандо. Он состоял из четырех дней физических упражнений, командной работы и тестов. Какая-нибудь несложная фигня, считали мы. Но мы полагали, что нам потребуется время, чтобы привести себя в форму, поэтому выбрали 7 декабря 2004 года, когда мы должны будем прибыть Учебном Центре Коммандос Королевской Морской Пехоты, что в Лимпстоне, графство Дэвон. Примерно в это же время я сообщил новости остальным. Дженнифер сильно меня поддержала, но, я думаю, она бы реагировала по другому, если бы знала, чем это обернется. Тогда я понятия не имел, как трудно будет на расстоянии. Но сейчас все было хорошо.
В течении нескольких следующих месяцев мы с Джоном постепенно наращивали интенсивность наших тренировок. Я нервничал и не был уверен в своей готовности. Мы заказали билеты на рейс в Лондон, но примерно за две недели Джон позвонил мне и сообщил ужасные новости.
“Плохи наши дела” сказал Джон. “Я повредил колено и не смогу пройти”. И это означало, что теперь я сам по себе.

* - Bootneck - морпех, противопоставление прозвищу американского leatherneck из USMC, из-за кожаного воротника на униформе много лет назад, который делали из голенища ботинок.
** - Yomping - долгий марш-бросок с полной выкладкой и происходит от слова yump, что на сленге водителей ралли означает “ощущение, когда отрываешься от земли при прыжке на скорости с гребня”, что в свою очередь искаженное jump.
*** - T-ball - игра на основе бейсбола
**** - Seaforth Highlanders of Canada - резервный батальон легкой пехоты, базируется в Ванкувере, существует с 1910 года, принимал участие в многих боевых конфликтах
***** - Canadian Scottish Regiment Princess Mary’s - полк легкой пехоты, базируется в Ванкувере, существует с 1912 года.
****** - название полка в обиходе
******* - Royal Westminster Regiment

_________________
Fake it 'til you make it.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 06 фев 2017, 06:55 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
ГЛАВА 2. НАЧАЛО.

На раннем этапе оформления я должен был выбрать вербовочный пункт в Англии. Не разбираясь в географии Великобритании, я решил выбрать южное побережье, где я думал будет лучшая погода в декабре. В итоге я выбрал Брайтон, весьма удачно. Это было неплохое место и именно там я сделал первую остановку, прибыв в Королевство.
По прибытию, меня завалили кучей документов и различных физических тестов, чтобы подтвердить, что мои зрение и слух в норме, а сердце достаточно сильное. Я жил в хостеле в нескольких кварталах от вербовщика и каждое утро делал пробежку, чтобы поддержать форму. После завершения всех формальностей оформления и интервью в моем распоряжении оказалось несколько дней, которые я убил, прежде чем отправился вдоль побережья на запад, к маленькой деревушке Лимпстон. Это был дом CTC* и я хотел попробовать на вкус то, что называется курсом коммандо. Предстояло еще много работы, чтобы понять, есть ли во мне то, что позволит стать рекрутом Коммандо.
Я сел на поезд к Эксетер, города Лимпстона выше по реке Экс, где я получил комнату в B&B**. Затем я пошел в паб, где выпил несколько пинт пива, чтобы успокоить нервы. Я нервничал сильнее, чем когда либо, настолько, что даже не стал смотреть на учебный центр. Пиво подняло мне настроения и я отправился спать, чтобы утром быть в отличном состоянии.
А следующий день я испытал чувство, которой сможет понять только морпех. СТС имеет свою железнодорожную станцию, созданную специально для людей у которых есть дела в учебном центре. Кроме этого, поезд специально замедляет ход так, чтобы было видно всю штурмовую полосу препятствий. То, что лежит перед вами, представляет собой зону, где кровь, боль и слезы являются обыденностью и редко когда вы видите, как некоторые рекруты успешно преодолевают полосу в полном снаряжении и с винтовками. Вы можете увидеть рекрутов бегущих, карабкающихся через препятствия, несущих друг друга и ползущих, в то время как инструктор орет им прямо в ухо, возвышаясь над ними. Все они были мокрые, грязные и выглядели более чем несчастными.
Когда поезд остановился, у меня засосало под ложечкой. К старой доброй нервозности присоединилось совершенно новое чувство. Этим чувством был страх и каждый морской пехотинец чувствует его в свой первый день. На самом деле он остается навсегда. Я сотню раз ездил на этом поезде, но каждый раз у меня сосет под ложечкой, когда я вижу эту сцену.
В поезде нас было около пятидесяти парней и каждый чувствовал тоже самое. Когда мы вышли из поезда, то каждый стал осматривать других с ног до головы, пытаясь понять, попали ли мы в компанию суперменов или же обычных парней, как он сам. Мы все были одеты в брюки и галстуки, как и предписывалось инструкциями. Морской пехотинец у ворот пропустил нас, отмечая галочками наши имена в списке. Как только ворота закрылись, то мы официально оказались там. Морпех провел нас через лагерь в отведенное нам место. Повсюду шагали или бегали группы новобранцев. Некоторые хорошо смотрелись в полевой форме; другие выглядели опустошенными, их форма была испачкана грязью, брызгами и пропитана потом. Это выглядело довольно хардкорно для меня. Все выглядело профессионально и хорошо организовано и я был поражен числом новобранцев лагере. Куда ни кинь взгляд, везде можно было увидеть группу в тридцать-сорок человек, причем каждая группа шла в своем направлении.
Это сильно отличалось от того, что я видел, будучи рекрутом в Канадском Резерве на небольшой базе в Ванкувере.
Следующие несколько дней пролетели очень быстро. Нас разместили в казармах и выдали старую униформу, прежде чем выдавать нам оценки. До того, как мы их узнали, мы бегали в спортзале, делали дюжины отжиманий и приседаний, совершали рывки и прочие хорошие вещи.Мы пробежали несколько кроссов по нескольку миль и вдоволь наползались в грязи на нижнем поле***. Нам прочли ряд лекций о том, кто такие королевские морские пехотинцы и какие мы имеем возможности.
Но в основном, казалось, что нас оценивают по физической готовности, также у нас были командные игры в зале, чтобы пройти которые пришлось пролить немало пота. Они хотели убедиться, что мы не боимся высоты, заставляя нас ходить по доскам в воздухе. Это были длинные и утомительные дни, я и должен признать, что я был рад их окончанию.
Перед отъездом мы все собрались, чтобы узнать имена тех, кого сочли подходящими. Я был в их числе и даже получил одобрение, а также большой пакет информации о мероприятиях, которые мне необходимо было выполнить перед тем как попасть на обучение. Некоторые из парней должны были начать в течении нескольких недель, но мне необходимо было ждать. Они делают обширные исследования и проверки безопасности всех потенциальных рекрутов, но они не делали этого для меня, пока я не прошел отбор. Скрининг безопасности в международных вопросах всегда занимает много времени, но, по крайней мере, я доказал, что гожусь для них. К тому же, задержка меня вполне устраивала. Судя по тому, что я видел, у меня было несколько месяцев на свои дела.
Я оставил СТС в хорошем настроении, поскольку сделал все, как и хотел. Затем я сел на поезд прямиком в аэропорт, поскольку у меня не было денег на отель. До отлета у меня было около пятнадцати часов. Распаковав спальник, я отыскал хорошее тихое место в углу терминала. Я устроился прямо на сумке и спал как бревно следующие восемь часов. Когда я проснулся, вокруг сновали люди, а какой-то мужик толкал моющую пол машину возле моих ног.
Я вернулся домой и с головой погрузился в обычную жизнь. Я усердно работал и тренировался, думаю о своих целях и будущем. Через несколько недель мне позвонили из Корпуса и сообщили, что все проверки были окончены и закончились благополучно. Все, что оставалось, это выбрать дату для подписания контракта. Я сказал парню, что перезвоню ему завтра и повесил трубку.
Я столкнулся с самым большим решением в своей жизни. Сейчас или никогда. Ну, я всегда полагал, что лучше сделать что-то, чем не делать ничего. Поэтому я взял телефон и позвонил этому парню, а затем выбрал дату из предложенного списка. 25 июля 2005 года моя жизнь кардинально изменится. У меня было четыре месяца обычной жизни прежде, чем я должен прибыть в Англию, которую я должен был провести и не спустить все усилия в унитаз. Мог ли я их слить? Честно говоря, я не имел никаких других мыслей кроме этой.
Четыре месяца спустя с видел в вербовочном пункте в Брайтоне с контрактом перед собой. Я задавал массу вопросов о том, что было написано мелким шрифтом и вдвойне был уверен, что не буду служить полный срок контракта. Двадцать два года. То есть, это столько требуется для получения полной пенсии. Нет, заверил он меня, вы можете уволиться с уведомлением за двенадцать месяцев после трех лет службы.Ну что же, я представлял, что делаю.
Перо легко скользнуло по бумаге, оставляя росчерк чернил. Бумаги пересекли стол, обратно мне вручили билет. Следующая остановка Лимпстон, Учебный Центр Коммандо Королевской Морской Пехоты.
В Эксетер я прибыл на день раньше, чтобы не совершать долгую поездку перед тем, как начать выполнять свои обещания 25 июля. Я остановился в том же самом B&B, как и семь месяцев назад, пошел в тот же паб и выпил того же пива, чтобы успокоить нервы как в прошлый раз. Пару пинт, не больше. Я не хотел, чтобы меня с утра мучило похмелье, поэтому ушел спать рано. Но всю ночь не смог сомкнуть глаз. Наутро я встал, одел брюки и галстук, словно в последний раз.
Я сел на поезд и он снова был наполнен пятью десятками коротко стриженных парней в брюках и галстуках. Мы снова осмотрели друг друга и все почувствовали те же нервы. Когда поезд подошел к остановке СТС, то вид новобранцев, барахтающихся в грязи, снова вселил в меня страх, сжавший внутренности холодной рукой. Поезд остановился, все вышли. Все произошло, как много раз до этого: ворота открылись, все прошли через них, отметившись у морского пехотинца, а затем - КЛАЦ! Они закрылись! Я прибыл.
Нас выстроили и провели через лагерь в казарму, где все новобранцы проводят первые две недели в СТС. Мы остановились снаружи здания и наш старший инструктор сделал шаг вперед. Теперь то я его знаю, как обычного парня в Корпусе, но тогда… Тогда она казался нам каким-то супер солдатом. Прошел все испытания. Королевский морской пехотинец. Хрустящая парадная форма. Ботинки, начищенные до зеркального блеска. И самое главное. Зеленый берет.
Он осмотрел строй и мы немедленно захотели стать похожим на него. Я сосредоточился на этом. Следующие восемь месяцев, все что я делал каждую секунду, было направлено на достижение одной цели. Мой зеленый берет. Немногие парни пытаются получить этот зеленый берет и еще меньшее количество действительно им обладают.
Я был здесь и был готов пахать.

* - CTC - Commando Traning Center, Учебный Центр Коммандо
** - B&B - bed & breakfaust, маленький отель
*** - полоса препятствий для Штурмового Курса

_________________
Fake it 'til you make it.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 06 фев 2017, 07:14 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
ГЛАВА 3. НОВЫЙ МИРОВОЙ ПОРЯДОК.

