Текущее время: 21 окт 2020, 22:07


Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 89 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Re: Pete Blaber. The Mission, the Men, and Me
СообщениеДобавлено: 23 сен 2020, 21:00 

Зарегистрирован: 08 май 2018, 19:11
Сообщений: 39
Команда: нет
Автор темы согласен.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Пит Блейбер. Миссия, люди и я
СообщениеДобавлено: 06 окт 2020, 10:34 

Зарегистрирован: 08 апр 2020, 14:13
Сообщений: 68
Команда: Нет
ГЛАВА 12

ПРЕДСТАВЬТЕ, КАКИМ ОБРАЗОМ:

ФАЛЬШИВЫЙ ДВОЙНОЙ АГЕНТ

Декабрь 2001 года


Чтение документа Али Мохаммеда оказалось просветляющим занятием, но я хотел большего — я хотел посмотреть ему в глаза, послушать, что он говорит, и понять, что заставляло его «влезть в долги». [1] У меня не было никаких сомнений в том, что если мы, как государство, собираемся в полной мере воспользоваться его уникальными идеями и перспективами, которые они за собой несут, кто-то должен поговорить с ним лицом к лицу. С тех пор, как он написал свой первоначальный документ, ситуация в Афганистане значительно изменилась, поэтому я полагал, что с учетом удивительного поворота событий, у него появилось много новых мыслей и идей.
До моего повторного возвращения в Афганистан, дома у меня оставалось немного времени, поэтому, как только я приехал, я сразу начал договариваться о посещении Али Мохаммеда в тюрьме. Это было нетрудно, потому что никто не считал его крупной шишкой — в конце концов, он сидел в тюрьме с 1998 года. Кроме того, в правительственных органах все еще был жив дух «всевозможности», поэтому взаимодействие с различными учреждениями, которые занимались его делом, оказалось весьма простым и свелось к нескольким телефонным звонкам и нескольким обедам.
Пока я ждал подтверждения на свою просьбу, я готовился к визиту, стараясь узнать как можно больше об Али Мохаммеде как о человеке. Каково его прошлое? Что сформировало его ценности и убеждения? Что побудило его сделать то, что он сделал? В базе данных военной разведки о нем не было ничего, поэтому я решил сделать то, что делают все, когда им нужна справочная информация о ком-либо: я сел за свой домашний компьютер и нагуглил имя Али Мохаммед. [2]
Хотя я и предполагал, что во время нашего первого вторжения мы упустили определенные возможности воспользоваться его проницательностью, то как только я начал исследовать его прошлое, я осознал, что возможности, упущенные в октябре и ноябре 2001 года, бледнели по сравнению с упущенными возможностями за предыдущие десять лет. В интернете о нем было много сведений, и самая трудная часть отбора информации состояла в том, чтобы отделить факты, связанные с этим человеком и с его сложным жизненным путем, от вымысла. Вскоре я понял, что многое из того, что СМИ и правительство знали об Али Мохаммеде (или думали, что знают), было основано на дезинформации и соединении точек в общую картину без их надлежащего отбора.
Телевизионные документальные фильмы, книги и многочисленные официальные отчеты, появляющиеся сегодня, распространяют общепринятую версию истории Али Мохаммеда: двойной агент террористов, чаще всего называемый «военным кротом» Бен Ладена, проникший в несколько правительственных учреждений США и обманувший их, чтобы выкрасть их наиболее охраняемые секреты. [3] Но, как я вскоре обнаружил, реальность, стоящая за историей Али Мохаммеда, оказалась совершенно иной.
Али Мохаммед был заключен в федеральную тюрьму за организацию слежки и планирование взрывов в посольствах США в Кении и в Танзании. В конце 1993 года руководство «Аль-Каиды» приказало ему прочесать Найроби в поиске подходящих целей, атака на которые могла бы стать возмездием США за их участие в сомалийской гражданской войне. Находясь в городе, Али Мохаммед отвечал за подготовку по меньшей мере двух членов восточноафриканских ячеек этой террористической организации, непосредственно участвовавших в нападениях, — Абу Джихада и Файзулы Абдуллы Мохаммеда. [4] Он научил их вести наблюдение и сохранять оперативную конспирацию, действуя в Найроби под прикрытием. Его любимый совет ученикам по маскировке — всегда носить солнцезащитные очки и бейсболку. Во время признания вины на суде Мохаммед сказал государственным обвинителям: «Для сокрытия своих личностей мы пользовались различными кличками; я использовал имя Джефф» [5]
Мохаммед нарисовал карты и схемы посольства США в Найроби и оборудовал фотолабораторию в квартире своего коллеги. Когда Мохаммед показал УБЛ чертежи и фотографии с камер наблюдения посольства, тот указал на гараж в задней части здания как на оптимальное место для подрыва террористами-смертниками грузовика, начиненного взрывчаткой.
Тактика и способы действий, которым Мохаммед обучал террористов-смертников, такие как определение целей, их фотографирование и составление подробных планов атак, были взяты прямо из американских военных наставлений. Но он не крал эти руководства, и ему не нужно было покупать их на черном рынке, — они были выданы ему, когда он служил в спецназе Армии США!
Родившись в 1952 году в Египте, он вступил в египетскую армию, где дослужился до звания майора. В 1980 году египетское военное руководство отобрало его для участия в весьма желанной американской военной программе по обмену, и направило в Форт-Брэгг, штат Северная Каролина, где он провел четыре месяца, изучая Вооруженные силы США изнутри. Он тренировался вместе с американским армейским спецназом («Зелеными беретами»), изучая у первоисточника, как планировать и координировать такие специальные операции, как глубинная разведка, нетрадиционные военные действия и борьба с повстанцами. Через четыре месяца он получил диплом с зеленым беретом на нем, после чего вернулся в Египет, где прослужил еще три года в египетских Вооруженных силах, прежде чем уйти работать советником по безопасности в авиакомпанию Egypt Air. [6] Однако Али Мохаммед не был удовлетворен, — как и многие офицеры, принимавшие участие в программе по обмену до него, живя в Америке, он вкусил плодов свободы и теперь обнаружил, что жаждет бóльшего.
С этого момента все, что мы знаем о жизни Али Мохаммеда, становится немного запутанным. Мы знаем, что он обратился в посольство США в Каире и добровольно предложил свои услуги ФБР и ЦРУ. Мы также знаем, что ЦРУ разослало во все резидентуры по всему миру телеграмму, запрашивая, нужны ли кто-нибудь навыки Мохаммеда. Резидентура ЦРУ в Западной Германии заинтересовалась им и впоследствии наняла его для проникновения в мечеть в Западной Германии, однако долго он не протянул. Согласно несекретным донесениям, имевшимся на то время, Мохаммед был уволен за «разговоры с известными террористами», и это привело к тому, что в Центральном Разведывательном Управлении его определили, как ненадежного. [8] Но разве не для этого мы его наняли?
В 1985 году Али Мохаммед вернулся в Соединенные Штаты. В самолете он познакомился и влюбился в американку, которая впоследствии стала его женой. Они переехали в аккуратную двухуровневую квартиру с двумя спальнями в калифорнийском городке Санта-Клара. Жители Санта-Клары, встречавшие его, описывали его как сердечного, хорошо говорящего и физически здорового человека. Мохаммед часто представлялся бывшим офицером египетской армии, который надеялся когда-нибудь выполнять разведывательную работу для Соединенных Штатов. [9] Разве так тайный террорист представляется незнакомцам, или разве это похоже на кого-то, кто пытается сплести агентурную сеть для своей работы?
В 1986 году Али Мохаммед обратился к вербовщику Армии США в Окленде и предложил свои услуги. Армейским чиновником понравилось то, что они увидели, и они определили его в военнослужащие. Ему было тридцать четыре года, и хотя он был необычно стар для новобранца середины 80-х годов, он находился в отличной физической форме и обладал чертой, присущей всем ценным рекрутам: он был очень мотивирован. Своему вербовщику он заявил, что идет в Вооруженные силы, потому что хочет «служить Соединенным Штатам». По окончанию начальной военной подготовки он был направлен в армейский спецназ в Форт-Брэгг.
В каждой статье и интервью, написанных об Али Мохаммеде в ту чрезвычайно параноидальную осень 2001 года, делался вывод о том, что он являлся двойным агентом, который специально выбрал Силы специальных операций, чтобы выкачать и экспортировать полученные им навыки ради обучения будущих террористов. Но чем больше я читал и узнавал о его жизни, и чем больше я размышлял о его действиях в контексте своих собственных (я пришел в армию в 1985 году), тем меньше смысла имела для меня теория двойного агента. Точки вместе не соединялись.
Как следует из самого названия, спецназ — это убежище для тех, кто особенный, кто как бы немного отличается от всех остальных. Солдат спецназа — это уникальная порода «кошек», — порода, которая не поддается никакому определенному психологическому профилю. Однако существует ряд общих индивидуальных черт, таких как индивидуализм, авантюризм и патриотизм, и в их «родословной» почти всегда присутствует хотя бы одна из них.
Как и многие мужчины, которые пришли в спецназ в мирные 80-е годы, Али Мохаммед, похоже, обладал в разной степени всеми этими тремя качествами. Словарное определение индивидуалиста, одиночки — это животное без клейма, которое принадлежит первому человеку, который поставит на него клеймо. (1) Запомните это определение. Когда Мохаммед покинул Египет, он упаковал свои мирские пожитки в чемодан и потратил каждый доллар, который у него был, на покупку билета до Соединенных Штатов. В возрасте тридцати четырех лет, еще не пресытившись поисками приключений, бывший офицер египетской армии решил завербоваться в Армию США в качестве рядового. Как и многие другие авантюристы, как в армии, так и за ее пределами, он мечтал когда-нибудь поднять ставки в своей игре и присоединиться к ЦРУ или ФБР, чтобы стать их тайным агентом, напоминавшим Джеймса Бонда, — образ, тиражируемый в книгах и фильмах по всему миру. Али Мохаммед также остро осознавал, что почетная служба в Армии США предвещает быстрое получение американского гражданства. [10] Таким образом, в свой первый день в войсках специального назначения армии США в Форт-Брэгге, он явился на службу именно с большими ожиданиями и еще бóльшими надеждами.
Хотя Мохаммед получил назначение на должность сержанта по снабжению, в силах спецназа всегда придавали большое значение навыкам владения трудноизучаемыми языками, поэтому слухи о том, что он бегло владеет арабским, ивритом, французским и английским языками, распространились быстро. Вскоре он стал проводить бóльшую часть своего служебного времени, преподавая языки и знакомя военнослужащих с культурой и обычаями Ближнего Востока. Однако несмотря на то, что его вклад был оценен по достоинству, он вступил в спецназ не для того, чтобы преподавать язык. Он был, по сути, воином, и жаждал быть элитным бойцом, — как и те, кого он учил. Через несколько месяцев он подал документы на прохождение специальной подготовки, которая была обязательным условием для всех, кто хотел стать военнослужащим одной из небольших, тесно сплоченных групп специального назначения, которые должны были выводиться в тыл врага и вести там нетрадиционную войну. Однако его просьба ни к чему не привела.
В 1988 году Мохаммед подошел к своему командиру (подполковнику) и заявил ему, что он хочет использовать свой предстоящий тридцатидневный отпуск, чтобы отправиться в Афганистан и сражаться вместе с афганскими бойцами сопротивления против Советов. В то время Соединенные Штаты тайно поддерживали моджахедов, поставляя им оружие и снаряжение на сотни миллионов долларов. [11] Как и сегодня, агенты, работавшие тогда в Пакистане в 80-е годы, остро нуждались в американцах арабского происхождения, которые могли бы разговаривать на местных языках и спокойно перемещаться в пограничной зоне между Афганистаном и Пакистаном. Но вместо того, чтобы разглядеть в Мохаммеде безграничный потенциал, который он так явно представлял для нынешних и будущих операций на Ближнем Востоке, его командир увидел в нем лишь проблему и открыто называл его фанатиком. [12]
В газетных и телевизионных интервью после терактов 11 сентября командир, под началом которого Али Мохаммед проходил службу, приводил следующее обоснование этого: «Али Мохаммед был одержим борьбой против Советов», которую он описывал как «противоречащую всем армейским правилам». И добавлял, что когда он спросил Мохаммеда об убийстве Анвара Садата, тот ответил ему, что «Садат был предателем», а после «не проявил никакого раскаяния в смерти Садата». (2) [13] Его командир также утверждал, что он «писал рапорты, чтобы деятельность Мохаммеда расследовали, а затем отдали его под трибунал и депортировали». Все это показалось мне очень странным.
В 1988 году я был лейтенантом в подразделении рейнджеров, и то, что Мохаммед предлагал своему командиру, очень напоминало то, о чем большинство, если не все солдаты Сил специальных операций, с которыми я общался, размышляли и вокруг чего строили гипотезы в тот период. Как и большинство американцев, мы горячо верили в то, что моджахеды освободят свою страну от армии вторжения и освободят афганский народ от гнетущих оков коммунистической политической системы. Для тех из нас, кто служил в армии, существовал дополнительный и более ощутимый мотивирующий фактор — многие молодые американские солдаты были убиты или ранены во Вьетнаме благодаря советской помощи, поэтому помощь моджахедам казалась отличной возможностью свести счеты. Если бы возможность поехать в Афганистан и помочь моджахедам во время отпуска представилась мне или кому-нибудь из «кошек», с которыми я общался в подразделении рейнджеров, я уверен, что каждый из нас ухватился бы за нее.
Что касается якобы фанатичных взглядов Али Мохаммеда по отношению к Анвару Садату, то я вспомнил о президентских выборах в США в 2000 году, — если человека можно назвать фанатиком за то, что он заявил о своей неприязни к президенту своей страны, то, судя по некоторым наполненным ненавистью наклейкам на бамперах, радио-ток-шоу и демонстрациям, которые я сам видел и слышал в то время в Соединенных Штатах, в этой стране огромная проблема с фанатиками.
Несмотря на отрицательную реакцию своего командира, никаких записей о том, что он прямо приказал Мохаммеду не ехать в Афганистан, нет. По этой причине, а может быть, и благодаря ей, Мохаммед последовал зову сердца и отправился на поиски приключений в Афганистан. У нас есть только его версия о том, что происходило в его отсутствие, но через тридцать дней после отъезда он вернулся в Форт-Брэгг. Потрепанный и похудевший на двадцать фунтов, он вошел в кабинет своего командира и вручил ему сувенир из своей поездки — пряжку от советского армейского ремня, которую, как он утверждал, снял с убитого советского офицера.
Что он пытался сделать? Если он был двойным агентом, почему он рассказал своему командиру подразделения спецназа о том, что он только что сделал, вместо того, чтобы залечь на дно и держать свои истории об Афганской войне при себе? В этом не было никакого смысла. Была ли пряжка от ремня знаком его фанатизма, как описывал позже его командир, или это был жест отчаяния, чтобы доказать свою ценность как воина в надежде, что это, наконец, принесет ему обряд посвящения в элитное братство разведывательных групп спецназа? На ум пришел образ кошки или собаки, пытающейся угодить своему хозяину, бросая к его ногам изуродованную птичью тушку.
Каковы бы ни были его истинные намерения, это не сработало — никакого обряда посвящения для Али Мохаммеда не случилось. Его командир пришел в ярость, и Мохаммед снова получил суровый выговор за свои действия. Как солдат Армии США, он не имел права участвовать в вооруженном конфликте, кроме как официально в составе своего армейского подразделения, но игнорировать и увещевать его после возвращения, казалось, уже не имело особого смысла. Как бы тяжело сейчас ни было припомнить, но в 1988 году военная доктрина США была полностью ориентирована на разгром Советского Союза в вооруженном конфликте, и на этой доктрине была основана вся наша тактика, техника и способы действий. Мне представляется, что было бы неплохо хотя бы прислушаться к мнению кого-то, кто оказался достаточно изобретателен, чтобы отправиться из Северной Каролины в Афганистан и поучаствовать в реальных боевых действиях на земле против реальных советских войск.
Командир Али Мохаммеда, как и ФБР и ЦРУ до него, просто не смог этого разглядеть, — возможно, потому что Али Мохаммед был египтянином, а может потому, что он был гораздо старше (на тот момент ему было тридцать шесть лет). Но скорее всего, именно сочетание этих двух факторов и сделало Али Мохаммеда человеческим эквивалентом ножа с лезвием в четыре дюйма.
Получив от своего командира суровый выговор и столкнувшись с его стороны с холодным отношением, а также из-за отсутствия прогресса в своих неоднократных просьбах о переводе на службу в разведывательные группы спецназа, Али Мохаммед начал испытывать разочарование. Подобно воде, текущей сквозь скалы, жажда действий и приключений этого человека — предпочтительно в качестве американского агента — должна была быть утолена, и вопрос, когда он найдет свой путь наименьшего сопротивления, чтобы дойти до цели, был лишь вопросом времени.
Осенью 1989 года Али Мохаммед с почетом уволился из Армии США (3) и вскоре получил американское гражданство. Он вернулся в Санта-Клару, штат Калифорния, продолжая числиться в резерве армии США, и пытаясь устроиться в ФБР в качестве переводчика, но в конечном счете потерпев неудачу.
На том этапе своей жизни Али Мохаммед обладал уникальными навыками и знаниями: свободно владел четырьмя языками, прошел службу в спецназе, получил боевой опыт в Афганистане, являлся гражданином США, и был арабом, физически крепким, внешне привлекательным и умным. Если рассматривать его биографические данные в совокупности, то он попадал в категорию «наиболее желанных сотрудников» практически для любой организации, действовавшей на мировой арене в то время, будь то бизнес, дипломатия, шпионаж, вооруженные силы или террористические группы, и одному из этих потенциальных работодателей не понадобилось много времени, чтобы это заметить. Организация, признавшая его уникальные способности, вышла на него во многом так же, как она вышла на Джона Уокера Линда и на всех других американских джихадистов — через сеть мечетей в Соединенных Штатах. В 1989 году Али Мохаммед забрел в мечеть Аль-Фарук в Нью-Джерси и был встречен там с распростертыми объятиями. Мечеть Аль-Фарук являлась родным домом для некоторых членов того братства, которое в конечном итоге станет «Аль-Каидой». Эта группа искала кого-то, кто мог бы обучать ее членов владению оружием и тактике. Али Мохаммед был именно тем, кого они искали, и в скором времени он превзойдет все их самые смелые ожидания. То есть террористы, но уже с другой стороны, думали о том же самом ноже с четырехдюймовым лезвием, но только как о мощном инструменте террора и принуждения.