Это было 25 июля 2005 года, позади был долгий и трудный путь, на котором пришлось изрядно хлебнуть дерьма, и который я пытался пройти с усмешкой. Позже я осознал, что мой первый день в СТС вышел слегка холодным, но это не сделало его более легким. Старший инструктор построил на по стойке смирно в три ряда. Затем он прошел по номинальному списку, чтобы выяснить кто есть кто, а также кто посмел опоздать на свой День 1. Некоторые парни из списка отсутствовали. Мы их, кстати, так никогда и не увидели. Мы промаршировали к нашему первому расположению, называемому обучающий блок. Это была большая прямоугольная комната с шестьюдесятью кроватями и шкафами, выстроившимися вдоль стен. Центр комнаты был пуст за исключением нескольких столов и шкафчиками со стеклянными дверками на них. Это были учебные пособия для примеров, как необходимо укладывать вещи, которые были там безупречно уложены. Никаких шуток.
Каждый получил свой койку, а затем мы свалили свои гражданские вещи кучами перед своими шкафчиками. Вокруг было множество гладильных досок и каждый имел миллион вопросов, но не имел времени пообщаться с другими парнями, на чьих лицах была написана пустота. Как, впрочем, и у меня.
Нас постригли и полностью заполнили наш день. Гул, жужжание - волосы прочь! Прямо там, в лекционном зале, где мы недавно произносили присягу королеве. После этого по закону мы обязаны были подчиняться приказам. Очень жаль.
Следующая неделя была очень утомительной и наполненной всякой всячиной. Мы никогда не ложились спать раньше 1:00АМ, а вот вставать надо было в пять утра. Это был график, к которому надо было привыкнуть, так как никакого полуденного сна, естественно, не было. Неделя была наполнена такими событиями как физические тесты, стоматологические осмотры, множество прививок и получение огромного количества разнообразного снаряжения. Инструкторы показали нам, как правильно подогнать наши рюкзаки и разгрузки*, а также как собрать некоторый базовый полевой комплект.
Масса времени была посвящена обучению как правильно гладить вещи. Рубашки, носки, головные уборы, что угодно. Нам вручили темно-синие береты и мы потратили массу времени, чтобы сформовать их должным образом** и прекратить выглядеть как стадо идиотов. Подобрать правильный размер лонгджонов*** было особенно трудно.
На третий день усталость у людей накапливается особенно сильно. Четыре часа сна вряд ли достаточно нормальным людям, а мы не были исключением из их числа. Дни изнуряли нас психически и физически. Мы не вылезали из спортзала, плюс прошли тест на умение плавать. Инструкторам не терпелось узнать, плаваем ли мы как рыбы, или же как кирпичи.
Заполнить наш день помогало то, что каждый день мы должны были выстирать и высушить наше белье. В лагере была масса стиральных и сушильных машин. Вот только пока мы не доказали, что может осилить трудный путь, нам запрещали думать про легкий. И мы все боролись ночами за ограниченное пространство моек, а затем за место в сушильной комнате. Затем, рано утром, необходимо было собрать своё бельё, погладить его и сложить в шкафчике для утреннего осмотра.
Это была адская неделя. Кроме этого стоматологические осмотры, изготовление ID, лекции по истории Корпуса, интервью с советником по карьере, банковские лекции, тесты по математике и английскому, уборка, уборка, еще больше уборки, дриллы, строевая подготовка, групповые фото, анализы крови, дохрена физических тестов и еще больше возни по подгонке снаряжения. Это просто все накатывало и накатывало.
И только вы думали, что обо всем позаботились и собираетесь швырнуть свое измученное тело на койку, как инструкторы решают устроить внезапную проверку шкафчиков. За две минуты весь взвод обязан вскочить, одеться и построиться у своих открытых шкафчиков. Вот тогда-то и начинается веселье.
Один из инструкторов тщательно осматривает шкафчик, придирчиво ища мельчайшие нарушения. Пылинки, плохо сложенная рубашка, что угодно. На самом деле их глубоко пофиг есть там что-то или нет. Инструкторы прошли через то же самое в бытность рекрутами и будь они прокляты, если они решат изменить традиции. Они просто будут делать вид, что ищут что-то, а затем просто выпотрошат твой шкафчик. Все его содержимое будет летать по через всю комнату по углам. Ботинки будут обшарпаны, выглаженные рубашки завязаны в узел. Одеждой протрут пол. Все это сопровождается комментариями и офигенно смешно. До тех пор пока не приходит твоя очередь Бэнг! Теперь твой шкафчик. Смешно до тех пор, пока не доходит, что чтобы собрать и сложить все это назад у тебя уйдет часа четыре, ну или около того. Сон снова отменяется. Сцена была та еще.
Четыре морпеха блуждают по комнате, а пятьдесят рекрутов с несчастным видом пытаюсь проделать непростую работу по разбору мешанины, образовавшейся в комнате. Неизбежно, что какой-то парень, не удержавшись от смеха, будет приговорен прыгать на одной ноге в центре комнаты. Или же чей матрац вышвырнут в окно. Или какой-нибудь парень стоя на руках будет петь национальный гимн. У нас были южноафриканцы, шотландцы и валлийцы. Каждый раз придумывалось что-то новое. Каждый раз это было адски смешно. Корпус вообще имеет чувство юмора и в тот раз мы впервые попробовали его на вкус.
Это постоянно повторялось по утрам. Однако, я вскоре заметил парня, чья койка была напротив моей, который, как казалось, всегда все делал с легкостью. Его шкафчик всегда поражал высокими стандартами, несмотря на то, что он каждый вечер пропадал на несколько часов, а в койке оказывался раньше всех. Он все переносил спокойно и, казалось, совсем не нервничал. У этого парня явно были какие-то козыри в рукаве, которые я тоже хотел. Как-то я в течении целого дня слонялся с ним, пытаясь разговорить. О да, у него оказалась масса трюков. Он проходил этот курс второй раз. Два года назад он прошел всю дорогу, вплоть до последней недели, прежде чем его выкинули с курса как дерьмового нарушителя. У него был ND**** во время финальных учений и это стало последней каплей. И теперь он собирался добровольно пройти через это дерьмо снова. Черт побери, если кто-то здесь действительно хотел зеленый берет, то это был Стив.
С ним было круто быть в одной команде. Он знал массу уловок, чтобы облегчить жизнь новобранца. Он знал где найти джолли*****, как пробраться к стиральным машинам и сушилкам, чтобы нас не поймали. Также он знал, где поздно ночью можно найти жирную ложку****** и раздобыть не предусмотренную пайкой еду. Эта забегаловка всегда была открыта до двух или трех часов ночи. Словом, после того как я подружился со Стивом, жизнь стала гораздо легче.
Инструкторы старались все делать с юмором, настолько, насколько это вообще было возможно на нашем пути бутнеков. Это жаргонизм Королевской Морской Пехоты. Мы называем себя бутнеки. Однажды нам показывали, как правильно мыться в поле, один из капралов разделся догола и начал мыться. Он дотошно объяснил, насколько важно тщательно очистить яйца и пенис. В этот момент он оттянул крайнюю плоть и извлек оттуда кусок сыра размером с небольшую монетку, которую заныкал там для этого случая.
“Я должон держать его в чистоте, либо же там заводится такая хрень - членный сыр!” воскликнул он. Типичный юмор бутнека.
Как обычно, утром инструкторы снова разнесли наши шкафчики. Стив имел хороший опыт. Всех позабавило, что он вежливо попросил инструкторов самому разгромить свой же шкафчик. Они позволили ему, а в итоге большая часть вещей была выброшена довольно аккуратно рядом. Да, черт возьми, мне точно стоило многому поучится у этого парня.
На следующий день мы должны были покинуть обучающий блок и направится в казарму, в которой и останемся до конца обучения. Я полагал, что было бы неплохо попасть в маленькую комнату, был чертовски хороший шанс, что из пятидесяти парней мало кто будет храпеть как Сатана. Наши новые апартаменты были рассчитаны на шесть человек и располагались в новом чистом здании. С какой-то стороны это было хорошо, с другой стороны, мы ожидали, что теперь все придется хранить безупречно.
Мы переехали в новую казарму и разложили шмотки по шкафчикам. Это все выглядело странно, ровно до тех пор пока мы не получили взводного сержанта. До этого момента мы были отданы на растерзанию старшему инструктору, но теперь отряд был полноценно сформирован. Наши пятьдесят парней выстроились в три шеренги, а затем вытянулись по стойке смирно, когда он вышел из офиса. Наш новый сержант был довольно крупный парень с широкими плечами и опытным лицом, что делало его старше на вид. У него были темные волосы и суровый вид, будто ему ничего не стоило пнуть мою задницу. Когда он приблизился, то медленно обошел отряд с непроницаемым видом, явно показывающим, кто тут главный.
Мрачно нахмурившись, он молча стоял напротив нас несколько минут, внимательно вглядываясь в лица. Но никто из нас не осмелился посмотреть ему в глаза. А затем молча ушел, знаком показав одну из капралов следовать за ним. Когда тот вернулся, то передал нам, что мы выглядим настолько дерьмово, что он не хочет с нами разговаривать. Позже, когда он успокоится. Со временем мы конечно узнали, что он был такой же как и все. Но на данный момент давайте просто скажем, что он был не очень хорош и я потерял немало сна в своей жизни прыгая по приказу этого придурка.
Обучение разбито на недели и каждая из них по своему трудна. Некоторые сосредотачиваются на лекциях и письменных тестах в лагере, другие представляют собой полевые занятия, третья это подготовка к финальному испытаниям Коммандо. Это четыре теста являются кульминацией восьми месяцев подготовки и каждый рекрут боится их. Тесты длятся четыре дня и должны показать, что у вас достаточно выносливости, целеустремленности и физической формы, чтобы продолжать несмотря ни на что.
Каждые две недели в лагерь прибывает очередная порция от пятидесяти до шестидесяти парней, чтобы начать Неделю 1. Кроме этого, каждые две недели есть группа из примерно двадцати рекрутов, которых называют Королевский Отряд, которые проходят парадом для своих родственников и друзей, делают упражнения с оружием и приступают к своим обязанностям внутри Корпуса. За исключением каникул на Рождество, Пасху и лета, у вас есть тридцать две недели боли, разделенные на две группы. Каждую неделю или две вы должны сдать определенные тесты, чтобы перейти к следующей вместе со своим отрядом. Если вы провалились, то вы будете бэктруппер, это значит вы откатываетесь назад на положенное число недель, в другой отряд, чтобы потренироваться еще раз попробовать сдать тесты повторно позже. Вы никогда не сможете возвратиться в свой родной отряд, поэтому такие бэктрупперы водятся в лагере в изобилии. Рекрут, который на поздних этапах находится в родном отряде, пользуется большим авторитетом.
Из двадцати парней, заканчивающих СТС каждые две недели только десяток начинали в этом отряде. Также есть масса способов вылететь с курсов сразу, а не попасть в бэктрупперы. Также, если вы часто попадаете в бэктрупперы, то может быть вычищены. То есть, если у вас в целом дерьмовое отношение, вы не можете быстро учиться, тянуть собственный вес и ли просто не любите быть мокрым и холодным, то можете паковать вещички. Другие рекруты попадают в бэктрупперы или же вылетают из-за травм. Когда начинаешь долго носить большой вес по пересеченной местности, то колени, лодыжки или спина могут повредится. Одни тела могут это выдержать, другие нет.
Команда инструкторов состоит из восьми ключевых людей, ответственных за подготовку отряда от начала до самого выпуска. Есть и другие специалисты, но ядро эти восемь. Во-первых, есть командир отряда, как правило капитан. Затем его 2ic*******. Это сержант, и он мускулы отряда. Далее идут четыре капрала, которые будут читать вам лекции, учить как жить в поле, стрелять, подкрадываться, короче говоря, быть эффективным солдатом. Отряд разбивается на секции, соответственно каждый капрал командует своей. Рекруты редко перемещаются между секциями.
Также вы будете иметь PTI********, который будет вышибать из вас дерьмо в спортзале и на нижнем поле. Он также примет у вас тесты Коммандо.
И последнее, но не в последнюю очередь! Вы будете иметь DL*********. который научит вас носить форму, отдавать честь, есть, мыться и маршировать. Как правило, это сукин сын с адским чувством юмора. Когда вы стоите на плацу для инспекции, вы постоянно слышите его придирки и остроумные шутки которые сыпятся на провинившихся. Это неизбежно заканчивается морем пота и слез для тех, кто не сможет сдержать смех. Свою невинность морпех теряет в тот день, когда встречает своего отрядного DL.

* - комплект PLCE из РПС и рюкзака надо правильно подогнать под себя, иначе боль в спине гарантирована
** - Берет формуется весьма любопытно. Сначала он аккуратно замачивается в горячей воде. Эй, не вздумай замочить кожаный ободок, додик! Затем мокрый берет одевается на голову и ему придается нужный вид. Сохнет естественный образом. На шею можно накинуть полотенце, дабы вода не стекала по спине
*** - теплые кальсоны
**** - небрежное обращение с оружием
***** - бар для рекрутов
****** - маленький ресторанчик с преимущественно жаренной пищей
******* - 2nd in command
******** - physical training instructor
********* - drill leader

_________________
Fake it 'til you make it.


Последний раз редактировалось kane-efes 06 фев 2017, 08:24, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 06 фев 2017, 07:24 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
ГЛАВА 4. КИВКИ.*

Быстро настала Неделя 3. Мы начали изучать наши винтовки. Большинство солдат в Британских войсках используют SA80. Это короткое, тяжелое оружие, сконструированное по схеме буллпап (когда магазин находится позади спускового крючка, а патронник рядом с лицом стрелка). Изначально это была очень капризная винтовка. Магазины постоянно выпадали, а небольшое загрязнение приводило к многочисленным задержкам при стрельбе. Но оружейники из немецкой компании Хеклер энд Кох модифицировали ее, сделав последнюю модель весьма надежной. Чем дольше я ее использовал, тем больше она мне нравилась. В первый день нам только показали как проверить, заряжено ли оружие, а также сборку-разборку. Вроде бы базовые действия, но тем не менее изучать новое оружие было интересно.
Нас нас начало сваливаться куча дриллов, большая часть из которых мне совершенно не нравилась. В основном это включало в себя стояние в безупречной парадной форме на плацу. Совершенно неподвижно. Неважно, шел ли дождь или светило солнце, мы выходили и стояли так по несколько часов к ряду. Иногда мы маршировали, неизбежно, большую часть времени мы стояли как статуи, в то время как DL ходил между нами, внимательно следя, чтобы мы приложили достаточно усилий для того, чтобы наша форма была идеальной. Очень смешно.
Лекции шли как обычно, одна или две в день. В теплых классах парни неизбежно засыпали, поскольку еще не привыкли поздно ложиться и рано вставать. Все головы качались, подпрыгивая, как только подбородок касался груди. Рекруты Морской Пехоты известны как “кивки” именно по этой причине. Они проводят все восемнадцать месяцев кивая таким образом.
Физические нагрузки сильно выросли. Быть хорошим кивком означало быть в прекрасной физической форме, и те, кто не мог идти с ними в ногу, вылетели из отряда в мгновение ока. У нас была масса CV (кардиологических) упражнений в зале, мы много плавали - правда мы не делали столько кругов, сколько делали отжиманий на краю бассейна. Отжимания, отжимания, еще больше отжиманий. Иногда казалось, что редко в какой момент дня мы не обнаруживали себя отжимающимися. Это было крайне утомительно, но безусловно, помогло развить верхний плечевой пояс, что безусловно делает жизнь солдата легче.
Иногда ночью сержант делал обход, причем в любое время. И тогда мы имели считанные секунды, чтобы выпрыгнуть из кроватей и построиться в тройную шеренгу, как обычно. Он спускался из своего кабинета, медленно надевая берет. С хмурым выражением лица. Мы уже знали, что это плохой знак. Если берета не было, то это не сулило никакой боли. А вот медленное надевание берета кричало о том, что грядет нечто плохое для нас. Он рассказывал, как он зол. При этом он ставил нас в напряженные позы и рассказывал очень-очень подробно. Он любил заставлять нас присаживаться так, чтобы бедра были параллельно полу, и вытягивать вперед руки. Попробуйте, это легко делать несколько секунд, но затем все становится слегка болезненным. А он ходил вверх-вниз по лестнице и вещал о грязном расположении (хотя это было совсем не так), о нашем опоздании (когда нам дали тридцать секунд) или о каком-нибудь другом мелком нарушении.
После того, как он излагал эту бодягу с полчаса, он вел нас вниз, на поле. Где мы ползали в траве и грязи. И только потом отпускал. Это должно было гарантировать, что спать в эту ночь мы не будем. В конце-концов, вся одежда в вашем шкафчике должна быть чистой и выглаженной, включая ту, в которой вы ползали в 2:00АМ. При этом мы все так же были ограничены в стирке и сушке, так что совершенно невозможно было успеть все это сделать за три часа. Впрочем, это было не главное. Вся соль заключалась в том, что это давало повод разнести наши шкафчики и заставить еще поползать в грязи. Все это было крайне изматывающе и некоторые сдались и ушли.
Инструкторы имели большую фотографию отряда, сделанную в первые дни. Она висела в офисе. И когда кто-то уходил, его лицо и тело закрашивали черным маркером. Было немного жутковато, но в то же время приятно, смотреть, как чернота расползалась вокруг твоего собственного лица. До тех пор, пока она не покрывала тебя, все было хорошо.
Во время этой долгой третьей недели мы начали выполнять многочисленные стрелковые дриллы. Мы узнали, как правильно стрелять, по какой траектории и как летит пуля, а также другие хорошие вещи. Занимались с оружием мы в небольших кирпичных зданиях. На самом деле, они представляли собой просто бетонный пол с крышей и некоторым числом скамеек и были открыты с одной стороны. Мы разбирали и собирали наши винтовки каждый раз все быстрее и быстрее. Когда занимались оружием, инструктор ходил между нами, периодически задавая каверзные вопросы. Например, какова эффективная дальность стрельбы или как называется эта мелкая деталь. Если вы не отвечали достаточно быстро, либо же просто не знали ответа, то вас ждало наказание. Самым частым была наказанием был крылан. Стропила, поддерживающие крышу, представляли собой тонкие железные балки. Необходимо было подпрыгнуть, уцепиться за одну из них и висеть так какое время, обычно несколько минут. Край стропила адски больно резал пальцы, учитывая все надетое на вас снаряжение. Вот так вы и висели, как крылан. Гениально!
В одну из ночей несколько парней нажрались до зеленых соплей. Некоторые из них, будучи мертвецки пьяными, начали буянить рядом с лагерем и были замечены дежурным. Они затевали драки с прохожими и били стекла. Это не та вещь, которую кивок с Недели 3 должен вытворять, если он конечно хочет о себе позаботится. Естественно, наш сержант был об этом извещен и обрушился на парней словно ураган. Трое были брошены за решетку, а остальные всю ночь убирались в расположении. На следующий день (воскресенье) у нас со Стивом была увольнительная, поэтому мы планировали встать пораньше и свалить из лагеря, избежав гавнища. У нас было разрешение покинуть лагерь в 0700, поэтому в 0659 мы уже стояли у ворот готовые улизнуть. Мы вышли из лагеря и направились к автобусной остановке, а буквально через минуту по громкоговорителю объявили, что весь наш отряд должен немедленно построиться у караулки. “Че думаешь?” спросил Стив. “Нафиг!” ответил я. “Уносим наши задницы” с этими словами Стив и я бегом сорвались бегом к автобусной остановке. Мы целый день провели в городе и вернулись в 1959, ровно за одну минуту до начала комендантского часа. Мы смогли уклониться от пули. Остальные парни построились, а затем весь день подметали территорию лагеря. Как ни странно, стриппи** ничего не предпринял, когда ему доложили о нашем отсутствии. Это было нечто сверхъестественное. У меня по сей день нет никакого объяснения этой его оплошности. Употребление алкоголя в отряде было запрещено, а потому мы вернулись в наши клевые постели и трепетали в ожидании ужасного утра понедельника. Никто не верил, что сержант удовлетворился небольшим подметанием в качестве платы за за то, что отряд опозорил его во время дежурства.
Мы получили нагоняй от командира роты за наши выходки на выходных. Пока это происходило, мы видели сержанта, которой стоял по стойке смирно на фланге и кипел от бешенства. После того, как майор закончил и удалился, он объяснил нам несколько вещей.
“Вы, додики, попали. Здесь в лагере некоторые из офицеров и уполномоченных лиц следят за соблюдением правил. Но в поле с вами буду только я. Без перчаток!***”. Никто не смотрел прямо и хотел бы идти в поле сейчас. Да и когда либо вообще. Но тем не менее, именно там мы и должны были оказаться через две недели.

* - Nod, кивок. Рекрут до прохождения курса Коммандо. Одни полагают, что это от неумении держать голову при строевой, другие от постоянного кивания на лекциях в процессе обучения. А под словом нодди (noddy) на флоте подразумевают “слегка фальшивый или наивный”.
** - stripey, полосатый, сержант
*** - английская идиома из бокса, типа без пощады

_________________
Fake it 'til you make it.


Последний раз редактировалось kane-efes 06 фев 2017, 08:31, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 06 фев 2017, 07:33 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
ГЛАВА 5. В ПОЛЕ.