Али Мохаммед нашел свой путь наименьшего сопротивления. Вот что я выяснил о его жизненном пути с того дня: [14]
• 1990 год: Али Мохаммед предпринимает еще одну попытку вступить в ФБР в Сан-Франциско, но получает лишь гонорар в качестве переводчика.
• 5 ноября 1990 года: один из мужчин, которых Али Мохаммед обучал стрельбе на полигонах Нью-Джерси, Эль Саид Нуссар, арестован после убийства ортодоксального еврейского раввина Мейера Кахане. (4) Когда власти обыскали дом Нуссара, они нашли учебные пособия армии США, секретные документы и видеозаписи разговоров, которые Мохаммед вел в специальном учебном центре имени Дж. Кеннеди в Форт-Брэгге. (5)
• 1992 год: Али Мохаммед едет в Хост, Афганистан, обучает боевиков «Аль-Каиды» основам военной подготовки и создает там себе репутацию жесткого инструктора, который очень строг, но в то же время очень опытен.
• 1993 год: по просьбе лидеров «Аль-Каиды» Али Мохаммед ведет визуальное и фотографическое наблюдение за посольством США в Найроби, Кения.
• 1994-1996 годы: заместитель УБЛ Мохаммед Атеф отказывается сообщить Али Мохаммеду, под каким именем и паспортом он передвигается. Террорист-смертник, захваченный у посольства США, Луссен Херчту, (6) давая показания в американском суде в феврале 2001 года, заявил, что Атеф «не хотел, чтобы Абу Мохаммед аль Амрики [Али Мохаммед Американец] узнал его имя, потому что он [опасался], что, возможно, тот сотрудничает с Соединенными Штатами или правительствами других стран». [15] Остальные захваченные террористы позже покажут, что после 1994 года у Али Мохаммеда возникали многочисленные ссоры с лидерами «Аль-Каиды» по широкому кругу вопросов, начиная от его обращения с деньгами и заканчивая его предполагаемыми связями с ФБР. [16] Многие из его товарищей-террористов также называли его плохим мусульманином, который недостаточно фанатичен.
• 1996 год: Али Мохаммед помогает обеспечивать безопасность УБЛ и переезд его семьи из Судана в Афганистан.
• 1998 год: взрываются посольства США в Кении и Танзании. Через две недели агенты ФБР, используя ключ, предоставленный управляющим дома, где находилась квартира Мохаммеда в Сакраменто, штат Калифорния, обыскивают ее. На жестком диске его компьютера, представленном в качестве вещественного доказательства на суде, содержались файлы и фотографии террористической ячейки, которую он создал в Найроби, а также многочисленные инструкции по подготовке террористов. 10 сентября 1998 года Мохаммед был арестован. [17]
В судебных документах ФБР указывало, что в период с 1990 по 1998 год его агенты допрашивали Мохаммеда по меньшей мере три раза. Так как же человек мог являться ключевым участником самой дьявольской террористической деятельности «Аль-Каиды» в 1990-х годах, одновременно с этим добровольно сотрудничать с ФБР, и не быть убитым или заключенным в тюрьму ни одной из сторон? Было ли это поведение высокообразованного и фанатичного двойного агента, как это принято считать сегодня, или существует какое-то иное объяснение?
Существовал только один способ выяснить это: встретиться лицом к лицу с человеком на земле.
Чтобы отделить факты от вымысла при разговоре с ним, я планировал использовать свои контрразведывательные навыки. За несколько лет до этого я прошел коммерческий курс противодействия сбору разведывательной информации. Этот курс, преподаваемый отставными оперативными сотрудниками ЦРУ, к тому моменту стал популярным среди полицейских департаментов по всей территории США [18]. В основу курса положено применение методов нейролингвистики для установления взаимопонимания и выявления обмана при противодействии выведывания у вас разведывательной информации. Основная предпосылка такого подхода состоит в том, что лучший способ определить, лжет ваш собеседник или пытается обмануть, — это распознать закономерности его или ее телодвижений. Забудьте о движениях глаз: некоторые люди обычно закатывают глаза, а некоторые просто любят проверять свою обувь, и ни один из этих индикаторов не является точным признаком правды или обмана, — но такими признаками являются подсознательные движения частей тела в сочетании с ответными реакциями. Когда люди говорят правду, их движения плавные, естественные и спокойные, но когда они прибегают к обману или не уверены в том, что говорят, их тела выдают их, и они производят едва уловимые, резкие движения — инструкторы называют это «отрывом от базы». Все эти признаки характерны для взаимоотношений между представителями разных культур и между мужчиной и женщиной, и поэтому они эффективны в любой части мира. На обучающем видео, использованном в ходе курса, который я посещал, был показан отрывок беседы О. Джей Симпсона, (7) отвечавшего на вопросы двух детективов Чикагского полицейского управления на следующий день после убийства его бывшей жены и ее друга. Это была обычная беседа: О. Джей еще не был настоящим подозреваемым — он был богат, знаменит, и у него было все — в конце концов, зачем ему убивать кого-то? На начальных этапах беседы О. Джей был очень спокоен, он находился на своей базе. Но когда его спросили о том, где он находился во время убийства и как он порезал руку, он покачнулся и утратил равновесие, пояснив, что его не было рядом с местом убийства, и что он порезал руку, когда разбил стакан в раковине отеля. Джей лгал.
Но то был учебный класс, и я должен был проверить этот подход в реальном мире. Поэтому я включил контрразведывательные навыки в свой репертуар работы с разведывательными источниками и платными информаторами, работая по всему миру, и такой подход много раз доказывал свою ценность.
Таким образом, вооружившись ведьминым варевом из фактов, вымыслов, предположений и допущений об Али Мохаммеде и его сложном жизненном пути, я был готов встретиться с ним в тюрьме строгого режима, где он находился. Не было ни фанфар, ни бюрократической волокиты, через которую нужно было бы проходить — оглядываясь назад, я полагаю, что этот парень мало кому был интересен или, если уж на то пошло, едва ли кто-то его навещал. Тюрьма располагалась в самом центре огромного мегаполиса. В десяти футах от газетного киоска, у которого толпились деловые люди, я прошел через толстую входную дверь из тонированного стекла и оказался прямо перед будкой охраны из пуленепробиваемого стекла. Одетый в спортивный пиджак и галстук, с длинными волосами и козлиной бородкой, я просунул в щель свое армейское удостоверение. Поначалу охранники отнеслись ко мне с некоторым недоверием, но после подвинули мне папку-планшет и сказали, что я должен подписаться под отказом от безопасности, признав тем самым, что если меня возьмут в заложники во время тюремного восстания, тюрьма не будет нести ответственности за то, что со мной случится. Это был весьма странный способ указать мне на то, что пришло время переключить свое мышление с режима «я иду через безопасный американский город» в режим «я собираюсь войти здание, полное отчаянных преступников». Ситуационная осведомленность — это знание того, что происходит вокруг вас.
Я никогда раньше не был в тюрьме строгого режима, поэтому не знал, чего ожидать. Но больше всего мне запомнилось стерильность этого места. Все было либо сделано из нержавеющей стали, либо выкрашено в белый цвет, и все было либо округлым, либо совершенно плоским. Ни дверных ручек, ни ручек, ни ножек стульев — никаких выступов, которые можно было бы сломать или переделать для использования в качестве оружия.
Охранник проводил меня в комнату для свиданий, где я уселся на белый пластиковый стул, ножки которого были закреплены на полу. Комната была залита солнечным светом, но толстые стены и небьющиеся окна полностью изолировали комнату от шумного города, находящегося всего в нескольких футах от нее. Через пару минут ожидания большая стальная дверь слева от меня открылась, и вошел Али Мохаммед. Одетый в оранжевый комбинезон и цепи на ногах, он целеустремленно прошаркал к своему месту и сел за стол напротив меня. Он был совсем не похож на свою фотографию, но я давно понял, что очень немногие люди выглядят так, как на фото. Его руки были свободны. Интересно, вы пожимаете руку террористу, когда впервые встречаетесь с ним? Мне заранее сообщили, что Али Мохаммеду ничего не скажут ни о месте моей работы, ни о моих целях. Он знал только, что я государственный служащий, который хочет задать ему несколько вопросов.
Он протянул руку через стол.
— Привет. Что вы делаете, чтобы оставаться в такой отличной форме? — спросил он на безупречном английском без акцента.
— Ничего, — ответил я, сцепив руки на столе, затем убрал их назад и положил на бедра. Он пытается выяснить, из какого я правительственного учреждения, — подумал я. Если бы я честно рассказал ему о своей интенсивной тренировке, он бы сразу же принял меня за парня из спецназа. В следующий раз оставайся на своей базе, — выругал я сам себя.
Я объяснил ему, что читал его статью, и это, казалось, успокоило его — авторам нравится знать, что кто-то действительно читал их работу. Я достал из портфеля папку с картами и фотографиями и положил ее на стол. Перед ним лежал блокнот размером восемь на четырнадцать дюймов примерно с сотней перевернутых страниц, испещренных рукописными заметками, которые он продолжал делать по ходу нашего разговора. Может быть, он пишет книгу? — подумал я.
Безо всякой подсказки он сразу же погрузился в свои мысли о текущей ситуации в Афганистане. Тюрьма, должно быть, давала заключенным неограниченный доступ к телевидению, потому что он имел самую свежую информацию о том, что там происходит. Я вытащил свою карту Афганистана и Пакистана, и он немедленно ткнул руками на участок вокруг пограничного региона между двумя странами.
— Как мы можем найти «Аль-Каиду» в Афганистане? — спросил я.
Он посмотрел на меня и улыбнулся, как бы говоря: «я думал, ты никогда не спросишь». Он сориентировал карту и провел пальцем вдоль пятисотмильной непрерывной цепи гор выше и ниже городов Гардез и Хост (см. карту 3).
— Вот куда вы должны идти, — сказал он. — Вы хотите найти «Аль-Каиду» и УБЛ, да? — Я небрежно кивнул головой. — Хорошо, тогда это именно то место, куда вам нужно идти.
С минуту он помолчал, затем продолжил:
— Идите на афганскую границу и спрашивайте у пастухов, потому что арабы должны есть баранину, чтобы выжить. Спрашивайте у владельцев магазинов, потому что арабы употребляют специальные специи, которые афганцы используют редко. Спрашивайте у менял, потому что арабы получают деньги из дома курьерами, и всегда конвертируют их в доллары. Спрашивайте таксистов, потому что мало кто из арабов водит машину, и никто не тащит автомобиль в Афганистан! [19]
Я записывал так быстро, насколько мог. Поучаствовав в паре сотен миссий по охоте на людей, я понял, что это были за советы — это были советы обычного гения. Самый мудрый человек на земле всегда прислушается к мнению других людей на земле.
Пока он рассказывал, я жалел, что не могу подключить его к громкой связи, чтобы каждый солдат, каждый агент и каждый руководитель в Вашингтоне, который был вовлечен в афганскую операцию, мог лично слышать жемчужины неявного знания, слетавшие с уст этого парня. Неявное знание — это контекстуализированное знание о людях, местах, идеях и опыте. У него же неявное знание было накачано стероидами — он говорил мне, куда идти, что делать, когда я доберусь туда, и как выполнить мою задачу. Вот почему я пришел сюда — чтобы докопаться до кладези настоящих самородков, до которых можно добраться только через личный разговор. Вы должны давать человеку возможность рассказать свою историю.
В течение следующих трех часов я задавал ему вопросы, оспаривал его ответы и выслушивал Али Мохаммеда, пока он рассказывал мне об УБЛ, «Аль-Каиде», своей жизни, своих мотивах и своих мечтах. При этом он никогда не отрывался от своей базы. Он внимательно наблюдал за моими реакциями, с анализировал их, и всякий раз, когда я задумывался или сомневался в каком-либо из его ответов, он быстро бросал мне вызов: «Если вы мне не верите, позвольте мне отвести вас туда самому». Потом добавлял: «Вы можете убить меня, если выясните, что я лгу».
— Возьмите меня с собой в Северо-Западную пограничную провинцию, я найду его.
— И как же? — спросил я.
— Вы должны задавать правильные вопросы и следовать советам, — ответил он мне. Он был тверд как скала — никаких дерганий.
В свое время психологи, работавшие на американское правительство, разработали простое мнемоническое правило для описания основных мотиваторов людей, готовых предать свою страну или организацию, в которой они работают. Оно было выработано на основе сотен исторических примеров за последние пятьдесят лет (включая Олдрича Эймса, самого известного «крота», когда-либо проникавшего в недра ЦРУ) (8). Этот принцип, известный под названием «Мышь», означает деньги, идеологию, принуждение и эмоциональное возбуждение. (9) Иногда идеологию подменяют интриги. Из показаний захваченных в плен товарищей Али Мохаммеда по «Аль-Каиде» было известно, что им двигали не религия и не деньги. Мы также знали, что на него не оказывалось никакого давления ни со стороны Соединенных Штатов, ни со стороны «Аль-Каиды». Так что же тогда побудило его работать на обе стороны в виде фальшивого двойного агента?
Когда я сидел напротив него и слушал, до меня начало доходить, что его жизненный опыт привил ему совершенно иной набор ценностей и убеждений, чем у меня. Он небрежно рассказывал о том, как обучал боевиков «Аль-Каиды» совершению террористических актов, и тут же плавно переходил к объяснению своей готовности работать агентом под прикрытием, чтобы проникнуть и захватить тех же террористов. Я начал понимать, что он обладал тем, что иногда называют «моральной гибкостью» —качеством, обычно встречающимся у закоренелых преступников, киллеров и экономических мошенников. Мохаммед был человеком, который мог рационализировать почти любое свое поведение, обосновывая его обстоятельствами текущего момента, которые для него были гораздо важнее, чем обычные различия между добром и злом или правдой и ложью. В остальном же он не так уж сильно отличался от меня и многих других парней, с которыми я работал. Он был авантюристом, генетически зависимым от острых ощущений, вызываемых как охотой, так и погоней, и одновременно индивидуалистом, тем, кто проявляет большую независимость в мыслях и действиях.
Точки начали сливаться в единый узор. Он говорил с благоговейным почтением, постоянно упоминая о тайных организациях и секретных миссиях. Он редко упускал возможность отдать дань уважения секретным агентам, и выразить свое восхищение ЦРУ и ФБР — теми организациями, которые он называл «всемогущими». И тут меня осенило. Это была недостающая часть головоломки Али Мохаммеда.
Чем больше я слушал то, что он мне рассказывал, и чем больше я размышлял об этом в контексте его жизненного пути, тем больше я понимал, что реальная или предполагаемая интрига, волнение и приключения, присущие становлению секретного агента США, являлись общей красной нитью, которая вплеталась в его модель, казалось бы, необъяснимого жизненного поведения, а его моральная гибкость была тем качеством, которое позволяло ему делать это так эффективно.
Он не был фанатиком, как справедливо полагали его собратья из «Аль-Каиды». Он также не был двойным или тройным агентом, как это до сих пор пропагандируется в большинстве книг, документальных фильмов и устоявшихся взглядов. Вместо этого Али Мохаммед был авантюристом и индивидуалистом, с определенной моральной гибкостью, который верил, что, сохраняя свои возможности в качестве террориста, он повысит свою ценность, и соответственно, увеличит свой потенциал стать секретным агентом американским спецслужб. Сегодня его допрашивали в ФБР, а на следующий день игнорировали. Сегодня ему поручили вести наблюдение за посольством в Найроби, а на следующий день ему доверили ключевую информацию о лидерах «Аль-Каиды». Он перестраховывался и развивал ситуацию на обоих фронтах, надеясь найти варианты, которые позволят ему проложить свой жизненный путь. Это была своего рода продвинутая версия того же самого поведения с пряжкой ремня, которое он продемонстрировал в Форт-Брэгге, надеясь, что, возможно (только возможно!), его верительные грамоты как террориста-инсайдера найдут признание у его американских кураторов и он пройдет обряд посвящения в секретные агенты.
В конце концов, Али Мохаммеду так и не представилась возможность стать американским агентом, а без этого у него не оставалось другого выбора — он выбрал единственный доступный ему вариант, вариант работать на «Аль-Каиду». Животное без клейма принадлежит первому человеку, который ставит на него клеймо.
Со своей первой личной встречи с Али Мохаммедом я ушел обнадеженным. По мере того как события в Афганистане продолжали разворачиваться, я все больше убеждался в том, что информация, которой он поделился, заслуживает доверия. 12 декабря 2001 года перехваченная радиограмма подтвердила, что УБЛ действительно скрывается в Тора-Бора, а в своем исходном документе Али Мохаммед советовал искать УБЛ в Тора-Бора еще в начале октября, за два месяца до прибытия туда первых американских войск. Он оказался прав насчет того, как проникнуть в Афганистан, он оказался прав насчет спящих ячеек, и он оказался прав насчет Тора-Бора — это был образец точных советов и прогнозов. Дедуктивные рассуждения подсказывали мне, что остальная информация, которую он предоставил, вероятно, тоже является точной.
Я чувствовал, что обладаю уникальной квалификацией для решения самых сложных и комплексных задач, стоявших перед нашей страной в то время. Все, что мне было нужно — это боевая задача. И благодаря всем моим усилиям, я был близок к тому, чтобы получить ее.