Неделя 5 началась в СТС так же как и любая другая. У нас проверили шкафчики и все снаряжение. В результате все шкафчики были разгромлены, кровати перевернуты, а форма завязана узлами. Сержант вставал на четвереньки в санузле, чтобы убедится что там везде чисто. Было ощущение, что мы попали в какое-то голливудское кино. Представьте себе эту картинку - сержант Королевской Морской Пехоты лежит вместе с рекрутом на полу возле туалета, заглядывая во все закоулки, чтобы найти хоть пятнышко грязи, которое бы макнуло отряд в дерьмо. Это чертовски нелепо. Но мы не могли сказать ему что-то подобное. Все, что мы могли говорить “Да, сержант. Вижу, сержант. Сразу же уберем, сержант. Больше не повториться, сержант. На первом этаже, сержант? Хотите поговорить с отрядом, сержант? В тренировочном комплекте через две минуты, сержант? Немедленно, сержант.”. Спустя несколько мгновений мы все были внизу, в своей любимой напряженной позе, а он орал на нас. “Ты, бедра параллельно палубе! Ты, руки прямо! Прекрати трястись и возьми под контроль свое гребанное тело!”. Он держал нас так достаточно долго, прежде чем отпустить на первый урок или занятия в зале, куда мы неизбежно опаздывали и неизбежно были за это наказаны. И так раз за разом.
Также мы потратили много времени в бассейне. Мы готовились к тесту по плаванию, который должен был состояться через две недели. И я совсем не хотел на него попасть, поскольку никогда не был хорошим пловцом. Провал теста превращал тебя в бэктруппера, а если ты провалил тест три раза, то вылетал с курса. Я был в группе кирпичей, что означало проведение большей части времени на мелкой части бассейна, усваивая уроки, как плыть брассом, в то время как основная часть отряда бездельничала на глубокой воде. Это было бы весьма неловко, но нас таких кирпичей было человек восемь. Все закончилось благополучно, а в этой группе я познакомился с одним парнем из Гримсби, который впоследствии стал одним из моих хороших друзей.
Том, как и я, был кирпичом и нифига не умел плавать. Он был такой же тощий, весь покрытый татуировками и неисправимый весельчак. Я никогда не видел Тома в плохом настроении. Всегда. Холод, влажность, усталость, грязь, потрепанность, неприятности, все это не имело значения. Он все это переносил с улыбкой на лице. Меня всегда это восхищало. Очень немногие смогут водить машину по заминированной территории, а получив пулю в голову, отшутиться насчет своего невезения. Или удачи. Это зависит от того, под каким углом посмотреть. Во всяком случае, мы с Томом стали большими друзьями и наши дороги в Корпусе шли рядом несколько лет.
На следующий день после нашей с Томом встрече на мелководье бассейна, наш отряд с утра пораньше вернулся к ударной подготовке к полевым учениям в спортзале. Инструкторы хотели, чтобы мы были измотаны, прежде чем отправимся в поле, чтобы они могли показать нам, что солдат никогда не получает столько отдыха, сколько ему хочется. Затем PTI последовал за нами и показал, как правильно собрать комплект для полевых учений. Нагруженные охрененно большими и тяжелыми бергенами*, мы проследовали через весь лагерь , а затем построились в линию, сбросив их на землю. Холодный английский дождь от души поливал нас. Но мы были все равно счастливы, от того, что могли скинуть эти восьмидесятифунтовые штуки с наших плеч. Затем отряд погрузил все наше дерьмо в грузовики, чтобы спустя несколько получить его обратно на месте. Основной вес занимали боеприпасы, еда и вода. Затем шли многочисленные удобства для инструкторов. Большие палатки, раскладные кровати, полевые печки и туалеты, свежие продукты, зонты, столы, стулья, кофейники, дохрена всего в общем. Но такова жизнь кивка; все работы и ничего из удовольствий. После загрузки этого барахла, мы направились в оружейку, где получили свое оружие, а затем погрузились в большие грузовики. В то время, как нас везли в тренировочную зону, известную как Община Вудбери**, большинство из нас пыталось урвать хоть немного сна, раскачивая головами, когда грузовик подбрасывало на ухабах. Эта зона представляла собой сложную местность из болот и лесов, перемежаемых густыми зарослями дрока и колючего кустарника. Это было прекрасное местечко, что до смерти замучить кивков и очень быстро грузовик остановился. Задний борт упал. Мы были на месте. Мы посмотрели на льющий как из ведра дождь, покачали головами и начали прыгать в грязь. В конечно счете это было то, к чему мы должны были привыкнуть. По крайней мере дело было только в конце сентября и деньки были еще теплые. В январе все будет куда хуже, но в этот момент мы старались об этом не думать.
Первой задачей было разгрузить все добро с грузовиков и собрать палатку для инструкторов. Так быстро, как мы только могли. Инструктора не горели желанием торчать под дождем и мы, как безголовые куры, метались вокруг, пытаясь выяснить, как же поставить эту чертову палатку в дождь, под аккомпанемент лающих команд и указаний относительно многочисленных колышек и растяжек. Этот процесс быстро постигло фиаско и вся операция была остановлена. Сержант построил отряд в три шеренги и произнес мотивирующую речь. На нашу долю выпала пачка отжиманий, стояние по стойке смирно с винтовкой на вытянутых руках, несколько больше ползания в грязи и пара пробежек. Затем мы все снова собрались вокруг палатки и смогли-таки ее установить. В ней могло поместиться человек двадцать, спящих на раскладных армейских кроватях. Но разместилось только пятеро - четыре командира секций и сержант. Мы быстро занесли все их снаряжение от дождя внутрь, собрали для них столы и стулья. Подключили к печке баллон пропана, красиво и аккуратно расставили посуду. После того, как они были удовлетворены, нас выпнули из палатки на улицу, чтобы начать учебу.
Она началась немного позже тем же днем, с полевых лекций. Мы строчили в наших маленьких записных книжках как правильно замаскировать себя, использовать укрытие лучшим образом и общие правила наблюдения. На этих ранних полевых занятиях мы следовали основной схеме: день или два мы слушали лекции, а затем несколько дней отрабатывали это на практике. Мы делали “убежище в деревьях”. Это причудливая формулировка скрывала за собой обозначение нашего маленького лагеря, построенного определенным образом. Мы расположились в форме треугольника, гранями наружу. Штаб-квартира находилась в центре, а по углам располагались сторожевые позиции пулеметчиков, где всегда кто-то дежурил. Мы находились на раннем не-тактическом этапе обучения, когда врага еще не было и все процедуры были достаточно расслаблены. Но нас постепенно приучали к строгой жизни солдата, которая позволяет сберечь жизни. Мы все были в паре с лашерным напарником из своей секции. К сожалению, мне достался не лучший вариант. Парня звали Брэд, ему было всего семнадцать. Весьма самоуверенный и не самый способный. Мне пришлось почти все делать самому, когда пришло время ставить нашу башу и составить расписание, а затем на протяжении всего обучения мне постоянно приходилось напоминать ему упаковать ту или иную вещь, вычистить оружие или сменить носки. Хуже всего было то, что напарника вы получали один раз и до конца обучения. Ну или пока один из вас не вылетит с курса.
Благодаря тому, что первый установил башу, я получил задание составить график караулов, когда парни дежурят вдвоем по очереди. Сдвиги составлялись таким образом, чтобы кто-то был всегда свежее и мог помочь напарнику проснуться. Ночь прошла по больше части гладко, хотя, как и ожидалось, некоторые пареньки провалились в сон спустя несколько секунд после того как их разбудили, чтобы они смогли сменить вас, ну и многие имели кучу проблем с распаковкой своего снаряжения в темноте. Каждый раз, когда вы вылезаете из спальник, последний должен быть свернут и засунут в берген, как будто вы собираетесь йомпнуть с этого места. Все это делается для того, что если бы это происходило в реале и враг неожиданно атаковал, то вы были бы готовы двигаться немедленно. Все эти правила написаны кровью, они действительно помогают сохранить жизни и разгромить врага.
Что касается парней, которые нихрена не могут проснуться и освободить вас, то мой напарник был худшим из их числа. Я полз до нашего бивака от сторожевой позиции и потряс Брэда. Он проснулся и я пробыл с ним, чтобы убедится, что он проснулся и понимает что происходит. Затем я пол на свой пост, размышляя о том, что через несколько минут меня сменят и я поймаю несколько часов сна в моем теплом спальнике. Я прождал пять минут, затем десять, потом не выдержал и вернулся в бивак, где нашел Брэда крепко спящим. Я начал трясти его все сильнее и сильнее, поскольку он дрых как убитый, и вскоре Брэд начал ругаться, что я веду себя как гребанный идиот. Я не собирался допускать, чтобы все так и шло дальше, но сейчас решил сделать вид, что поверил ему и решил взять на заметку такое его поведение. После того, как я увидел, что он физически вылез из спальника и начал его паковать, то вернулся на пост, шепотом сообщив другому парню, какое же дерьмо мой напарник. И наконец-то, спустя двадцать или двадцать пять минут, он в отвратительном настроении сменил меня, будто я вел себя как гандон.
В время полевых учений мы всегда вставали задолго до рассвета и затем, умытые и с вычищенным оружием, мы собирались на поляне, чтобы разложить все наши вещи для полной проверки комплекта. Это было самым большим геморроем и было введено специально для того, чтобы гарантировать, что мы можем позаботиться о себе и снаряжении в полевых условиях и доказывало, что мы ничего не потеряли. Не больше, не меньше. Каждый рекрут расстилал на земле свое пончо, а затем опустошал на него свой берген. Все должно было быть разложено в определенном порядке. Наверху одежда, запасные носки, грязные носки, тридцать метров веревки, щетка для ботинок, сухпайки, спальник, баша, миски, набор для еды, спички, непромокаемые мешки, боеприпасы, радио, карты, перчатки, теплая шапка, зубная щетка, бритва, фонарик, ХИСы, запасные батарейки, зажигалки, масса всего. Банка с кремом для ботинок должна быть полной на 95 процентов. Фляги полны воды. Магазины вычищены и разобраны для проверки. Комплект для чистки оружия извлечен и разложен. Винтовка полностью разобрана и готова к проверке на чистоту и смазку. Даже наш мусор должен лежать, чтобы показать, что мы съели все рационы, которые должны были съесть к этому моменту. В дальнейшем мы даже предоставляли мешки с дерьмом, чтобы показать, что действительно не оставили для противника никаких следов. У нас было десять минут, чтобы разложить все этой и перейти к оружию. Инструкторы отсчитывали последние секунды, а затем копошились вокруг, пока мы стояли по стойке смирно с верхними половинами винтовок на плече, удерживаемых за ствол для облегчения инспекции. Это было то, чем мы занимались каждое утро, независимо от погоды. Дождь, град или солнце, это не имело никакого значения.
Командир секции подходил к каждому и внимательно осматривал его все его вещи. Особенно тщательно он осматривал людей и оружие. Он медленно поднимал каждую часть винтовки и проверял ее на наличие грязи и ржавчины. А затем переходил к человеку. Он желал видеть чистые и отполированные ботинки, гладкое бритье и никаких следов камуфляжной краски на наших лицах. У большинства они были на ушах или шее. Если у вас находились какие-то недочеты, то вас отправляли на фланг. Как только вы это слышали, то бежали в сторону от ваших вещей и замирали, а все больше и больше людей к вам присоединялось. В конце-концов, там оказывалась большая часть парней. И смешного в этом было мало. Пока парни, избежавшие фланкирующей пули, собирали свой комплект и пили чай, фланговые получали пятнадцать минут нагрузок. Обычно им приходилось бегать и лазать по кустам и ползать с винтовкой, от укрытия к укрытию. Их можно было увидеть бегающими из стороны в сторону с винтовками над головой или же несущими своих товарищей не спине, изо всех сил стараясь не отстать от бегущего сержанта. Это не было сделано так, чтобы это было приятно и никто никогда не возвращался после фланкирования с улыбкой на лице. Никогда. Мы еще не были в знаменитом состоянии Королевской Морской Пехоты “Бодрость перед лицом любых невзгод”. После того как трэш-сессия была окончена, наказанные кивки молнией бросались назад, чтобы как можно быстрее упаковать свои комплекты, пока возвышающийся над ними инструктор орал, чтобы они поторопились. Затем отряд складывал бергены в большую кучу под деревом и строился в три шеренги, готовый к дню учебы.
Обычно все это заканчивалось к 0700, иногда раньше. Не хотите ли сравнить со своим обычным утренним расписанием?
В полдень второго дня учений мы немного пробежались вниз, к пруду, который назывался Бассейн Питера. А затем попрыгали в него прямо в одетом снаряжении. На протяжении всего обучения, мы стали весьма близки с этим прудом, но на первый вкус это была просто была холодная и грязная вода. Мы полностью ныряли, чтобы гарантировать, что полностью промокли, прежде чем переехать в новое убежище, что было запланировано на эту ночь. Именно этой ночью нас начали учить, как выжить в неблагоприятных условиях. Как обычно, это означало все что угодно кроме комфорта. Мы все узнали о цикле “мокрый-сухой”. Когда ты шел спать, то извлекал из бергена восхитительный комплект сухой одежды, а мокрую и грязную упаковывал в непромокаемый пакет, будучи готовый двигаться в любой момент. И каждый раз, когда вы просыпались, чтобы заступить на дежурство, то доставили холодную мокрую одежду из рюкзака, а сухую убирали внутрь. Таким образом у вас всегда был комплект сухой одежды, чтобы вы могли согреться и избежать переохлаждения. Два комплекта мокрой одежды при этом абсолютно бесполезны. Это кажется нетрудно, но уверяю вас, необходимо иметь сильную мотивацию, чтобы выползти из теплого спальника в три часа ночи, стереть с бергена иней и достать наполовину замерзшую одежду. К январю мы буквально вынуждены были стучать ей по дереву, чтобы разбить лед. После облачения в замороженную одежду, вы ползете под замороженный куст и лежите там в течении часа, дрожа и жалуясь себе, что никогда не будете снова горячим. Именно в такие моменты вы сатанеете, если ваш напарник опаздывает даже на несколько минут.
После того, как инструкторы сочли, что занятия окончены, собрали их палатку и вещи. Как и в первый раз, опять шел дождь и мы упаковали все недостаточно быстро. Мы все очень устали, не только за последние несколько дней, усталость накопилась за последние недели. И это стало сказываться. Немного грязи и несколько больше ползаний снова мотивировали нас и работа, наконец, была завершена. Мы вскарабкались в грузовики и мгновенно отрубились, проспав всю дорогу до СТС. Проснулись мы только от тряски грузовиков на лежачих полицейских в лагере и прежде, чем смогли это осознать, стояли снова под дождем. Мы были покрыты остатками кустов, со следами маскировочного грима, полусонные, голодные, грязные и дрожащие. Получив задачи, мы начали работу по чистке и возврату снаряжения инструкторов. Затем мы прошагали к расположению и, сидя на своих бергенах, чистили оружие. Мы не могли зайти внутрь, поскольку были слишком грязны, а винтовки важнее душа.
Мы провели за чисткой оружия несколько часов, пока наконец сержант не осмотрел все и мы смогли сдать их в оружейку. Затем мы прошагали назад, к нашему зданию и разделись снаружи, чтобы предохранить наши комнаты от как можно большего количества грязи и всякого дерьма. После душа, облачения в чистую форму и принятия горячей пищи настало время разбора наших мокрых и грязных вещей. Не имеет никакого значения, что мы делали вчера, утром проверка шкафчика и комнаты. Мы вплоть до двух или трех часов ночи отскребали наши бергены, мыли и драили элементы снаряги снова и снова, раз пять или шесть, прежде чем они переместились из сушилок в наши шкафчики. Позже, в процессе обучения, я хотел вернуться в эти дни, чтобы спать как все. Тогда я этого не понимал, но при достижении предела своих возможностей, человеческое тело способно делать что угодно.

* - рюкзак объемом 120л
** - Woodbury Common

_________________
Fake it 'til you make it.


Последний раз редактировалось kane-efes 06 фев 2017, 08:33, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 06 фев 2017, 07:37 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
ГЛАВА 6. СЕРЖАНТ ПСИХ.

Среди нас до сих пор была масса парней, покидающих отряд по разным причинам и быстрое падение нашей численности заметили наверху. Всего за пять недель мы потеряли двадцать человек, в результате численность отряда упала до тридцати четырех рекрутов. Черные пятна на фото быстро расползались и залили много лиц. Инструкторы были очень довольны. Меньшая численность для них означала меньше бумажной работы, а также лучшее качество обучения. У них была только одна забота - произвести качество, количество их не интересовало.
Мы продолжали плавать в рамках подготовки к BST*, который уже маячил на горизонте. Некоторые из кирпичей были повышены до рыб и проводили время в глубокой части бассейна. Но не я или Том. Мы были кирпичами до мозга костей и до сих пор плескались на мелководье. Все время мы пытались плыть на расстояние**, техника тут не играла особой роли, все происходило благодаря грубой силе и объемам перемещаемой воды. Но Том всегда улыбался и шутил на эту тему. У него всегда было такое хорошее отношение, что в бассейне, что за его пределами. Он был музыкантом, играя на гитаре и губной гармошке. Однажды он написал песню об обучении и жизни кивка. Он наложил на нее аккорды и назвал “Песня кивка”.