ВЫУЧЕННЫЙ ОСНОВОПОЛАГАЮЩИЙ ПРИНЦИП:

Представьте возможности человека на земле

Истории военных подрядчиков, афганского генерала и Али Мохаммеда — все это случаи удивительной синергии между вашим воображением и теми знаниями, которые несут люди на земле. Представьте себе потенциал каждого как человека на земле. Представьте себе, как искать людей на земле. Представьте себе, каким образом их использовать.
Наглядным уроком полезности этого руководящего принципа стал переломный момент, случившийся в середине 90-х годов. В то время и «Аль-Каида», и правительство США, были объединены общим интересом к Али Мохаммеду. Обе стороны признали, что Али Мохаммед обладает уникальными навыками и опытом, позволяющими обеспечить исключительно своекорыстные интересы каждой из сторон. Обе стороны независимо друг от друга пришли к одному и тому же выводу: Али Мохаммед не относится к тому типу людей, которым они могли бы доверять и превратить в полноправные члены своих соответствующих организаций. Переломным моментом стало то, как обе стороны отреагировали на это. Лидеры «Аль-Каиды» смогли не обращать внимания на отсутствие у Али Мохаммеда мусульманского фанатизма и его беспорядочные связи с правительством США, потому что они не представляли, как могли бы достичь своих конечных террористических целей без прикладных знаний и навыков, которыми обладал только он. С другой стороны, представить что-то подобное американские правительственные кураторы Али Мохаммеда просто не смогли. Результатом этого переломного момента стало 11 сентября. Али Мохаммед не был непосредственно причастен к проведению терактов 9/11, но легко представить, как он мог бы помочь их предотвратить.
Единственный способ, с помощью которого мы можем разглядеть подобного рода события, разворачивающиеся до того, как они станут явными, — это смотреть на мир вокруг нас умами и глазами других людей. Людей, которые прошли определенный жизненный путь, жили определенным образом жизни и обладают определенным психосоциальным складом ума, который вам необходим. Они очень редко лепятся из того же теста, что вы и я.