Я проснулся этим утром
В 5 часов пошел пожрать
Снова тест пройти пытался
И блин провалился
Ничего здесь не меняется
Вот почему я стою с оружием на улице


Однажды я нашел его в центре расположения вместе с инструкторами. С гармошкой в зубах, бренчащего на гитаре и время от времени ударяющего тарелки ногами. Талант.
Однажды в конце Недели 6, после обеда, у нас был осмотр шкафчика и сержант обещал подойти к нему с особым тщанием. Это была плохая новость и мы выстроились рядом с открытыми шкафчиками, приготовившись к дерьмищу. В течении нескольких следующих часов он громил шкафчик за шкафчиком, мой не стал исключением. Поскольку у нас отобрали сушилки, то пара носков в нем была еще слегка влажной. Я знал, что это большая ошибка, но выбора у меня не было. Если бы они отсутствовали, меня бы поимели. Если бы они были бы грязными, меня бы поимели. И если бы они были влажные, то все равно меня бы поимелин. Все, что я мог сделать, улыбаться, пока меня имели. Жизнерадостность перед лицом невзгод. Пришло время, чтобы познать это.
Содержимое наших шкафчиков было свалено в гигантскую кучу в центре здания, будучи полностью перемешано. Снаряга осыпана присыпкой для ног и выброшена из окна в грязь. Парни делали отжимания и стояли в напряженных позах повсюду, некоторые ползали словно крадущиеся леопарды, вверх-вниз по лестнице, буквально полируя пол языками. Большинство проверок обычно заканчивалось плохо. Но сегодня было нечто особое. Сержант абсолютно обезумел и мы все знали, что это было далеко за пределами его обычной проповеди. Он редко кричал, но сегодня он орал во всю глотку, чтобы ползли быстрее и перешел к следующему шкафчику. На губах у него была пена, а жилы на лбу, казалось, вот-вот лопнут. Если бы это не означало кучу работы для нас, то это было бы даже комичным. Он начал заставлять нас быстро менять положение и вскоре все мы оказались на улице в нашей лучшей парадной форме. Мы ползали по траве и грязи, затем вернулись, переоделись и сделали это снова. Мы прошли через это в каждом комплекте, кроме одного, который он разрешил оставить чистым для ужина. Абсолютно все было покрыто грязью, присыпкой и пятнами от травы. Это был кошмар. Когда мы закончили обмазывать грязью наш последний комплект парадной формы, то построились в стандартные три шеренги и застряли в напряженной позе, пока он разглагольствовал, насколько мы дерьмовые бойцы. Он обещал нам, что мы будем продолжать делать все это, пока кто-то не заплачет и не бросит учебу. И действительно, через несколько минут несколько молодых парней заплакали. Это заставило его немного успокоиться.
Я ожидал, что он начнет нас пинать и бить, пока мы раскорячившись, боролись с гравитацией. Но он сумел сдержать себя, как не показалось. Не то, чтобы он не хотел пройтись по нам. Он, конечно, сообщил нам, что он сделал и что хотел бы сделать, если бы это было лет двадцать назад, когда он мог безнаказанно выбить из нас все дерьмо. Наконец он успокоился и мы начали разбирать наше шмотье. Напоследок, он предупредил нас, что утром будет полная проверка. Он высказал свою точку зрения и последствия не заставили себя ждать. Некоторые из ребят решили отказаться от своей мечты и бросили обучение.
Будучи в шоке, мы разбежались по комнатам, которые выглядели так, словно по ним прошел торнадо. Время было около обеда и мы все исправляли до глубокой ночи. Постепенно, час за часом, все пришло в норму. Все, чем мы владели, было вымыто, высушено и выглажено, а затем сложено точно по инструкции. Это огромный головняк, и мы знали, что сколько бы не старались, этого будет недостаточно. Но не прилагать никаких усилий было совсем не вариант и мы делали то, чему были обучены. Заткнись и делай свою работу.
К счастью для нас, оказалось, что этот сержант был отправлен домой на выходные, чтобы остыть, поэтому мы избежали разгрома на утро. Вместо этого у нас было четыре занятия строевой в холодное субботнее утро. И как бы больно это не звучало, это было лучшим вариантом. А в воскресенье было настоящее блаженство - никакого орущего сержанта, вытаскивающего нас из кроватей.

* - Battle Swim Test
** - подразумевается дистанция в 50 ярдов с форме и снаряжении

_________________
Fake it 'til you make it.


Последний раз редактировалось kane-efes 06 фев 2017, 08:34, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 06 фев 2017, 07:40 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
ГЛАВА 7. СОН?

Рано утром в понедельник мы убирались в расположении с трепетом в душе. Мы знали, что ждет нас на складах - недельное снаряжение для других полевых учений. Это была только Неделя 7, а мы уже все были сыты по горло скукотищей. До сих пор мы делали мало чего полезного как настоящие солдаты и хотели попасть на более интересные занятия. Вертолеты, парашюты, учения с боевой стрельбой, где все, что так красочно описывалось в рекламных роликах и брошюрах, было на самом деле? До сих пор получали лишь бесконечные стирки и глажка, холод и влажность и непрерывные разъебы.
Погрузив необходимую экипировку мы покинули лагерь. Очень скоро мы прибыли на место, причем пока мы ехали, снова начался дождь. Установка командирской палатки на этот раз прошла куда лучше и инструкторы были удовлетворены, что их вещи остались сухими и чистыми. Конечно, наши бергены так и лежали под дождем, но я полагаю, что нет никакого смысла в сохранении их сухими, если вы все равно собирались промокнуть до нитки. Мы вымазались камуфлирующим гримом и набили пучками травы и ветками кустарника стропы на шлемах и разгрузках. После того, как маскировка была окончена и мы проверили друг друга, командир осмотрел каждого и указал на ошибки. Обломанные концы веток выделяются и их следует замазать коричневым гримом, пучки травы, вставленные сверху вниз, перевернуть, а парни, забывшие намазать гримом кисти рук должны были вернуться и повторить все снова. Может показаться, что это мелочи, совсем незаметные, когда вы присели в кустах, но когда вас выслеживает хорошо обученный вражеский снайпер, любая мельчайшая ошибка может привести к тому, что в конечном итоге ваш череп станет украшением буша.
Мы ползали в течении всего долгого дня, проведя под дождем пять или шесть часов, а потому к ночи мы совершенно промокли. Было крайне холодно сидеть на склоне холма и инструкторы могли заметить, что многих из нас начала бить крупная дрожь. “Любой здесь немного замерзнет, не так ли?” спросил инструктор у отряда. Многие из парней подняли руки. Я подозревал подвох, а потому не спускал глаз со своего приятеля ветерана Стива. Его рука твердо оставалась на колене, и я, как бы не замерз, тоже осталась опущенной. Это был умный ход, остальная часть отряда получила еще один урок о том, как играть в эту игру. “Все суки, кто поднял руку, надеть снарягу и построиться на дороге! Сейчас вы будете согреваться!”. Оставшимся инструктор разрешил расслабиться и попить горячего. Мы отлично знали что делать и уже через несколько секунд извлекли свои горелки и заварили горячий сладкий чай. Это была наша награда чтобы мы не замерзли. Он объяснил нам, что некомфортные условия еще не есть замерзание. Если вы замерзнете, то рискуете умереть и миссия будет поставлена под угрозу, если не принять решительных мер, чтобы согреться. Дрожь, дутье на руки, переминания с ноги на ногу означают дискомфорт, но не замерзание. Мы были в поле, а это значит в дискомфорте. И точка. Что касается другой части группы, парней, которые подняли руки, то они неплохо согрелись за несколько минут. Инструкторы хорошенько в этом убедились.
После этого небольшого урока, инструкторы разобрали свои секции, приказали нам надеть бергены и следовать за ними. Мы совершили небольшой йомп, петляя мимо темных рощей и пересекая поля, заросшие высокой мокрой травой. Спустя недолгий отрезок времени, даже те из нас, кто просидел согревающую разминку, сильно вспотели. С потом, стекающим по нам из под наших касок пополам с камуфляжным гримом, мы остановились возле густой сосновой рощи. Наш командир секции поведал, что в отличии от предыдущих учений в этот раз все будет несколько более тактически правильно. Никакого света, разговоры только тихим шепотом, а нарушения будут иметь последствия. Подстегиваемые этими мыслями, мы растянули тенты и разобрали свои комплекты.
Я подозревал, что инструкторы могут дернуть нас в любую секунду, но понадеявшись на лучшее, переоделся в сухое и залез в спальник, чтобы проспать несколько часов, прежде чем придется заступить в караул. Брэд последовал моему примеру, и мы просто лежали там слушая возню других членов отряда и шумы в деревьях и кустах. Командиры сидели на краю поляны внимательно следя за тем, что происходит. У них были ПНВ и разглядеть, что творится, не представляло для них никакого труда. Они постоянно комментировали происходящее, делал ли кто-то что-то правильно, либо нет. К моему большому удивлению, ничего такого не происходило и все медленно погрузилось в обычный режим ночевки с часовыми. Когда Брэд тихо захрапел рядом со мной, я начал думать о доме, а затем мои мысли блаженно перескочили на обнаженную Дженифер. Ее грудь определенно была мягче, чем разгрузка, которую я сунул под голову. Но я не мог ее увидеть раньше Рождества. С этими мыслями я счастливо провалился в сон, надеясь что происходящее вокруг просто плохие галлюцинации.
Через несколько часов настала моя очередь караулить, так что пришлось вылезти из теплых сухих вещей и медленно облачится в мокрые и холодные. Это была одна из тех вещей, который так и не стали легче со временем. В течении нескольких следующих минут я пытался встать так, чтобы холодная рубашка не касалась груди. Затем я упаковал свой спальник, подхватил винтовку и пополз на свой пост в холодной грязи.
За десять минут до того как Брэд должен был меня сменить, я прополз под наш тент чтобы его разбудить. Как обычно, он не желал просыпаться, так что я сел рядом и начал тыкать его каждые несколько секунд. Довольно быстро я начал толкаться его голову, а затем пинать в бок. Это решило дело. Он наполовину высунулся из спальника и назвал меня по имени, тогда я вернулся на свой пост. Из-за его плохой организации и расслабона, он опоздал на двадцать минут. Я высказал ему, все что об этом думаю и умотал в свой спальник и свои грязные мечты так быстро, как только мог. Я быстро понял, что спальник это самое прекрасное место на земле и хотел бы остаться там навсегда. До того как очередь дежурить наступила снова и цикл повторяется. Моя одежда все еще была замерзшей, все еще лил дождь, а Брэд все еще был кошмаром для управления.
Ожидание завершилось перед рассветом, когда мы распаковали все свое снаряжение, готовые ко всему. Мы следовали стандартному полевому расписанию по которому был осмотр вещей инструкторами. Мы сидели над вещи и чистили последние детали наших винтовок, когда командиры открыли свою массивную палатки и могли видеть как они ели бекон и яйца, пили горячий кофе и были в прекрасном настроении. Это очень деморализовало. Но все стало еще хуже, когда они начали кидать яйца футов на тридцать от себя. Это было весьма неприятно, поскольку наши комплекты были разложены на пончо и представляли собой огромные цели. Некоторые из парней начали пытаться уклониться от летящих яиц, тогда один из командиров закричал “Ой! Вы там, не смейте уклоняться! Просто не обращайте на никакого внимания на то, что происходит! Делайте то, что делали!”. Но это показалось им недостаточно смешным, поэтому они вручили мне кусок жаренной ветчины, который я должен был предъявлять при проверки комплекта каждое утро. Морпеховский юмор, любите и жалуйте.
Наш PTI объявился этим утром, чтобы взять нас на полевые физические занятия. Мы пробежали в полевых ботинках несколько миль по окрестностям и убедились, что пробежали через каждую лужу. Мы были в одних футболках, а небольшой дождь только повысил нам настроение. Мы были мокрые и грязные, но не перегретые.
Множество лекции были всунуты в полуденное время и мы наконец-то немного попрактиковались в тактике “огонь и движение”. Группы или отдельные парни будут двигаться к цели, в то время как другие прикрывают их огнем. Затем они меняются ролями, двигаясь по очереди. Мы отстреляли кучу холостых и посрывали голоса, пытаясь отработать маневр движения секцией. Это было весьма утомительно, но куда интереснее, чем лекции. То была именно та тренировка, который мы так жаждали, и теперь все должно быть только лучше, будь это дриллы с оружием или атакующие задачи. Командиры начали нас заставлять улучшать наше движение и коммуникацию. После полудня мы продолжили в том же духе - бег, крики, стрельба, ползание. На закате мы получили свой ужин и погрузились в привычный ритм ночного лагеря. Этот вечер был сухой и поэтому сквозь кроны деревьев были видны звезды. Я всегда черпал утешение в том, что смотрел на звезды южной Англии, которая по большей части находится на той же широте, что и Канада.В течении секунды или двух можно было представить, что ты дома. Но только на пару секунд…
На следующее утро меня подняли на смех из-за куска ветчины в комплекте, положенного мне за мою красивую и безупречно чистую винтовку. А фланг попало больше парней, нежели чем обычно, поскольку все начинают уставать. Это стало похоже на какую-то систему, на фланге каждое утро оказывались одни и те же ребята. Некоторые из них, как правило, сделали что-то не так хорошо как требовалось, другие попали в командирский черный список и покинули отряд. Наш любимый PTI объявился снова, чтобы забрать нас на долгую пробежку через грязь и заросли, которая заставит нас быть в необходимой форме. Неважно, где мы были и чем занимались, мы всегда могли рассчитывать на то, что он придет и мы отлично проведем время.
Спустя несколько дней мы совершили быстрый марш-бросок со всем снаряжением до лагеря, вернувшись, как обычно, замызганными и покрытыми коркой грязи. Завтра в 0600 у нас был полный осмотр вещей, поэтому я не мог терять время попусту. Джолли придется подождать еще один день. Я рухнул спать в 0330 и встал в 0500 чтобы закончить чистку. Все должно быть тщательно разложено, комнаты убраны. От усталости я действовал на автопилоте, и не уверен, что понимал происходящее вокруг. Я прикинул, что за четыре дня у нас было примерно одиннадцать часов сна, а учитывая наказание, которому мы подверглись, то скорее всего и того меньше. Инспекция была мягкой, поскольку сержант отсутствовал, а командиры секций прекрасно знали наше дерьмовое состояние. Они, как и раньше, все проверили и указали на недочеты, но ни один шкафчик не был разгромлен и никто не ползал.
Последним, что было запланировано на Неделю 7, было тест на плаванье, и как бы мы не устали, мы не могли его избежать. Мы направились к бассейну, и всем было совсем не до шуток. Полностью экипированные, мы построились. Каждый из нас нес на себе двадцать два фунта снаряжения, закинул за спину десять фунтов винтовки и ждал своей очереди, чтобы подняться на вышку. Суть теста заключалась в следующем - вы прыгали со всем снаряжением в воду, проплывали дистанцию, в воде снимали все снаряжение, не касаясь стенок бассейна, затем отдавали его людям снаружи и держались на воде десять минут. Это было легко для рыб, но я подозревал, что для кирпичей это будет очень трудно. Держаться на воде было легко, но с плаванием в экипировке возникали проблемы. Когда подошла моя очередь, я прыгнул вниз. Мне показалось, что прошла целая вечность, прежде чем моя голова вновь оказалась в воздухе, пе того, как я, взметнув тучу брызг, пошел ко дну. Я справился с плаванием на дистанцию, когда попытался снять с плеча винтовку и снова пошел ко дну. PTI кричал мне “Расслабься! Не торопись! Прекрати, блин, размахивать руками и отдохни!”. Но я думал, что сейчас утону и потому схватился за край бассейна. Провал!
Я выполз из бассейна в своем снаряжении и PTI покачал головой. “Возьми себя в руки” сказал он. “Ступай в конец очереди. Ты пройдешь это, Олафсен.”. Я повторил попытку через пять минут. Пока я стоял в очереди, то ощущал себя словно в аду, но прежде, чем я смог придумать выход, я уже поднимался по ступенькам на вышку. Я решил, что когда вновь окажусь на поверхности, то сдам тест или утону. А поскольку тонуть в этот день я не собирался, то я просто сделал это. После того, как я смог избавиться от экипировки и передал ее, дела пошли на лад. Я лег на спину, и глядя на часы, представил, что я просто на десять минут могу больше отдохнуть. Это было отличным мотиватором, и когда минуты истекли, я вышел из бассейна, принял душ и переоделся. Я был счастлив, что тест на плаванье позади, я его успешно сдал, а на горизонте маячит холодное пиво.

_________________
Fake it 'til you make it.


Последний раз редактировалось kane-efes 06 фев 2017, 08:35, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 06 фев 2017, 07:42 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
ГЛАВА 8. ПЕРЕДЫШКА.

Отряд с нетерпением ожидал Недели 8 и 9. Предыдущая неделя выдалась особенно утомительной и теперь две недели в лагере выглядели просто отлично. Не то чтобы нахождение в лагере было увеселительной прогулкой или чем-то таким, но вы, по крайней мере, знали что, как правило, будете спать ночью на час или два больше. Как всегда, мы провели время в лагере в аудиториях, изучая военные карты и исписав миллион страниц заметок по куче вопросов, начиная от оказания первой помощи на войне и заканчивая уроками английского и математики.
Мы продолжили наше обучение строевой подготовке, потратив много времени на отрабатывания умения стоять неподвижно или маршировать. И обычно DL был доволен. Теперь, когда мы хотели, то выглядели как отряд профессиональных солдат на плацу. С сожалением, мы потратили много времени на отработку медленного марша, поскольку именно так приходилось идти, неся гроб, на похоронах бутнеков. В настоящий момент морпехи гибли в Ираке, так что несмотря на то, что медленный марш никто не горел желаниям изучать, он был необходимым навыком.
В один день три отряда одновременно отрабатывали строевые дриллы на одном плацу в одно и то же время. Мы были на разных неделях, поэтому DL ржали между собой. Мы знали их коварство и были уверены, что позабавиться они захотят за наш счет. Тянуть с этим они не стали. Ближе к концу занятия нас всех вызвали в большой ангар, где огласили план. Они решили устроить танцевальное соревнование между тремя отрядами, чтобы выяснить, какой из них будет отпущен первым. Каждый отряд выделял группу из лучшего и худшего танцоров, которые танцевали под командирскую музыку. Естественно она была только легкая. Наш отряд выделил своих представителей (я бы легко мог стать худшим, но, к счастью, сумел уклониться) и построился. Остальные сделали то же самое.
Парни старались изо всех сил. Вначале вышли лучшие и начал показывать свои фишки, некоторые например делали брейк, стоя на голове, другие извивались червем на грязном полу, невзирая на свою безупречную парадную форму. DL и остальные их активно поддерживали, и все стало только еще круче, когда вышли худшие. Все были просто в истерике, глядя как эти парни изо всех сил пытаются подражать своим товарищам. Но DL никак не могли решить, кто был лучшим, а кто худшим. Они решили исправить это новым конкурсом.
Конкурс на самые отвратительные мужские сиськи. И вот тут то мы знали, что победим. У нас было секретное оружие - один весьма непривлекательный парень. Очень волосатый, усыпанный родинками, с огромным носом, похожий на троглодита. У него были очень длинные соски, словно у орангутанга, которому их только что сосал десяток обезьян в течении целого часа. Мы ждали, пока другие отряды покажут свой товар и смеялись над сосками этих парней, но когда мы предъявили нашего парня, все было кончено. Никто даже не стал голосовать. Наш DL поблагодарил коллег за потраченное время, построил наш в три шеренги и мы лихо промаршировали домой. Мы успели переодеться и выпить по чашечке чая, пока другие отряды были отпущены с тренировки. Офигенная победа для отряда.
В конце Недели 9 мы направились к нашей плантации дрока после обеда. Мы занимались быстрым дневным ориентированием, продираясь через море зарослей моей любимой колючки. Я хорошо запомнил этот день, поскольку мы этот раз не было дождя, а мы не ползали через заросли или грязь, или ныряли в бассейн Питера. Я был озадачен, но вместо того, чтобы спросить о причинах столь хорошего отношения, предпочел держать рот на замке. Мы сидели и жевали наши дерьмовые пайки, в то время как инструкторы быстро смотались в местный фиш энд чипс* и теперь ели жратву оттуда у нас на глазах. Один из них подошел к нам и сказал, что даст колбаску тому, кто сможет назвать столицу Монголии. “Улан-Батор” ответил я, поскольку вчера, как ни странно, смотрел как можно за один день сделать поездку Пекин-Москва и запомнил название монгольской столицы. Он кивнул и протянул мне большую колбаску, покрытую фритюром. Он сказал, что когда был кивком, то его инструкторы задавали тот же вопрос и он был вознагражден потрепанной сосиской. Я полагаю, что урок, который здесь можно извлечь заключается в том, что за знания можно получить мясо.

*- Fish and chips, несмотря на название это жареная в кляре рыба с картошкой фри. В данном случае какая-то забегаловка

_________________
Fake it 'til you make it.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 06 фев 2017, 07:43 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
ГЛАВА 9. УХАЖИВАНИЯ.

Намного раньше, чем нам бы этого хотелось, мы снова упаковали свои рюкзаки для полевых учений. А прогноз погоды обещал что прогулка не будет легкой. Мы направлялись в Дартмур, на всю Неделю 10. Это было наше первое путешествие в Дартмур и отряду стоило научиться ненавидеть и бояться этого места. Это огромная область высоких, покрытых мокрой травой по колено, холмов, разделенных болотами. Даже вершины холмов постоянно сырые. Там нет деревьев, поэтому нет никакого укрытия от ветра и пронизывающей погоды. Постоянно идут сильные дожди. Через эту область есть извилистая грязная дорога, но осенью и зимой это абсолютно пустынное место. Возвышаясь на несколько тысяч футов над уровнем моря, это место славится очень туманами, которые расползаются неожиданно и очень быстро. Многие потерялись в Дартмуре и существует как минимум один мемориал бутнекам, замерзшим там насмерть.
После обычной проверки снаряжения рано утром, мы упаковались и отправились в путь. В этот раз мы погрузились в автобус, поскольку ехать надо было три часа, а путешествовал отряд налегке. Даже инструкторы должны были жить так же как и мы, имея только свои бергены. Еще по дороге они начали забивать в нас навигационные уроки и мы вовсю изучали карты, отмеряли расстояние циркулями и строчили в наших блокнотах. Мы начали открыто молиться, чтобы наш автобус сломался и учения были отменены или отложены, но настолько широко наша удача не распространялась. Автобус продолжал катиться по дороге, а небо сначала посерело, а затем и потемнело из-за низких туч. Мы качали головами, глядя друг на друга и с сосущим чувством под ложечкой думали о том, что нас ждет впереди. Мы смотрели в окна, где виды деревьев и домов сменились торчащими из тумана холмами Дартмура. Начался дождь, оставляя на стеклах росчерки воды. Водитель переключил дворники с медленного цикла на быстрый. Инструкторы приказали нам упаковать свое дерьмо и разбудить тех, кто умудрился задремать. В этот момент автобус замедлился и остановился посреди болота, а дождь полил как из ведра. Хорошего настроения не было ни у кого, даже у командиров. Здесь не было палаток, кроватей или любых других роскошеств на учениях. Хотя им удалось провести большую часть времени в заброшенном каменном доме на торфянике.
Мы высыпали из автобуса и достали наши тяжеленные рюкзаки. В мгновение ока все промокли до нитки, а наши бергены с каждой минутой становились все тяжелее, стараясь впитать всю воду с небес на юго-западе Англии. Я прекрасно запомнил этот ливень, он был настолько сильный, что капли воды отражались от дороги. Все, что было ниже моих колен, скрывалось в дымке от брызг, а вода лилась с моего берета по лицу ручьями за шиворот и на плечи. Так что я вымок раньше, чем нацепил свой берген. Никто не горел желанием здесь задерживаться из-за риска замерзнуть, и инструкторы придерживались того же мнения. Понурив головы, мы отправились в путь. Растянувшись длинной змеей, отряд под порывами пронизывающего ветра начал движение по холмам, пересекая ручьи и обходя болота. Мы прошагали около двенадцати километров и йомпнули в маленькую долину с крутыми склонами. В одном конце долины была небольшая рощица деревьев, а с другой большой каменный дом. Вокруг дома была целая сеть небольших каменных стен, которые выглядели так, будто стояли здесь лет пятьсот. Дом выглядел таким же старым, холодным и навевал дурные предчувствия в сумерках. Здесь не было электричества. Дом стоял рядом с ручьем, вздувшимся от дождя. Это было не очень-то приятное на вид место, но тем не менее оно должно было стать нашим домом на следующие четыре ночи. Ну или около того. Нам запрещалось находится в доме, мы все время жили под небольшими тентами среди каменных стен, в то время как инструкторы расположились внутри.
Список приоритетов был следующим - укрытие, горячая пища, сухая одежда. Инструкторы ничего не планировали в этот вечер, так что мы в значительной степени были предоставлены сами себе. Погода была слишком скверной для того, чтобы они выходили из дома и общались с нами, поэтому по крайней мере, пока мы соблюдали стандартную сторожевую процедуру нас оставили в покое. Я и Брэд (хотя не очень то он и помог) поставили башу в рекордно короткие сроки и теперь сидели на корточках, пытаясь приготовить немного горячей еды. Баша всего лишь небольшой камуфлированный тент, который легко установить после небольшой практики. Как только я прекратил работать, то почувствовал, что начинаю остывать и мечтал о моменте, когда можно будет залезть в сухую одежду и теплый спальник. Немного борьбы и ругательств помогли мне распаковать свое снаряжение. Внутри наших убежищ и так немного места для двух мужчин, а идущий на улице дождь сжимает его до минимума. Когда я наконец-то скользнул в спальник, то почувствовал себя в раю. Мы съели наши пайки, упаковали миски и ложки, чтобы быть готовыми к движению и лежали в темноте, прислушиваясь к шуму льющегося на нас дождя.
Мой черед сторожить пришел как всегда быстро и я, собрав волю в кулак, выполз из спальника и выудил из бергена свои мокрые и холодные вещи. Было огромное искушение схитрить. Мы всегда несли с собой гортексовые куртку и штаны и казалось так просто одеть их поверх сухой одежды на следующий час. Но сухой комплект обязан остаться сухим, невзирая на цену. Помня об этом, я одел мокрые шмотки, собрал берген и отправился в шторм. В этом месте у нас было больше караулов, поэтому на каждом находился лишь один человек. Это было самым сложным, поскольку намного сложнее заставить себя бодрствовать, когда некому пихнуть тебя. Когда я подполз к парню, которого должен был сменить, то увидел широкую улыбку на его лице. Он собирался ненадолго вернуться в рай и не пытался скрыть своего счастья. “Веселись, ублюдок!” сказал он мне, уползая. “Отвали, членосос” прозвучал подходящий ответ.
Я лежал там целый час, дрожа и мечтая о теплом пляже и горячем кофе. Моя позиция располагалась в низине, позади одной из каменных стен, и постепенно наполнялась водой. Ничто не сравнится с ощущениями от лежания в луже холодной воды в одиночестве ночью. Когда время моего дежурства практически истекло, я пополз назад, чтобы начать процедуру пробуждения Брэда. Из-за дерьмовой погоды он вылезал из спальника дольше обычного и время, которое я его продал, на самом деле оказалось большим. Я потряс его, отвесил несколько тумаков и подзатыльников чтобы дать понять ему серьезность моих намерений, пока наконец он, медленно, с обычными комментариями какой я придурок, не выполз в холодную ночь. Я вернулся на позицию и ждал Брэда. Мне не пришлось возвращаться и повторно будить его, что уже было хорошим знаком, но он все равно опоздал на десять минут. В следующий раз следовало будить его раньше. Спустя три часа я снова был в мокрых вещах для следующего дежурства.
По мере того, как дождливый серый рассвет осветил Дартмур, отряд разделся до футболок чтобы заняться физической подготовкой, стараясь идти в ногу с PTI, который был достаточно любезен, чтобы нанести нам визит. Мы избегали все окрестности - вверх, вниз, вокруг холма, периодически мы останавливались, чтобы выполнить пресс в грязи или спринты. Мы носили друг друга до далеких скал и ползли по команде пока PTI не счел, что достаточно.
Мы навьючили свое снаряжение и занялись именно тем, зачем пришли сюда. Навигация и ориентирование. Практика в большом объеме. Взяв бергены, мы отправились секциями от одной контрольной точки к другой, периодически меняя направляющих. Мы собирались покрыть много миль в течении недели и наши ноги и плечи должны были за это заплатить. Мы продолжали дробить группы на все более мелкие с каждым днем, пока наконец не пришли к индивидуальном ориентированию. Честно говоря, я предпочитал именно это. Одному или в паре легче, потому что вы можете двигаться быстрее, иногда я был разочарован тем, что приходится стоять с тяжелым бергеном, пока какой-то полудурок держал карту вверх ногами несколько часов подряд.
Стемнело, но мы все еще продолжали блуждать по Дартмуру. Где-то в районе полуночи мы добрались до последней контрольной точки, которая любезно была размещена вдали от нашего лагеря. Мы собрались в плотную толпу и медленно побрели в темноту. Последний кусок нагрузки на сегодня. Мои ноги были в агонии и, оглядываясь на других парней, я понял, что не одинок. Мы побежали дальше по холмам, замедлив как когда приблизились к лагерю. Все мы смертельно устали. Это был чертовски длинный день и я надеялся, что в этот вечер не будет никаких сюрпризов. Мы определили порядок дежурств и плотно забурились в спальные мешки.
Через десять минут разверзся ад. Кто-то из отряда решил, что он слишком устал, чтобы переодеваться и залез в мешок в мокрой одежде. Очевидно, что инструкторы наблюдали как раз за такими моментами и теперь собирались поиметь нас. С криками и тычками, они заставили нас вернуться в мокрый комплект и покинуть тенты, а затем построили в три шеренги. В какой-то момент они обнаружили что один из караульных осмелился надеть теплую шапку под шлем. Ситуация быстро менялась от плохого к худшему. Очевидно, что ребята расслабились и настало время привести их в чувство. Мы с бешенной скоростью собрали бергены и на карачках поползли в сторону ручья. А темноте мы заползли в замораживающий поток, где заняли позу для отжиманий и застыли в ожидании нашей небольшой вечерней тренировочной сессии. Все инструкторы собрались и жаждали действий. И мы начали, в унисон с их криками. “Руки согнуть! Тянуться! Изгиб! Тянуться! Изгиб! Тянуться!” - каждый раз, когда мы шли вниз, наши лица были все ближе к воде, по мере того как наши руки погружались в грязь. Быстро перевернуться на спину для пресса, затем спринт в гору, чтобы немного прийти в себя. Вернуться назад в поток, отжимания, пресс, спринт, отжимания, пресс, спринт. Бог знает, сколько это продолжалось, но спринты постепенно перестали помогать. Лежание в холодном ручье давало о себе знать и мое тело начало неметь. Я хотел бы иметь немного больше жира на себе, но с такими нагрузками, нечего было и мечтать.
Когда отряд замерзает в ручье ночью, можно подумать, что это как раз тот момент, который сломает большинство. И уверяю вас, некоторые из ребят сломались, но большинство на самом деле улыбались. Это было так смешно, оказаться в ручье, мы замерзли и были настолько жалки, что это стало для нас комичным. То один, то другой начинали скалить зубы, когда инструкторы начали кричать и указывать на нас и я знал, чтоб боль от холода в руках не могла меня сломить. Хоть и это было нелегко, на самом деле. Жизнерадостность перед лицом невзгод. Это не всегда можно найти, но когда вы обретете это состояние, то жизнь становиться чертовски проще.
После того, как инструкторы были удовлетворены, нас отправили обратно, чтобы разобраться с нашим дерьмом, получив последнее предупреждение, чтобы мы не пытались срезать углы. Когда мы изо всех сил пытались размять пальцы и забраться под тенты, вышел сержант и обратился к отряду. Он сказал нам, чтобы мы переставили наши баши в идеально ровные параллельные ряды прежде, чем вернуться к обычному сторожевому расписанию. А затем он покинул нас, чтобы убраться под крышу. Мы все были сильно замерзшими и почти засыпали, во время работы. Было очень темно и шанс поставить баши идеально ровно был призрачным. Мы старались изо всех сил, но большинству парней было все равно. Они просто хотели залезать в своих слизней. Конечно же, спустя десять минут, когда мы все залезли и согрелись, сержант вернулся, словно удар грома.
Он ругался, кричал на нас, заставил вернуться в мокрую одежду, снести баши и упаковать бергены. Мы надели свое снаряжение, схватили винтовки и приготовились для другой быстрой сессии физподготовки. Он заставил нас бегать и ползать, как обычно. В конце мы были совершенно измотаны и было видно. Что инструкторы выполнили то, что планировали. Они хотели, чтобы мы были усталые на этих учениях и утомляли они мастерски. На этот раз все кончилось так же внезапно, как и началось. “Прямые линии!” уходя, бросил нам сержант. И мы пытались их сделать снова и снова, установка башей замерзшими и промокшими людьми раз за разом терпела неудачу. Мы прикинули и пришли к выводу, что сержант может вернуться в любой момент. Но этого не произошло. Было почти три часа ночи, а вставать мы должны были в шесть. Причем я выкинул еще час на караул. Я схватил немного сна в ту ночь, но сохранил мечту вычистить винтовку. Там от этого никуда не деться.
В 0600 мы вернулись в этот гребанный поток и обратно на этот гребанный холм. Я не знаю, как поднялся на холм утром. Конечно это был не я. Я исчерпал слишком много энергии и слишком устал, чтобы продолжать, и мог только дышать или заставить сердце биться. Я был на автопилоте, а и не выглядел готовым сосредоточиться на карте сегодня днем. После обычных ползания, отжиманий, пресса и бега по холмам, мы переключились на таскание друг друга на спине в гору, а иногда и на руках, словно жених невесту. Это был самый суровый трэш, который мы получали, и черт возьми, мы не облажались настолько, чтобы его заслужить. Но это было не личной неприязнью, а просто частью программы. Они хотели узнать, где были наши пределы и искали их в это утро. Некоторые ребята всхлипывали и хныкали. Я был полностью истощен и ходил в каком-то оцепенении. Большинство из нас выблевало свой завтрак на тренировке и это был настоящий позор. Нам нужна была вся энергия, которую мы могли получить.
Погруженные в себя, мы сидели на своих бергенах и тупо смотрели в землю воспаленными глазами с отрешенным видом. Мы были тут всего лишь две ночи и я был прочно заперт с болью. Это чувствовал каждый. Внутри комнаты наедине с болью. И в течении нескольких следующих дней мы оставались там, где были; в Дартмуре взаперти с болью.
Все изменилось, когда мы наконец-то йомпнули прочь из Дартмура, снова с нашими бергенами, которые давили на плечи. Рюкзаки сейчас весили целую тонну. Они впитали массу воды и это еще больше задалбывало. Ничего не оставалось, кроме как тащиться дальше и через несколько миль мы свалили все на несколько машин, которые отвезли нас в другой лагерь для курса по выживанию.
Я закрыл глаза, погрузившись в один момент сна, который растянулся на всю дорогу. Когда грузовики остановились, то отряд спрыгнул в грязь со своим снаряжением и бергенами, готоы двигаться дальше. Двигаясь секциями, мы шли к лесу на отдаленном холме, пересекая поля, заборы и ручьи. Спустя восемь миль или немного больше, мы оказались карабкающимися по крутому грязному склону холма, прижимаясь к корням и друг другу, боясь сорваться вниз. После того, как мы достигли вершины, на предстоял быстрый йомп вниз по старой тропе и мы наконец-то оказались на месте учений. Мы перевернули свои бергены, вытряхнув баши, спальники, а затем выстроились в линию. Инструкторы отобрали наши винтовки и разгрузки. Затем они забрали куртки и опустошили карманы. После этого отобрали ремни, шнурки и часы. Заставили сдать зажигалки и маленькие фонарики, которые мы носили на шнурках на шее. Нам даже пришлось отказаться от штанов, чтобы доказать, что мы ничего не утаили. Нас урезали до минимума.
Мы вернулись в наши штаны, получили назад небольшие ножи и маленькие наборы выживания, которые мы укомплектовали за несколько недель до этого. Это все, что нам полагалось на следующие два дня. Так что мы стояли в одних футболках в осенний ветер и дождь и думал о счастливых временах, когда не нужно морозить задницу. Такая ситуация неприятна даже в лучшие времена, а мы последние несколько дней подвергались суровым нагрузкам. Все мы были ослаблены голодом, обезвоживанием, холодом и умственным истощением.
Нас разбили на группы по четыре человека, выдав каждой жестяную банку из-под фасоли, а также живых кролика и цыпленка. Затем они оставили нас, отбыв по своим делам. Было уже почти 1700 и начинались сумерки. Нам надо было работать очень быстро, если мы не хотели, чтобы это приключение превратилось в фиаско. Мы убили их и разделали так быстро, как только могли, складывая кусочки в миску. Я быстро попытался возглавить нашу маленькую разрозненную группу. Я отправил двух парней делать укрытие с расчетом развести с одной стороны костер, а затем я и Брэд начали искать дрова. Проблема была в нахождении достаточно сухой древесины, чтобы она могла гореть. Но в Англии дождь шел непрерывно в течении последних двух тысяч лет, а значит мы были в особо влажной зоне.
Мы быстро прочесали окрестности, собирая все, что выглядело достаточно сухим и свалили в кучу, надеясь согреться ночью. Укрытие было не так уж плохо, но когда вы делаете что-то в темноте в спешке, не так то просто сделать его полностью водонепроницаемым. Как я уже говорил, в этот момент мы уже двигались как зомби и выполнение даже простых задач вызвало затруднения. Мы должны были поддерживать огонь и фактически должны были идти за дровами, как только прекратится дождь. Но мы были словно пьяные. Как только мы сгрудились вокруг жалкого костра в протекающем укрытии, с дымом который разъедал глаза, нам показалось, что мы попали на небеса. Все было безнадежно. Огонь погас и мы должны были иметь дело с слишком влажными дровами. Мы были не в состоянии приготовить еду и получить тепло, но мы не собирались так просто сдаваться. Мы ничего не могли поделать, но рассчитывали, что с рассветом ситуация улучшиться и мы возьмем ее под контроль. Вода протекала через крышу убежища и земля под нами стала превращаться в грязь. Я замерзал. Быть замерзшим, это одно, я могу с этим справиться. Быть мокрым ничего такого самого по себе, голод также можно контролировать. Но когда вы имеете дело с низкими температурами, усталостью и острым голодом, то вы оказываетесь взаперти с болью.
Мы мерзли все сильнее и сильнее и нам ничего не оставалось, кроме как прижаться друг к другу как можно плотнее. Через несколько минут несколько мужчин лежали в грязи, обнимая друг друга так сильно, как только могли. Мы дрожали в унисон и никак не могли согреться. Укрытие другой группы рухнуло, так что эти четверо парней пытались найти убежище в других укрытиях. Вскоре к нам прибыл беженец, чтобы присоединиться к нашему фестивалю ухаживаний. Мы набились как сардины в банку. Но каждой клеткой я чувствовал, что они не заменят мне мою куртку.
Это была середина ноября и температура быстро падала. К этому времени было около восьми часов, слишком рано, нам предстояло валяться там в грязи еще около десяти часов. Мы располагались так плотно, что невозможно было даже пошевелить рукой или головой. После того, как вы немного согрели грязь под собой, последнее, что вы хотели бы это разворошить ее снова. Невероятно, но дождь продолжал идти. Он капал через дыры в крыше нашего укрытия. Мне посчастливилось иметь ледяной поток, льющийся прямо мне в левое ухо. Я не двигался. Я не мог двигаться. Я просто лежал и задавался вопросом, сколько сейчас времени, когда рассвет и что я буду делать когда будет светло. Мой разум начал бродить где-то вдали от моего холодного измученного тела. Я закрыл глаза и, не обращая внимания на льющуюся воду, и погрузился в себя. Я сбежал прочь из Дармутра, подальше от спунфеста и грязи. Я пошел домой, чтобы увидеть мою сладкую Дженнифер, я забрался в ее теплую постель и прижался к ее телу.