Постскриптум

Министерство грязных трюков также проводило мозговой штурм в поиске идей, как наилучшим образом использовать знания Али Мохаммеда об обстановке на местах в целях будущих операций в глобальной войне против террористов. Вот три рабочих варианта, которые были придуманы в министерстве:
Вариант 1: Вариант Змея Плискина, основанный на фильме Побег из Нью-Йорка. (10) [Q] Мы говорим Али Мохаммеду, что принимаем его предложение освободить его из тюрьмы, чтобы позволить ему проникнуть в некоторые страны с целью поиска УБЛ, но отводим его в медицинский кабинет и делаем вид, что вводим ему огромную иглу для инфузии. Когда он спрашивает, что это, мы отвечаем, что только что ввели ему капсулу с ядом замедленного действия, которая рассосется через четыре-шесть недель и яд убьет его, если он не вернется к своему куратору за спасительной сывороткой. Если он добивается успеха и предоставляет информацию или доказательства местонахождения УБЛ, мы пересматриваем его приговор, но в любом случае, его заставляют поверить, что он должен вернуться за противоядием.
Вариант 2: Вариант передвижного Али Мохаммеда. Его переводят в тюремную камеру, расположенную в центре временного содержания под стражей в Афганистане. Там ему дают возможность наблюдать за допросами (например, через одностороннее стекло), во время которых он дает рекомендации по противодействию ложным ответам, оказывая тем самым помощь в проведении допросов. Его советы относительно достоверности информации и контекстуальные знания заставляют заключенных думать, что допрашивающие их знают гораздо больше, чем это есть на самом деле. Если его советы оказываются ценными, он может получить отсрочку приговора.
Вариант 3: Вариант блога Али Мохаммеда. Ему выделяется компьютер, у которого есть доступ только к специальному блогу, куда может зайти любой, кто участвует в операциях в Афганистане и Ираке. Каждый может задавать ему вопросы и обсуждать с ним идеи. Его первоначальный документ по-прежнему является самой информативной частью аналитической информации, которая у нас есть, в то время, как блог Али Мохаммеда оптимизирует потенциал мудрости всех участников операции. Возможно, мы могли бы придумать какой-то долгосрочный стимул, который дал бы возможность сократить его срок, основываясь на отзывах посетителей его блога!

ПРИМЕЧАНИЯ:

(1) Игра слов. Слово Maverick (одиночка, индивидуалист), используемое автором, так же означает зверя, живущего вне стаи.
(2) Анвар Садат — — египетский государственный и военный деятель; президент Египта с 1970 по 1981 год. Убит 6 октября 1981 года группой заговорщиков, отомстивших ему за сближение с Израилем.
(3) Официальная формулировка, самый почетный статус увольняемого военнослужащего.
(4) Меир Давид Кахане — американский и израильский общественный, политический и религиозный деятель, депутат Кнессета 11-го созыва, публицист, еврейский националист. Убит в 1990 году в Нью-Йорке в результате теракта. На его похороны в Иерусалиме пришло, по разным оценкам, от 20 до 50 тысяч человек.
(5) Основной учебный центр Сил специального назначения Сухопутных войск США.
(6) Луссен Херчту (L’Houssaine Kherchtou, другие имена — Абу Заид аль-Магреби, Абу Талал). Марроканец, один из первых участников «Аль-Каиды», присоединившийся к ней в 1991 году. Вместе с показаниями другого участника этой организации, Джамала аль-Фадла, его показания составляют основную часть информации, известной о первых годах существования исламистской группировки.
(7) О. Джей. Симпсон — американский актёр и профессиональный игрок в американский футбол, в 1985 году Симпсон был включён в Зал Славы профессионального американского футбола. Получил известность после того, как был обвинён в убийстве своей бывшей жены и случайного свидетеля преступления. В ходе громкого и скандальное судебного процесса Симпсон был оправдан судом присяжных.
(8) Олдрич Хейзен Эймс — бывший начальник контрразведывательного подразделения и начальник советского отдела управления внешней контрразведки ЦРУ, на протяжении девяти лет являвшийся агентом советских и российских спецслужб. Один из самых ценных агентов в истории советской и российской разведки.
(9) Аббревиатура MICE (от слов money, ideology, coercion, excitement).
(10) «Побег из Нью-Йорка» — американский независимый фантастический художественный фильм 1981 года. Действие фильма разворачивается в будущем, в 1997 году, когда Соединённые Штаты Америки захлестнула волна преступности, а остров Манхэттэн превращен в тюрьму строгого режима. Главный герой, бывший солдат Змей Плискин получает задание в течение 24 часов спасти президента США, который попал на территорию тюрьмы, и был взят в плен заключёнными.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Пит Блейбер. Миссия, люди и я
СообщениеДобавлено: 06 окт 2020, 10:52 

Зарегистрирован: 08 апр 2020, 14:13
Сообщений: 68
Команда: Нет
Таким вот образом, мы плавно добрались до крайней, 4-й части книги, в которой будут описаны события, происходившие в Афганистане.

***

ЧАСТЬ 4

ГЛАВА 13

НА ЗЕМЛЕ АФГАНИСТАНА

НА ГРЕБНЕ ХАОСА

Ноябрь 2001 года

Возможно, один из наименее признанных и наиболее неправильно понимаемых аспектов боя заключается в том, что истинные моменты боевого гения почти всегда проявляются в периоды полного хаоса. У нас в подразделении для таких моментов было специальное название: мы называли их активными оперативными точками. Они обычно возникают на ранних стадиях сражения или операции, или во время непредвиденных обстоятельств, таких как внезапные нападения или несчастные случаи. Именно во время этих активных оперативных точек инициативные воины распознают в хаосе момента возможности и вырываются из тюрьмы плана и оков иерархии, чтобы достичь эффекта, несоизмеримого с затраченными усилиями.
Американская военная история изобилует подобными примерами. Людям, которые высадились на парашютах в Нормандии до дня «Д», сопутствовал успех не потому, что кто-то руководил каждым их шагом, и не потому, что они следовали тщательно разработанному плану. Вместо этого они добились успеха, потому что были выброшены в неправильных местах, оказались в отрыве от своего командования и коллективно решили не следовать плану. В хаосе момента они вводили новшества, приспосабливались к обстановке и проявляли дерзость. В результате немецко-фашистские войска были совершенно сбиты с толку, дезориентированы и быстро развалились.
В последние месяцы 2001 года та же картина хаоса и гениальности в сражении проявилась и в Афганистане. В конце ноября одна из самых мощных инициативных боевых комбинаций, когда-либо самоорганизовывавшихся на поле боя, воспользовалась хаосом момента, чтобы добиться одного из самых удивительных боевых успехов в истории войн.
Когда призрачные парашютисты «падали» с неба и «растворялись» в пустыне на юге, бесстрашные офицеры ЦРУ соображали нечто из ничего, организуя и снабжая вдохновленное ополчение Северного Альянса, в то время как небольшие, быстро приспосабливающиеся к обстановке группы спецназа, иногда вступавшие в бой верхом, направляли как ополченцев, так и весь свой арсенал, падавший с неба, против своего противника. [1] Сбитый с толку и дезорганизованный, несчастливый враг быстро проиграл.
Эти поразительные успехи на поле боя не были плодом какого-то мастера-стратега, стоящего на вершине холма и выкрикивавшего приказы. И они не исходили из общего генерального плана — их не существовало. Вместо этого они были порождены в активной оперативной точке, когда менее чем у пятисот военнослужащих Сил спецопераций и оперативников ЦРУ были развязаны руки, чтобы сделать то, что американские воины на протяжении всей истории всегда умели делали лучше всего: развивать ситуацию. [2]


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Пит Блейбер. Миссия, люди и я
СообщениеДобавлено: 06 окт 2020, 11:49 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 23 ноя 2012, 10:58
Сообщений: 1264
Команда: FEAR
Спасибо, крайне любопытная история Али.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Пит Блейбер. Миссия, люди и я
СообщениеДобавлено: 06 окт 2020, 14:18 

Зарегистрирован: 08 апр 2020, 14:13
Сообщений: 68
Команда: Нет
Bjorn писал(а):
Спасибо, крайне любопытная история Али.