_________________
Fake it 'til you make it.


Последний раз редактировалось kane-efes 06 фев 2017, 08:37, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 06 фев 2017, 07:45 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
ГЛАВА 10. НАЙТИ СЧАСТЛИВОЕ МЕСТО.

Я был в моем счастливом месте, думая о том, какая у меня замечательная и комфортная жизнь. Нам с Дженнифер было всегда хорошо настолько, что мы часто улыбались и смеялись. Дома мы были, как правило, вдвоем. Мы замечательно проводили время, только мы и несколько бутылок вина. Мы смотрели много фильмов, свернувшись калачиком на диване и проводили множество времени в постели. Боже, как же я хотел оказаться в этот момент в ее постели. Или, может быть оказаться с ней в горячем душе.
Мой брат женился и у них был сын с дочерью. Я обожал своих племянников. Я часто приходил к ним, чтобы поиграть с детьми и часто оставался у них на ночь. Без сомнения, я был самым крутым дядюшкой в мире, и я жалел, что не мог быть сейчас там и крепко их обнять.
За год до того, как я завербовался, мы с Дженнифер провели на горе прекрасный летний вечер, сидя в темноте. У нас были одеяло и вино, мы улеглись и смотрели на звезды. В ту ночь мы сидели там, завернутые в одеяло, и смотрели на впечатляющий метеоритный дождь. Звезды расчертили все небо, и я не мог и мечтать увидеть такое зрелище. Мы говорили обо всем, и в то же время ни о чем. И даже в тишине нам было хорошо друг с другом. То, как она ко мне прижималось сказало мне все.
Я грезил о доме моего отца рядом с рекой. Много лет я спал на кровати рядом с открытым окном и мог слышать реку, и сейчас я покачивался, словно мой отец, лежа в большом гамаке под деревьями в патио. Большие облака лениво плыли в небе, а солнечные лучи падали на меня сквозь ветки. Наша собака лежала рядом в прохладной зеленой траве, не обращая внимания на происходящее вокруг. Все было лениво и это было просто прекрасно. Я закрыл глаза, чувствуя, как гамак слегка раскачивается. Я позволил моей руке упасть вниз и ощутил как пальцы коснулись травы. Я глубоко вздохнул, ощущая запах свежей травы и воздуха. Я не испытывал ничего лучше.
Я вернулся домой, мы ужинали всей семьей. Мои племянник и племянница были там, а я был счастлив от того, что нахожусь в окружении тех, кого любил больше всего. Мы ели и смеялись, а потом я играл с детьми, подбрасывая их, словно на аттракционах. Их дядя был в прекрасной форме и дети обожали, когда он делал это. Они не хотели, чтобы их дядя переехал в Англию, а он не хотел уходить.
Я уехал оттуда, сидя в маленьком самолете, который забрал меня из маленького города в Ванкувер, откуда я собирался лететь в Лондон. Я сидел у окна, когда маленький самолет вырулил на взлет, и видел что мой брат с женой стоят у забора, провожая меня. Моя маленькая племянница держала мать за руку, а племянник сидел на плечах отца. Все семья махала мне на прощание, когда самолет закончил разбег и оторвался от земли. Я помахал им в ответ, сомневаясь, что они смогут это увидеть. В глазах защипало, и впервые за много лет слезы покатились по моим щекам. Я вытер их и несколько раз моргнул, а когда зрения прояснилось, самолет исчез. Вокруг была темнота, а я чертовски замерз. Меня била сильная дрожь, я лежал в майке в ноябрьской грязи, а в ухо мне лилась вода. Реальность вернулась и отвесила мне мощного леща.
Час за часом я изо всех сил превозмогал боль, стараясь найти ту волшебную “жизнерадостность перед лицом невзгод”. Я перебрал все варианты, как улучшить укрытие и как круто будет, когда наконец рассветет. Но это будет еще через целую вечность, а драгоценные калории сгорали, пока я дрожал в грязи. Нам необходимо было пожрать. Не поесть, словно вы немного голодны. Это чистая наука. Нашим тело надо было топливо, чтобы согреться, либо мы и дальше так и будем дрожать , а ситуация станет хуже. Мой разум блуждал где-то далеко той долгой ночью и черпал в этом силы. Чем больше я думал, тем меньше ощущал как холод проникает в меня. Влажная земля высасывала из меня тепло, я попытался вновь вернуться домой, но мой разум не позволял. Он заставлял меня оставаться собранным и понимать, что происходит. Он заставлял меня обращать внимание на свое тело, но я не мог ничего поделать и мы просто ждали. Я ждал до тех пор, пока мог, а затем еще немного. Может быть я поспал, может нет, не помню. Единственное, что я знаю, так это то, что это была самая длинная ночь в моей жизни, и когда первые лучи начали пронзать облака, я чувствовал, что постарел на десять лет.
Очень медленно стало рассветать и мы выползли из нашего дырявого укрытия, чтобы обследовать место. Дождь прекратился, с деревьев капало, а мы могли видеть наше дыхание. Мы стали дышать на ладони и бегать трусцой, пытаясь немного разогнать кровь в наших окоченевших конечностях. Мы понятия не имели, когда дождь может пойти снова, но подозревали, что этот момент не за горами. Поэтому мы сразу же приступили к работам по улучшению крыши нашего укрытия. Рассыпавшись веером, мы собирали ветки и сучья для укрытия, надеясь найти что-то достаточно сухое, чтобы оно могло гореть. Но пока мы пытались выполнить эту небольшую задачу, для нас было припасено нечто более невероятное.
Инструкторы решили вернуться в КТК, а когда они пришли и сообщили нам об этом, то мы им просто не поверили. Но они были вполне серьезны и приказали нам собраться и тащить свои задницы к дороге. После того, как мы убедились, что это не просто плохая шутка, то устремились туда так быстро, как позволяли наши покрытые мозолями и волдырями ноги. Мы получили назад свою снарягу, зашнуровали ботинки и закинули на плечи винтовки. Все выглядело хорошо и наш дух взлетел вверх, когда мы увидели грузовики на грязной дороге, которые должны были отвезти нас в лагерь. Видимо учения были прерваны по каким-то техническим причинам и отряд был очень рад. Теперь мы с нетерпением ждали несколько хороших дней в лагере, которые в основном будут потрачены на кивки в классах.

_________________
Fake it 'til you make it.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 06 фев 2017, 07:48 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
ГЛАВА 11. МАРКСМАН*

Следующей задачей для отряда была учеба стрельбе боевыми патронами и в конце ноября (Неделя 11), мы отправились на целые две недели на стрельбище в нескольких милях от СТС. Это было первоклассное стрельбище, расположенное на высоких скалах возле Ла-Манша и собирались там жить, так что могли каждый день стрелять с утра до вечера и даже попробовать ночные стрельбы. Отряд оборудовал небольшой подземный бункер, который был влажным и вонял мочой, но мы не возражали. Мы назвали это место пещерой летучих мышей и, по крайней мере, у нас были матрацы, пусть и тонкие и почти бесполезные. По крайней мере мы были под крышей. Бункер был роскошным люксом по сравнению с Дартмуром. И мы были достаточно близко к лагерю чтобы получать горячую пищу три раза в день.
Все выглядело круто когда мы прибыли на стрельбище, но мы знали, что внешность бывает обманчива. Кроме огневых рубежей там была еще очень крутая тропинка вниз к уединенному пляжу, где волны постоянно бились о песок и камни и там везде были баррикады из мешков с песком. Отличное место, чтобы терзать нас и, черт возьми, мы были уверены, что еще посетим этот пляж. Мы слышали разнообразные слухи об этом месте и, когда мы сгрузили наши бергены в пещеру летучих мышей, то уже имел представление о нем. Сейчас уже была почти зима и воды Английского Канала были темны и будили тревожные предчувствия. Можете представить, что происходило в наших головах, когда мы смотрели на пенных волны, облизывающие пляж.
Отряд расположился в пещере летучих мышей на весь вечер, и мы были в прекрасном расположении духа. Мы сидели там, чистили винтовки, смеялись и шутили. Даже с трэшем это будет весьма комфортно даже пару недель. Том принес свою гитары и принимал заказы от ребят. Было удивительно, сколько песен он знал наизусть, но отряд всегда просил “Песню Кивка” снова и снова. Инструкторы оставили нас в покое и мы были в наших слизнях и спали в девять тридцать. Мы были сухими, теплыми и собирались проспать целую ночь. Это было неслыханно и мы наслаждались каждой секундой.
На следующий день начались стрельбы. Мы поймали хороший ритм в первую неделю, практикуясь в стрельбе на дистанцию от пятидесяти до четырехсот метров. То, что мы получили возможность сжечь множество патронов, воодушевляло, и отряд наслаждался происходящим. Мы приближались к концу блока упражнений, за которым следовал тест, когда мишени появляются в разных местах на разных дистанциях. Постоянно дул ветер и шел дождь, но это было ожидаемо. Вообще сложно стрелять при сильном боковом ветре, но попрактиковавшись, мы научились хорошо целиться и брать поправки для поражения цели.
Отряд продолжал поддерживать высокие стандарты физподготовки, и каждое утро мы вставали в шесть, чтобы совершить зарядку. Часто мы спускались на пляж, чтобы там позаниматься нагрузкой пожарника** на песке. Бег и переноска тяжестей на песке были очень трудными и расходовали огромное количество энергии. Наш PTI появлялся в большинство дней, чтобы забрать нас на долгие пробежки по скалам. Каждый раз мы бегали в ботинках, куртках, набитых разгрузках и с винтовками. Больше не было легких тренировок и с каждой неделей вес наших разгрузок увеличивался все больше и больше. PTI обожал, когда мы таскали друг друга по крутым склонами холмов, поспешая изо всех сил и подбадривал нас криками “Это плата за то, чтобы быть победителем!”
Отряд хорошо прогрессировал и большинство херни, которую мы делали предыдущие месяцы, исчезло. Правда, физподготовка была, как обычно, очень трудно и стоила нам моря крови, пота и слез, но мы знали, что это наша плата за желанный зеленый берет. Мы сосредоточились на стрельбах, делая все аккуратно и по инструкции профи, а потому хорошо прогрессируя.
Мы провели первый зачет в середине второй недели и большинство из нас легко его сдали. Те, кто провалился, просто стреляли еще и еще, пока, наконец не прошли. Сержант придумал целый ряд развлечений в виде физических нагрузок, чтобы скоротать время, совершенно измучив рекрутов. Это было хитрый план сержанта, который до сих пор считал, что отряд слишком велик и жаждал урезать осетра. Один парень не поставил винтовку на предохранитель и вскоре бегал взад-вперед по стрельбищу с соропятифунтовой канистрой воды в каждой руке. Когда он начал плакать, сержант сказал ему остановиться. Вскоре после того, как молодой парень поплакал, он получил уведомление и покинул Корпус.
Мы потратили массу времени, чистя наши винтовки, и однажды вечером команда инструкторов спустилась к нам в пещеру, чтобы посмотреть, чем мы заняты. К их разочарованию, отряд закончил только поверхностную чистку своего оружия. Они расстроились. А потому, мы надели снаряжение и в темноте отправились вниз на пляж, чтобы получить мотивационную речь в стиле Королевской Морской Пехоты. Инструкторы орали на нас о падении стандартов, в то время как мы делали отжимания отжимания и пресс в полосе прибоя. Волны перекатывались через наши головы и разбрасывали парней, словно сухие листья. Мы вытаскивали друг друга на пляж и снова лезли в воду, что сделать еще один набор упражнений. Это была очень жестокая сессия, поверьте мне, когда я говорю вам, что Северная Атлантика не лучшее место, чтобы плавать там в начале декабря. Северное море несет свои воды через Английский канал и, я думаю, что могло бы дополнить атмосферу, это парочка айсбергов на горизонте.
Мы также отрабатывали стрельбу в движении, шагая к мишеням и опустошая в них магазин за магазином с близкой дистанции. Это было круто и я был рад наконец-то вдоволь побахать из моего оружия. В конце-концов, я отстрелялся лучше всех в отряде и получил статус марксмана. Мне выдали значок из скрещенных винтовок, который я прикрепил к лучшей парадной форме. Сегодня он все еще там.

* - меткий стрелок, квалификации в британской армии. Для достижения необходимо выбить 85% очков с первой попытки.
** - переноска товарища поперек плеч

_________________
Fake it 'til you make it.


Последний раз редактировалось kane-efes 06 фев 2017, 08:38, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 06 фев 2017, 07:52 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
ГЛАВА 12. ДИВИДЕНДЫ.

Следующие несколько недель пролетели очень быстро. Мы делали различные упражнения и близко познакомились с новым тренировочным режимом на нижнем поле для штурмового курса. Вся физподготовка до этого оказалась праздничной прогулкой, по сравнению с тем, чему мы подвергались на штурмовой полосе. Все, что мы делали, выполнялось с винтовкой на спине, а вес разгрузки увеличивался день за днем, неделю за неделей, пока не достиг тридцати двух фунтов. Там была сплошная грязь, поскольку трава была начисто исчезла от зимних дождей и подошвам ботинок сотен новобранцев. Была одна вещь, на которую мы в свое время потратили массу времени в первые дни в зале - взбирание по канату на тридцать футов вверх, теперь мы с ней встретились снова на штурмовой полосе, но на этот раз все необходимо было делать, будучи экипированным набитой разгрузкой. Я не раз видел, как кареты скорой помощи забирали кивков, которые не выдержали и, сорвавшись, падали с каната.
Каждый раз мы чувствовали тошноту, когда ждали в снаряге, пока PTI не придет за нами и не поведет на штурмовую полосу. Некоторые из нас нервничали настолько, что блевали до того, как начинали упражнения. Никто не смеялся над ними, поскольку каждый был на грани этого.
Мы постоянно тренировались, что столкнуться лицом к лицу с финальным тестом на прохождение штурмовой полосы на Неделе 22. Мы делали полный цикл, и не было никаких перерывов во время прохождения финального испытания, надо было проходить все элементы подряд после старта. Мы тогда выстраивались парами и были готовы пройти всю полосу так быстро, как только могли. Штурмовой курс состоял из стен, которые надо было перелезть, рвов, в которые надо было перепрыгнуть, сетей, по которыми следовало лезть, спринта в горку, туннелей, через которые надо было пролезть, и туго натянутых веревок, под которыми приходилось долго ползти. Я никогда не испытывал проблем с каким-то конкретным препятствием, но было весьма непросто заставить себя двигаться дальше, когда накапливалась усталость. В конце курса вы карабкались по двенадцатифутовой стене при помощи веревки с узлами, а потом громко проорать свое имя, чтобы PTI смог записать твой результат. Правило было такое - вы должны были быть быстрее, чем в предыдущий раз, ну или получить наказание. Это была удивительная мотивация и она, по большей части, работала. Время отряда становилось все лучше и лучше и PTI был доволен.
Сразу после окончания полосы все выстраивались в очередь и получали двести метров ноши пожарника. Вы пытались найти кого-то примерно вашей комплекции, закидывали поперек плеч и бежали двести метров. Не забудьте вес снаряжения и винтовки. Я всегда был легким парнем с мелкой жопой, так что непросто было найти кого-то такого в отряда для выполнения упражнения. К концу ноши пожарника вы обычно сильно покрыты грязью и соплями, а также слегка обблеваны. Удивительно, сколько дерьма приходится смыть со своего лица после того, как выложишься на все 100 процентов. Это довольно отвратительно, но учитывая, что так выглядели все, не так чтобы.
После ноши пожарника был один тест, чтобы восстановить силы. Там был большой резервуар с водой. Он был около тридцати футов в диаметре, где-то шести футов глубиной и полон грязной, стоячей воды, которая зимой была настолько холодной, что ее нередко покрывала корка льда. На высоте десяти футов над бассейном были параллельно натянуты четыре веревки на всю длину бассейна. Идея была в том, чтобы подняться по лестнице на одной стороне, проползти по веревке до середины и отдохнуть. Затем вы свободно повисали на руках, раскачиваясь на веревке. Потом, усталые и все еще имеющие на себе снарягу, вы должны были вновь залезть на веревку и ползти на другую сторону. Звучит просто, но смею вас уверить, что это совсем не так. Ну, довольно просто попытаться и получить свой выстрел, потому что, если вы провалитесь, то тут же будете делать это снова. Вот только при второй попытке вы будете абсолютно замерзшим и мокрым, а значит весить будете куда больше.
В это же время в списке наших игрушек появились боевые ручные гранаты и после лекции и небольшой практики мы пошли на местный гранатный полигон. Несколько часов мы метали их по разным целям, прекрасно развлекаясь. Очень круто слышать как после гулкого БУМП! туча осколков барабанит по мишени. Под водой они также оказались полезны, как мы потом убедились в Афганистане. Это самый простой способ заставить рыбу всплыть на поверхность.
Дальнейшие полевые учения подразумевали использование вертолетов, и прежде, чем начать на них летать на них над морем, мы должны были изучить, что делать если он потерпит аварию. Мы отправились в соседнюю базу Королевского Флота, где были корпус вертолета, подвешенный на балке над небольшим бассейном. Идея заключалась в том, что вы забирались туда, привязывались, а затем корпус швыряли в воду, чтобы вы научились выбираться. У вертолета высокий центр тяжести, поскольку турбины и винт располагаются сверху, так что, как правило, при падении в воду, через несколько секунд он перевернется. Тренажер моделирует это просто отлично, так что пол и потолок быстро менялись местами, а вы по прежнему сидели пристегнутый к креслу, но вверх ногами, в вертолете под водой. Это был замечательный опыт и мы прошли через него как в светлое время, так и в темноте. Некоторые парни слегка запаниковали, и с трудом вылезли через иллюминаторы, но до тех пор, пока вы были спокойны, вы знали, что один глоток воздуха тянется очень долго. Конечно, это было в теплом бассейне. Если бы мы упали в Северной Атлантике, то я не думаю, что смог бы столь надолго задержать дыхание.
В завершении Недели 15 и первой половины курса у нас был последний трип в заросли, что как следует отшлифовать наши базовые солдатские навыки. В этот раз было сухо и прогноз погоды не предвещал осадков. Это было хорошим знаком,мы скорее всего останемся сухими, но в сожалению, температура упала до минус семи градусов по Цельсию в ночное время. А когда при этом вам запрещают носить теплую одежду, это вызывает некоторое неудобство. Когда мы прибыли на место, то неприятности удвоились и мы весь день йомпили в тренировочной зоне с нашими бергенами, взбираясь на холмы и пересекая долины, улучшая свои навыки целеуказания, скрадывания, определения дистанции, навигации и наблюдения. Мы топали по зарослям дрока день и ночь, а затем остановились, выставив часовых. Ясное небо было усыпано звездами, но немного туч для повышения температуры не помешало бы. Один из наших часовых заснул и инструктор подкрался к нему, похитив его винтовку. А через мгновение прозвучал сигнал тревоги, заставивший нас в мгновение ока проснуться и экипироваться. Инструкторы объяснили нам, что случилось, пока мы дрожали на морозном воздухе, поскольку только вынырнули из теплых спальников. Они резонно разозлились, заметив нашу дрожь и приказали нам надеть флисовые куртки, смоки*, теплые кальсоны и шапки. После того, как мы стали поджаренными словно тосты и напоминали снеговиков, мы построились на дороге для неизбежного трэша. Нас заставили бежать по жесткой гравийной дороге до дальних деревьев и обратно, а затем ползти. Это было настоящее убийство локтей и коленей., но инструкторы не позволили нам так легко отделаться. Мы потратили половину ночи отжимаясь и очень быстро мы начали обливаться потом. Так мы на собственной шкуре убедились, почему не должны были сидеть во всех утепляющих вещах. Если приходилось быстро сматываться с этого места, то расплата была неизбежна.
Но даже в мире боли все рано или поздно заканчивается. Мы сняли и упаковали в бергены свою теплую одежду, а затем весь отряд остался бодрствовать в карауле до конца ночи. Время было около полуночи и это означало, что мы сидели в тишине в мокрой от пота одежде еще семь часов. Отряд просто лежал и мучительно дрожал, вглядываясь в темноту вокруг.
Утро наконец наступило и мы провели обычную полевую проверку нашего снаряжения. Инструкторы не упускали никаких, самых мельчайших, нарушений и, чтобы скрасить время, заставили меня петь “О Канада” во всю мощь моих легких во время инспекции. Я думал, что хватит одно-двух раз, но жестоко ошибся. Петь пришлось добрых полчаса и, судя по ржачу и насмешкам, отряд это оценил.
После окончания проверки отряд узнал, что несколько парней потратили на навигацию прошлой ночью слишком много времени и попали в бэкттрупперы вместе с теми, кто не прошел быстрый марш. Это было жестоким ударом для оригиналов, которые должны были покинуть отряд. Это не означало, мы снова не увидимся. Они остались в лагере, но должны были пройти через трудности, попав в новый коллектив, где не было друзей. Двое моих хороших друзей (к счастью, не Том или Стив) попали в специальный отряд травмированных кивков, так называемую Роту Охотников, что означало неделю восстановления после стрессовых переломов ног**. Конечно же, отряд не только терял людей. К нам попали несколько бэктрупперов как раз перед этими учениями и теперь нас было 26 человек. А начинало 55. И только 20 из этих 26 были оригиналами. Процент отсева составил 63.6%, что было выше среднего, и инструкторы были в восторге.
Затем мы провели финальный строевой смотр для первого этапа, после которой один человек из каждой секции получал белую полосу на свою форму***. Я получил такую и был очень горд тем, что мои усилия были так высоко оценены. Конечно, это лишь означало, что я буду щитом для секции при любом дерьме, когда инструкторы огорчатся. Но в этот момент я об этом старался не думать. Я отпраздновал это событие с отрядом уборкой в расположении и был готов к новым раундам.

* - боевая куртка свободного покроя с несколькими большими карманами и капюшоном, который носится всегда свернутым в валик
** - микротрещины в костях
*** - кадет-командир секции

_________________
Fake it 'til you make it.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 06 фев 2017, 23:09 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 23 ноя 2012, 10:58
Сообщений: 1078
Команда: FEAR
Превосходно и интересно!


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 07 фев 2017, 07:36 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
ГЛАВА 13. ТАКТИКА.

Учеба становилась все более продвинутой и мы достигли фазы, когда на всех учениях присутствовал условный противник, которого изображали инструкторы. Изюминкой сегодняшнего дня были засады. Моя секция заняла позиции на границе деревьев, которые росли на небольшом холме. Туда открывался прекрасный вид на дорогу в двадцати метрах и противника, когда он на ней появится. Мы разместились как по учебнику, пулемет с пятью стрелками в центре, а еще два наших парня расположились несколько дальше, каждый примерно в пятидесяти футах от нас, играя роль отсечки. Их задача заключалась в том, чтобы застрелить любых противников, которые смогут ускользнуть из основной зоны поражения. Мы сидели в засаде несколько часов и были напряжены. Небесные хляби разверзлись, принеся нам сырость и холод, но это стало настоящим подарком для маскировки. Плохая погода часто делает противника менее наблюдательным и в то же время скрывает издаваемый вами шум. Я огляделся вдоль нашей линии, чтобы убедиться, что мы наблюдаем за зонами и сохраняем бдительность. Противник спокойно разгуливал по дороге взад-вперед уже несколько дней и у нас было достаточно времени, чтобы сделать все правильно.
Я в сотый раз проверил магазины, которые выложил перед собой, убедившись, что они полностью рабочие и пружины не ослабли. Я знал, все надо проверять, ничего не оставляя на волю случая, и знал, что другие члены секции тоже проверяли свои магазины. Я поговорил с отсекателями, убедившись, что никто не приближается по дороге, а затем сделал доклад по радио в штаб. Все это я делал циклично.
Я уже успокоился и погрузился в небольшую депрессию, когда получил сообщение от правого отсечного, что приближается противник. Их было всего двое, весьма хорошо для нас. По радио я услышал, что они идут пешком по дороге и их ЕТА* составляет тридцать секунд. Информация распространилась по всей линии и парни тут же забыли про холод и окоченевшие руки. Предохранители были выключены, а пальцы осторожно легли на спусковые крючки винтовок, плотно приложенных к плечам.
Мы ждали очень долго и было приятно знать, что все произойдет через несколько секунд. Возбуждение, когда адреналин наполнил вены, охватило меня. Адреналин мощная штука и является естественным наркотиком, так что можете назвать меня наркоманом. А парни не подозревали о том, что вот-вот попадут в ловушку.
Теперь и я видел противника, идущего прям к нам в руки. Я был рад, что они не представляли большой проблемы. Винтовки висели на ремнях, а сами они шли сгорбившись и шаркая ногами по земле. Они о чем-то тихо переговаривались, и я представил себе, как они жаловались друг другу на мерзкую погоду и бесполезный патруль в этот отвратительный день. У одного в зубах тлела сигарета, и я подумал, что в карманах у него должны быть еще. Вот, что будет трофеем для нашего отряда. Поскольку злодеи были в зоне поражения, то я поднял руку, подавая сигнал пулеметчику. Он всегда открывает огонь первый, а за ним стрелки, поражающие каждые свою заранее намеченную цель.
Как только они оказались прямо напротив нашей шестерки, я постучал пулеметчику по плечу, который немедленно выдал очередь в их сторону. Долю секунды спустя в игру вступили винтовки стрелков, а враги рухнули как подкошенные. Они совершенно не понимали, что произошло, а стрельба прекратилась так же внезапно, как и началась. Мы произвели дохрена шума и настал момент, чтобы обыскать мертвецов, а затем быстро убраться отсюда подальше. Мы совершенно не знали, сколько врагов еще поблизости и совершенно не хотели тут оставаться, чтобы это выяснить. Я отправил двоих парней осмотреть тела на предмет развединформации, попутно приказав отсекателям возвращаться к основной группе. Пока они шли, проверяющие вернулись с оружием и боеприпасами убитых. Они не нашли карт или каких-либо других документов, зато забрали почти полную пачку Мальборо. Огромный успех!
Мы выдвинулись маршевым порядком через лес по направлению к расположению отряда. Я сделал запрос по радио и штаб тут же мне ответил. Я сделал быстрый SITREP** и сказал им, чтобы он предупредили караульных, что мы тащим задницы назад. На что штаб ответил неожиданным сообщением. Нам предписывалось вернуться к только что убитым противникам, поскольку они хотели получить назад свое оружие и сигареты. Я подтвердил сообщение и остановил секцию, пересказав им произошедший разговор. Затем мы отправились к месту засады, чтобы вернуть Мальборо и оружие. К тому времени, как мы вернулись на дорогу, противник уже поднялся и теперь они стояли под кроной большого дерева. Когда мы подошли к ним, они сказали нам, что у мы хорошо поработали. Они ничего не заметили и засада была очень эффективна. Они были довольны тем, как усваиваем уроки и посмеивались над нашей попыткой похитить их сигареты. Получив назад свои вещи оба инструктора отправились по дороге туда, откуда пришли, а мы направились в расположение отряда для получения новой задачи. Мы стреляли всего лишь холостыми, но это было очень возбуждающе.
Мы снова вернулись в поля на несколько дней и эти учения с засадой перевели нас в новую, куда более тактически продвинутую и интересную часть обучения. Шла Неделя 17, мы были закинуты в зону учений двумя вертушками Чинук, которые подобрали нас вне СТС. Для этого мы прошли пятимильный марш-бросок, погрузились в вертушки и прибыли на учения. На них мы много йомпили и очень мало спали. Это сильно отличалось от того, к чему мы до этого привыкли. Мы не спали не потому, что нас имели за прегрешения, нет, теперь мы лишались сна из-за многочисленных засад, разведывательных патрулей и организации наблюдательных пунктов, чтобы следить за любым движением противника.
Погода была типично ужасной и в одну из ночей я был близок к тому, чтобы сломаться. Я не спал уже несколько дней и двигался как зомби. Мы разбили лагерь на крутом грязном склоне холма в густом куске леса, залитым водой. Ранее вечером сыпал снежок, но к полуночи потеплело и все пришло к обычному дождю. Как обычно я промок и продрог до костей. Мы соблюдали строгую световую дисциплину, что означало запрет на использование фонарей или разведение огня для приготовления пищи, а значит обед пришлось есть холодным. Помню, как стоял на коленях в грязи, облаченный в разгрузку и шлем, и тупо смотрел в землю. Все остальные были свободны, либо сидели на корточках под тентами, но я должен был перемещаться между ними, чтобы гарантировать, что члены секции занимались чем положено и имели все необходимое. У меня не было тента, но меня это совершенно не волновало. Я совершенно не понимал, что происходит. Я просто стоял на коленях в грязи, глядя как в мой открытый пакет с рагу льется со шлема вода, и тихонько жалел себя.
Но прежде, чем я смог найти путь в мое счастливое место, ожило мое радио. Любые мысли про сон пришлось отложить и направиться в центр лагеря, чтобы выяснить в чем дело. Моему файртиму*** ставилась задача провести разведывательный патруль. По мере того, как инструктор передавал мне указания и метки на карте, жизнь возвращалась в мое тело. У меня была задача, которую я когда-то хотел, а потому я прошелся по остальным, сообщая хорошие новости. Пока парни вставали и одевали снаряжение, я смотрел на карту, прикидывая в голове маршрут и график движения. Я набросал несколько азимутов и дистанций в своем блокноте, сменил батарейки в своей рации и ПНВ, подхватил винтовку и собрал команду. Мы растянулись цепочкой и направились в темноту, стараясь не наступить на разбросанных вокруг часовых.
Нашей задачей на ночь было провести разведку маршрута до вражеских позиций в нескольких километрах от нас, которые отряд планировал атаковать несколько позже на этой неделе. Мы должны были определить, является ли маршрут легким или наоборот тяжелым, как много времени займет выдвижение отряда на позиции для атаки, есть ли какие-то тропинки или дороги, не обозначенные на карте, найти места где отряд мог бы сделать небольшие передышки при движении, где можно устроить точки аварийного сбора, а также выбрать направление, с которого будем атаковать. Также мы должны были разведать позиции противника с тыла и отметить любую его активность. В общем у нас была масса работы и, если мы хотели успеть до рассвета, то нам надо было поторапливаться.
Все шло хорошо и мы быстро двигались в направлении цели. Мы отметили на карте отсутствующие заборы, а также ручей, который на деле оказался большой ямой с грязью. Приблизившись на 150 метров к цели, мы заняли лежачую позицию, расположившись в виде звезды, когда наши головы смотрят наружу, а ноги касаются друг друга. Это эффективный способ следить одновременно за всеми направлениями, не давать другу уснуть, если приходится лежать так долго, и достаточно немного подвинуться, чтобы общаться шепотом в случае необходимости. Мы лежали так около десяти минут, но ничего не могли расслышать из-за сильного дождя, который так же скрывал и издаваемый нами шум, совершенно ненужный в этот момент. Я приказал двоим парням оставаться на RV****, а мы вдвоем с еще одним парнем решили подкрасться прямо к цели, чтобы подтвердить направление атаки и последить за домом.
Мы продвинулись до края рощи и начали подтверждать то, что этого видели через ПНВ. Я описывал, что вижу, а второй кивок делал эскиз. Он детально набросал тропинки и дороги к цели, заборы, стены и дом. Отметить окна и двери особенно важно в разведывательном эскизе. Все входы и выходы имеют первостепенное значение. Мы обозначили места, где наилучшим образом разместить наши пулеметы и засекли азимуты и расстояния до важных мест. В ту ночь мы не видели никакого врага, но догадались, где они могут разместить свои пулеметы, если, конечно, они у них будут.
На самом деле нет никаких ограничений на то, сколько информации принесет разведка. Вся она важна. Время, затраченное на разведку, редко проходит впустую, уверен, те парни из Дьеппа в 1942 со мной согласились бы. Я думаю они были бы рады заранее узнать, что их танки завязнут на том покрытом галькой и гравием пляже.
Мы отползли назад в кусты и заскользили вокруг цели, чтобы осмотреть ее с разных сторон. Расстояние меняется, если оценивать его с другой точки, при этом часто обнаруживаются новые позиции. Мы организовали прикрытие из двух парней, которые до этого были на RV, а затем вернулись к ним. У нас была масса информации и если мы сможем ускользнуть незамеченными, то это будет как напоить всех вокруг горячим чаем со сладкими булочками. Ну или холодной водой и твердым шоколадным бисквитом. Мы собрались всей группой и снова распластались на земле, чтобы проверить, нет ли за нами хвоста. Было так же тихо, как и до этого, поэтому мы отступили на пару сотен метров. Там мы остановились и те двое, кто был у цели, рассказали остальным наиболее ценные куски информации. Мы сделали это для того, что если бы влипли в дерьмовую ситуацию, то неважно, кто мог бы вернуться к отряду, поскольку все мы обладали необходимой информацией.
Мы вернулись в расположение отряда, где парни из моего файртима отправились прямиком в спальники. Остальная часть секции несла караул и не могла рассчитывать на нас еще несколько часов. А мне предстояло еще много работы. Я должен был написать отчет о ночном патруле, что может занять немало времени в зависимости от подробностей. Я натянул башу и с головой зарылся в мой гортексовый чехол от спальника, где я мог включить фонарик. В нем трудно дышать и немного тесновато, но, по крайней мере, тепло и сухо. Когда я закончил свой отчет и сделал доклад, то обнаружил, что прошло уже несколько часов темноты. Поэтому я взял на себя смелость исключить себя из схемы дежурства и немного поспать. Учения были еще далеки от завершения и мне надо было отдохнуть.