Я вообще не понимаю, как после 9/11 люди из ЦРУ его не "выпотрошили"....
Мне более интересен ход мыслей Блейбера и его работа с источниками...


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Пит Блейбер. Миссия, люди и я
СообщениеДобавлено: 06 окт 2020, 22:12 
Модератор
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 02 ноя 2012, 07:50
Сообщений: 4210
Команда: A-344
Цитата:
Я вообще не понимаю, как после 9/11 люди из ЦРУ его не "выпотрошили"...


ЕМНИП они ему тупо не поверили

_________________
XA2


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Пит Блейбер. Миссия, люди и я
СообщениеДобавлено: 07 окт 2020, 22:05 

Зарегистрирован: 08 апр 2020, 14:13
Сообщений: 68
Команда: Нет
Deus Vult писал(а):
Цитата:
Я вообще не понимаю, как после 9/11 люди из ЦРУ его не "выпотрошили"...


ЕМНИП они ему тупо не поверили


Видимо да... Из серии "история слишком затейлива, чтобы быть правдой"..
А после 9/11, наверно, стало не до него...


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Пит Блейбер. Миссия, люди и я
СообщениеДобавлено: 15 окт 2020, 15:36 

Зарегистрирован: 08 апр 2020, 14:13
Сообщений: 68
Команда: Нет
ГЛАВА 14

ЕСЛИ РЕАЛЬНОСТЬ НЕ РАЗДЕЛЯЮТ — ЭТО НЕ ЯВЛЯЕТСЯ РЕАЛЬНОСТЬЮ

Декабрь 2001 года


К концу декабря ситуация в основных афганских городах — Кандагаре, Кабуле и Мазари-Шарифе — нормализовалась, если вообще уместно говорить о нормализации там, где ее не было вот уже более двадцати лет. Что касается остальной части страны, никто не имел ни малейшего понятия, что там происходит — ни один житель Запада не появлялся в приграничных районах Афганистана, где теперь скрывался враг, с конца 70-х годов. Чтобы найти противника и во всем разобраться, Соединенным Штатам нужно было высадить людей в неисследованных пограничных районах. Именно там зародилась концепция АФО. [1]
АФО означает «операции передовых сил». (1) До событий в Афганистане, этот термин был скорее глаголом, чем существительным, и описывал то, что небольшие группы Сил специальных операций должны были делать во вражеской стране в рамках подготовки к потенциальным будущим операциям. [2] Если высказывание, что необходимость является матерью изобретения, является правдой, то применительно к Афганистану отцом являлось провидение, поскольку АФО, — процесс, который оказал, пожалуй, наибольшее влияние на операции в Афганистане, — в этой стране вообще не планировался; это просто произошло. [3] Не было ни боевого расписания, ни организационной структуры, ни бюджета, и, — что было для меня лучше всего, — не было никаких реальных запретов или ограничений на создание любого из вышеперечисленных элементов. Активная оперативная точка была все еще открыта.
«Отправьте несколько человек на границу, чтобы выяснить, что происходит», —сказал нам генерал Томми Фрэнкс. Будучи главнокомандующим Центральным командованием Вооруженных Сил США, генерал Фрэнкс руководил всеми американскими войсками в Афганистане. «Найдите врага, а потом убейте или захватите его», — добавил он. Для меня это было более чем достаточно, это был чистый холст, на котором я мог рисовать все, что требовалось для выполнения задачи. Создам ли я шедевр или кусок дерьма, будет зависеть исключительно от моей способности применить все те выученные руководящие принципы, которые я усвоил за годы работы мастером военного искусства.
Мой самолет приземлился на авиабазе Баграм (см. карту 3), в тридцати милях к северу от Кабула, и зарулил на стоянку между двумя ржавыми советскими МиГами, явно знававшими лучшие времена. Двигатели самолета все еще ревели оглушительными децибелами, но гидравлическая рампа в задней части уже медленно опускалась, открывая нам леденящую кровь черноту афганской зимней ночи. Единственное, что я смог разглядеть, — вращающийся на расстоянии нескольких сот метров круг мигающего красного света. Это, должно быть, Джимми.
Как и у всех в АФО, у Джимми не было официального титула. Можно сказать, он был моим заместителем. Джимми был один из тех парней, которых помнят все. Обладатель красивого, будто сошедшего с рекламного щита, лицом, теперь покрытым густой черной бородой, он нравился почти всем, кто его встречал.
— Салам алейкум, Пантера! — проревел он.
— Салам алейкум, Джимми! Ты выглядишь как настоящий горец, — ответил я ему, когда мы пожали друг другу руки, исполнив ритуал традиционного воинского приветствия. Его глаза загорелись, и он сказал, указывая на меня:
— Располагайся где угодно.
Я был искренне рад, что Джимми будет работать со мной. Он принадлежал к редкой породе солдат: исключительно подготовленный физически, обладавший здравым смыслом, умный и превосходный организатор. В отличие от многих из нас, Джимми был так же смертоносен с клавиатурой и ручкой, как и с ножом и пистолетом. Лучший из всех, Джимми был тем, кого Малкольм Гладуэлл (2) называет «соединителем», — человеком, который необычайно одарен в том, чтобы заводить друзей и знакомых, а затем связывать их вместе, создавая продуктивную сеть. [5] С постоянно растущим, будто из рога изобилия, количеством организаций и подразделений, с которыми будет взаимодействовать АФО, навыки Джимми в качестве соединителя окажутся столь же важными для нашего успеха, как и любое оружие, радио или тактика. После двухсуточного сидения на заднице в самолетах, мне очень нужно было размять ноги, но мне также нужно было узнать у Джимми последние новости, поэтому он и я сделали то, что будем делать по всему Афганистану на протяжении следующих ста дней: мы отправились на долгую прогулку и поговорили.
Так было, когда я вернулся в Афганистан в начале декабря 2001 года. На местах царила большая неопределенность: страна нуждалась в восстановлении, а террористическая сеть нуждалась в том, чтобы ее нашли и уничтожили. Я понял, что должен сделать две вещи: я должен развить ситуацию, чтобы найти и уничтожить врага, и я должен был создать и возглавить организацию, чтобы осуществить это. Это была моя миссия!
На следующий день мы отправились к границе, чтобы изучить местность, встретиться и послушать наших людей, находившихся на земле. На том этапе войны другими ключевыми игроками в Афганистане были 5-я армейская группа специального назначения и ЦРУ. Обе организации уже напали на след противника, и продвигались к границе, чтобы вербовать и обучать афганских ополченцев, одновременно выискивая любую полезную информацию о противнике. [6]
АФО состояла примерно из сорока пяти человек на всю страну, организованных в шесть групп и разбросанных по 647 тысячам квадратных километров Афганистана. (3) Большая часть сотрудников АФО прибыла из «Дельты», но поскольку эта работа являлась главным приоритетом генерала Фрэнкса, мы смогли привлечь лучших из лучших из Сил специальных операций ВМС и ВВС. [7] Все эти люди были закаленными ветеранами других многочисленных операций, и лишь немногие из них были моложе тридцати лет. И это был отнюдь не малозначащий фактор. Как может подтвердить любой солдат на протяжении всей военной истории, не существует коротких путей к обретению боевой мудрости. Ее познание требует путешествия по длинной, извилистой и полной опасностей дороге реального жизненного опыта. Боевой опыт обеспечивает контекст, а контекст обеспечивает здравый смысл. Эти люди обладали еще двумя достоинствами. Первое — это боевые навыки: все они обладали отличными навыками ведения стратегической разведки. И второе — образ мышления: все они были в высшей степени гибкими.