* - предполагаемое время прибытия
** - доклад об обстановке
*** - группа из четырех бойцов
**** - точка сбора

_________________
Fake it 'til you make it.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 07 фев 2017, 16:09 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 04 май 2013, 21:23
Сообщений: 972
Команда: нет
Думал, что носить с собой свое дерьмо это фишка только SAS :) С другой стороны, больше упоминаний о таком ни у кого, кроме британцев, не попадается.
А сколько в Метрополии температура в ноябре ночью, кто-нибудь знает?

_________________
Изображение


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 08 фев 2017, 02:45 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
Вообще это обычная фишка всех SF, таскать свое с собой ) Бьорн писал про датчан с теми же заморочками, ЮАРовцы тоже таким отличались, наши по рассказам тоже.

В Дэвоне температура в ноябре описывается как +11..+7, но с учетом колебаний около нуля ночью вполне возможно в неудачный день я думаю.
Местный пейзаж ))
Изображение

_________________
Fake it 'til you make it.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 09 фев 2017, 15:11 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 1058
Команда: Grau Skorpionen
Очень понравилось!
Немного "придиразмов":
1. Наверное все-таки не "с Королевской морской пехотой", а "в Королевской морской пехоте". Поскольку "to serve with some unit" обычно переводится как "в составе какого-либо подразделения".
2. Heckler & Koch в русскоязычной языковой традиции обычно переводится просто как "Хеклер-Кох".
3. Комментарий к "гимпи" дал бы следующим образом: "Единый пулемет (GPMG) калибра 7,62 мм.

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 10 фев 2017, 04:46 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
Спасибо за замечания, действительно, что-то меня тут приглючило.

_________________
Fake it 'til you make it.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Jake Olafsen. Wearing green beret.
СообщениеДобавлено: 10 фев 2017, 04:47 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 янв 2013, 02:32
Сообщений: 41
Команда: 42Cdo RM
ГЛАВА 14. ЗАДЕРЖКА.

После короткой поездки домой на Рождество, где я смог увидеться с Дженнифер и семьей, я вернулся в СТС, чтобы продолжить обучение. Первые два месяца нового года отряд провел в полевых учениях, либо же в усиленных тренировках на нижнем поле, щедро сдобренных порциями трэша. В течении этих недель я испытал серьезный удар, который в конечном счете стал благословением.
В расписании тренировок не было ни одной свободной минуты, инструкторы старались впихнуть как можно больше всего. Мы провели массу времени с AES*, которые научили нас массе полезных навыков. Мы узнали все о такой области оборонительного вооружения, как Клэймор. По факту это противопехотная мина, но поскольку Великобритания официально не использует противопехотные мины, то пользовались такой формулировкой. Кроме этого, мы изучали большие противотанковые мины и такие неприятные штуки, как противопехотные мелкие мины, достаточные, чтобы оторвать ступню. Хотите верьте, хотите нет, но лучшие из таких мелких мин были разработаны в Канаде. Я сейчас не утверждаю, что Канада до сих пор производит и экспортирует противопехотные мины, я просто хочу сказать, что в те дни канадцы производили очень неприятные штуки.
В середине января (Неделя 21) мы приступили к тренировкам на новейших машинах Корпуса. Это были легкие бронетранспортеры Викинг, и мы отправились на четырехдневные учения для знакомства с ними. Они не так мощно бронированы, как танки, поскольку могут плавать и предназначены проводить массу времени в снегах Норвегии. В переднюю секцию помещаются четыре человека, в заднюю еще восемь. Один из парней в передней части высовывается из люка и работает из GPMG . Викинги были совершенно новенькие и были куда лучшим способом путешествовать, нежели чем старый добрый йомпинг с бергенами. Чтобы начать учения, отряд отправился на учебный полигон Королевского Танкового Корпуса, где базировались Викинги, для лекций и осмотра транспорта.
Следующие несколько дней мы катались вокруг тренировочной области, ночуя возле бронетранспортеров. Мы по-прежнему несли караулы и каждую ночь высылали патрули, разведывая цели, но теперь у нас были теплые машины, куда было так приятно заползти утром, а наши бергены висели на броне, а не на наших плечах. Мы часто отрабатывали преследование противника на Викингах, двигаясь по его следам в непрерывном контакте. Находясь в задней секции было крайне сложно сохранять осведомленность о том, что происходит снаружи. Поэтому, когда звучали выстрелы, мы ничего не знали до тех пор, пока не покидали машину. Благодаря встроенному радио, водитель рассказывал, в каком направлении был контакт, но пока вы не выпрыгивали из люка, то не знали находитесь ли вы в поле, лесу или рядом со зданиями. Несмотря на информацию от водителя и небольшое окошко на задней двери, которое всегда через несколько секунд оказывалось заляпано грязью, мы были слепы, когда высаживались в поле.
Тем не менее, мы занимались этим раз за разом, откидывая тяжелую дверь и кувыркаясь позади Викинга. Как правило после того, как мы выгружались, то формировали длинную линию, обращенную к противнику. Стрелки на Викингах подавляли противника из пулеметов, пока мы выстраивали боевой порядок и начинали атаку по-секционно. После того, как противник был уничтожен, мы возвращались, грузились в бронетранспортеры, и уносились прочь, а затем все повторялось снова и снова.
Но надо признать, что как бы я не любил ездить, все же предпочитаю пешие операции. Машины как магнит притягивали к себе бомбы и пули, и я не хотел бы спешиваться под огнем, который ведется так, что я не могу видеть откуда.
Наступила Неделя 22, тесты на нижнем поле после учений, и мы должны были выложиться по максимуму. После этого испытания режим физподготовки становился более расслабленным до самых тестов Коммандо и предназначался для поддержания формы. Далее планировалась масса полевых учений, которая съедала все время. Итак, несколько болезненных минут на штурмовой полосе и все будет гладко до самого финального шоу.
Разминка перед началом была дольше, чем обычно. Нет, PTI не хотел накормить нас дерьмом в минуты перед испытанием, он просто хотел, чтобы мы прошли тест и давал нам лишний шанс хорошо разогреться. Нам приказали надеть снарягу и выстроиться перед канатами для подъема на тридцать футов. Их там висит восемь штук, поэтому даже если вы встанете в конец очереди, чтобы выиграть немного времени, то выигрыш будет невелик. Я стоял впереди и схватился за канат, ожидая приказа. PTI посмотрел на нас и сказал “Ну и чего же вы ждете?”. Мы сорвались с места. Я так нервничал, что поначалу почувствовал себя слабее, чем обычно, но быстро поймал ритм и успокоился. Я не был самым быстрым на канатах, но и самым медленным тоже, и вскоре имел обе руки на белой полосе в конце каната. Я заорал PTI о выполнении, который задрал голову, чтобы убедится в этом. Затем отметил мое имя в своем блокноте и приказал спускаться. Аккуратно спустившись, я отошел в сторону и стал разминать руки. Так, один готов, еще три впереди.
Дальше был штурмовой курс и PTI называл имена в том порядке, в каком он хотел, чтобы мы проходил курс. Сначала шли самые быстрые парни, чтобы они не обгонял и не путали медленных. Я был в середине нашей стаи. Первые парни стартовали и бежали по полосе одновременно вдвоем. Мы стартовали с интервалом в одну минуту, поэтому у меня было пять или шесть минут, чтобы поглазеть, как мои товарищи проходят курс. А затем пришел и мой черед. Я рванул вперед, перепрыгнув в противотанковый ров, наполненный водой. Когда тридцатиметровый спринт закончился, я перелез через шестифутовую кирпичную стену. Затем прополз под натянутой сетью, взобрался по наклонной лестнице, прошел на руках по перекладинам, подтянулся и залез на зигзагообразную стену, пробежал по ней, спрыгнул вниз, перелез через препятствие при помощи веревки, прополз по натянутому канату туда-обратно, пересек качающийся мост, взбежал на пологий холм, перебросил себя через пятифутовую стену, снова перелез через забор на вершине холма, прополз по туннелям и вскарабкался не двенадцатифутовую стену. Вуаля! Дело сделано. Уверен, звучит легко и быстро, когда я это печатаю.
Когда я бежал по склону то знал, что сделаю это. Я был уверен, что пройду и у меня есть достаточно времени, чтобы слегка сбавить газ. Мои тощие ноги должны были получить все силы, чтобы пройти тест переноски пожарника, который был дальше. Это была моя Немезида и я успешно проходил его только в 75% случаев. Я закончил штурмовой курс на тридцать секунд быстрее разрешенных пяти минут и присоединился к остальным парням, судорожно пытающимся восстановить дыхание. Но у нас было ровно столько времени, сколько заняло, чтобы последний рекрут прошел штурмовой курс. Очень немного. Без малейших колебаний, PTI заставил нас построиться в большом поле у белых столбов. Через двести метров мы видели другие столбы. Единственное, что отделяло нас от них, это был интенсивный расход энергии примерно в течении минуты. Больше, чем я мог собрать. Я знал, что буду чувствовать, когда достигну той стороны и это знание в сочетании с примером некоторых других парней, которых начало рвать, заставило меня отступить назад и присоединиться к ним. Я блевал на свои ботинки до тех пор, пока PTI не сказал, что пора. Тогда я вытер тыльной стороной ладони лицо и нос, размазав большую часть рвоты по себе. Впереди было море боли.
Я погрузил своего напарника на плечи, и он обхватил меня так плотно, как только мог. Так он был компактнее, меньше елозил и мне было легче. PTI дал отмашку, и мы начали. Я шел слегка наклонившись вперед, чтобы улучшить положения центра тяжести, и делал отмашки рукой, чтобы помочь ногам. Первые сто метров все было нормально, но потом в груди родилось сокрушительное чувство боли. Его снаряга, моя снаряга, его тело, все это весило 240 фунтов , в то время как мое тело весило жалкие 148 фунтов . Я прилагал все усилия, чтобы идти дальше. На отметке в 150 метров я почувствовал волну облегчения. Да, я по-прежнему был взаперти с болью, но я хорошо бежал и твердо хотел сделать это. Мой партнер подбадривал меня, чтобы я не сдавался. Я пересек финиш с запасом в десять и скинул его на землю. Я пошел в сторону, чтобы прийти в себя, но чувствовал себя полностью выжатым. Моя грудь вздымалась, и я просто хотел, чтобы это все кончилось. Но финишировала только половина отряда. Поэтому я вернулся и дал приятелю роскошь пройти свои две сотни метров. Он сделал это с легкостью, впрочем, как обычно. Затем мы пошли к бассейну, готовя себя к последнему тесту.
Я был весьма уверен в себе, стоя в очереди к лестнице, которая вела к канатам для переворота. Я был хорош в этом упражнении и никогда его не проваливал, будь то короткая или длинная тренировочная сессия. Обычно я так хорошо показывал, как его выполнять, что PTI стал называть это Ванкуверский Маневр. До этого момента, все что я делал, все получалось хорошо. Парни передо мной начали заканчивать выполнять упражнение под возгласы PTI, и я был полон решимости завершить тест. Поэтому я спокойно залез на веревку и прополз половину пути. Затем я соскользнул вниз, пока не повис на вытянутых руках и не подтянул ноги обратно так, чтобы колени были над веревкой. На этой ушла уйма сил. Обычно для других людей это очень трудно, но для меня было легко. Трудным для меня было перекинуть через веревку подмышку, а затем провернуться вокруг веревки, вернувшись в исходное положение. Это я весьма хорошо освоил, но я совершил все положенные движения и обнаружил себя борющимся. Я никак не мог перекинуть подмышку, и каждый раз, когда я пытался - я срывался прежде, чем мог переставить другую руку и сделать переворот. Я пробовал снова и снова, но с каждой попыткой становилось все труднее и мои силы иссякали. Отряд подбадривал меня, но после нескольких попыток я совершенно иссяк. Я должен был сделать выбор между висением вниз головой в течении нескольких следующих минут, а затем оказаться в бассейне, либо же упасть туда сразу. Так что я разжал руки и, с чувством глубочайшего разочарования, провалил тест.
На следующий день четверо из нас попробовали сдать тест снова. Это был не только восстановительный тест, все должно быть сдано снова - все четыре испытания подряд. Таким образом, нам пришлось пройти через полный цикл. Канат, штурмовой курс, переноска пожарника, который был так же ужасен, как всегда, и переворотный тест над бассейном. Вы не поверите, но я снова провалился. Сценарий был идентичен. Я легко закинул обратно ноги, а затем силы покинули меня. Я совершенно не мог понять, что происходит и после последнего полета в бассейн я с трудом соображал. Я реально не хотел покидать отряд и никак не мог понять, почему так происходит. У меня не было никакого объяснения, и PTI предложил множество советов, но у с трудом их воспринимал. Я не знал, как изменить мою технику, которая так хорошо работала раньше. На следующее утро я проснулся с мыслью сейчас или никогда, парни из отряда зарядили меня энергией и энтузиазмом. Отряда не сможет прийти, чтобы посмотреть на мою попытку, так как они были заняты учебой, поэтому они все пожелали мне удачи и сказали, что увидимся на той стороне.
Я направился туда, зная, что сделаю это или умру, и приступил к третьей попытке прохождения испытания нижним полем. Удачи мне. Канаты, штурмовой курс, переноска парня и дело над бассейном. Когда я висел там в третий раз, все можно сознание занимало только это упражнение. Я не допускал мысли о провале ползания, но опасался худшего. Как обычно, мои ноги оказались на месте, но я все никак не мог закрыть сделку. Я устал сильнее, чем раньше, поскольку подвергся испытанию три раза за несколько дней. Я упал в бак и когда в последний раз вылез, мой PTI сказал “Я разочарован Олафсен. Ты очень хороший парень, но это чертов конфуз”. Он ушел, что начать бумажную работу по отправке меня из отряда.

* - Assault Engineers

_________________
Fake it 'til you make it.


Последний раз редактировалось kane-efes 10 фев 2017, 12:21, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
Показать сообщения за:  Сортировать по:  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 26 ]  На страницу 1, 2  След.

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
Powered by phpBB® Forum Software © phpBB Group
Theme created StylerBB.net
Сборка создана CMSart Studio
Русская поддержка phpBB