В то время большинство групп АФО действовали либо автономно, либо в непосредственной близости от групп спецназа и ЦРУ, которые теперь работали вместе в так называемых «пилотных группах». (4) [8] Группа АФО в Ургуне (см. карту 3) была исключением — она уже вместе с группой спецназа и сотрудниками ЦРУ сформировали пилотную группу, работавшую в данном районе. И никто им этого не приказывал — они делали это, потому что это имело смысл.
Когда я прибыл, пилотная группа в Ургуне, располагаясь целиком в просторном, обнесенном глинобитными стенами доме, была занята развитием ситуации. Высокие, мускулистые мужчины с длинными волосами, варварскими бородами и темными очками сновали по лагерю, как муравьи. Никто, казалось, не нуждался в отдельной задаче. Эти люди уже сформировали у афганцев первое впечатление, по которому большинство жителей пограничных провинций оценивали американцев.
Ургун являлся одним из наших ближайших форпостов к пакистанской границе. Возможно, из-за такой близости вражеская активность в этом районе была постоянной, что делало конспиративное убежище в Ургуне не таким уж и безопасным. Местность здесь характеризовалась одной важной особенностью, отсутствующей в других районах Афганистана: наличием деревьев. Здесь не было лесов, но зеленые холмы, которые определяли характер местности, усеивали тысячи рощ. Каким-то образом этот район страны во время советско-афганской войны избежал ненасытных топоров голодающего и замерзающего населения.
На третий день моего пребывания в конспиративном доме в Ургуне, Рекс, командир группы АФО, разбудил меня на рассвете и сообщил, что местный афганский полевой командир, с которым я встречался два дня назад, стоит у главных ворот и просит личной встречи с «американским командиром». [9] Установление отношений и создание альянсов с местными полевыми командирами в то время было главным приоритетом, и группа стремилась привлечь именно этого полевого командира в свои ряды. Два десятилетия непрекращающейся гражданской войны привели к уничтожению практически всех центральных государственных институтов в Афганистане и вакуум власти заполнили лидеры этнических военных группировок, называемые полевыми командирами, которые управляли в приграничных провинциях и строили свою власть на сочетании доброжелательности, храбрости, жестокости и добротной доли дерзкого театрального таланта. Они обеспечивали единственную линию безопасности для людей их определенной племенной группы, что обеспечивало большинству из них подлинную лояльность и поддержку большинства соплеменников. Парни с такими именами, как Дустум, Хан, Наджибулла, Нурзай, были по сути настоящими сухопутными пиратами.
Я накинул рубашку, сунул пистолет в поясную кобуру и попросил Рекса привести полевого командира во внутренний двор, где я буду его ждать.
Афганец прошел через центральные ворота в пыльный дворик в сопровождении двух тяжеловооруженных телохранителей, которые самоуверенно следовали за ним позади на расстоянии пары шагов. Охранник справа немедленно остановил меня. Его веки были покрыты черным веществом, напоминавшим уголь, а на неестественно сжатых губах блестела какая-то розовая липкая субстанция. Афганский трансвестит… Никогда бы не подумал, что увижу такое. (5) Но больше всего меня беспокоил его палец, твердо лежащий на спусковом крючке АК-47. Психологическая неуравновешенность и палец на спусковом крючке — не самое здоровое сочетание в боевой обстановке. Рекс обратил внимание на то же самое, и вежливо, но решительно покачал указательным пальцем, показывая своей пантомимой телохранителю: «Убери палец со спускового крючка». Телохранитель не знал, что от того, как его голова разлетается как арбуз, его отделял примерно фунт давления на спусковой крючок — Дэнно, один из других сотрудников АФО в Ургуне, в этот момент находился на одной из четырех угловых сторожевых башен, окружавших конспиративную квартиру, держа на прицеле афганскую охрану. При организации подобных встреч мы всегда использовали стандартный порядок действий, обусловленный ситуацией — если кто-то из представителей США поднимал руки или почесывал макушку, это был сигнал для снайпера использовать свой здравый смысл для разрядки ситуации.
Решив вероятно, что его первоначальная цель встречи со мной теперь под угрозой, полевой командир что-то резко сказал телохранителю, который развернулся и выбежал со двора, топая ногами с таким видом, который можно было описать только как афганскую версию женского гнева.
Закутанный в бордовый халат, с черной как смоль бородой, спускавшейся от скул к груди, и ростом более шести футов (без тюрбана), афганец представлял собой внушительную фигуру. Судя по глубине морщин, прорезавших его бородатое лицо, ему было лет пятьдесят-шестьдесят. Нахмуренные брови и безумные глаза придавали ему вид человека, который с боем пробился на вершину горы и теперь все свое время тратил на то, чтобы защитить свой насест.
Поздоровавшись с ним на пушту и пожав ему руку, я позволил ему начать разговор. Он начал медленно шуршать баритоном, но через несколько секунд довел себя до исступления, и начал брызгать слюной. Он объяснил мне (через переводчика), что накануне вечером его двоюродный брат — водитель грузовика — был убит, его тело с простреленным животом было брошено в кровавой куче на обочине дороги всего в нескольких милях от нашего расположения.
— Пожалуйста, примите соболезнования от меня и моих людей, — ответил я. — Чем мы можем помочь?
С видом человека, который вот-вот попросит об очень большом одолжении, он ответил:
— Я хотел спросить, не могли бы вы воспользоваться вашим компьютером, чтобы выяснить, кто убил моего кузена.
Я был озадачен, поэтому сделал паузу и изобразил нерешительность, чтобы выиграть время. При этом случайно бросил взгляд через левое плечо афганца в сторону входа в нашу жилую зону. Рядом с дверью, открытой для доступа свежего воздуха, и работавшими генераторами, были установлены наши портативные компьютеры, хорошо видимые с того места, где мы стояли во дворе. Во время своих предыдущих визитов в наше убежище афганец, вероятно, заметил мистическое свечение компьютеров, исходящее из затемненного интерьера, и это, должно быть, показалось этому пограничному афганскому жителю, который почти наверняка не имел ранее никаких контактов с технологическим внешним миром, магией космической эры. Я положил руку ему на плечо и искренне ответил:
— Я посмотрю, но мне для этого понадобится несколько часов.
Его глаза расширились, когда он с благодарностью пожал мне руку, слегка поклонился, затем прокричал что-то неразборчивое своему охраннику-трансвеститу и направился к воротам.
Я вернулся в комнату, служившую нам пунктом связи, где Рекс и пять-десять наших товарищей из спецназа и ЦРУ с нетерпением ожидали моего возвращения.
— Чего он хотел, босс? — спросил Рекс, в то время как все остальные прекратили свои занятия и прислушались. Я объяснил, что он рассказал мне, а затем спросил группу, что они думают. Первым откликнулся старший сержант из армейского спецназа.
— Ну, если мы можем сделать что-то для парня, что побудит его сотрудничать с нами, то я готов на все. Без поддержки и сотрудничества его племени в этом районе мы просто плюем против ветра. — Он помолчал секунду, а затем продолжил: — Давайте-ка я пойду и проверю то место, где, по его словам, был убит его двоюродный брат.
— Я пойду с тобой, — добавил Рекс. Выйдя за дверь, они одновременно проверили патронники своих винтовок М-4. Это был рефлекс, привычка, служившая двоякой цели: подтвердить, что в случае необходимости патрон готов выстрелить, и просигнализировать о психологическом переходе каждого человека из состояния полуспокойного мышления внутри места расположения к состоянию полной бдительности и боевой готовности, при котором обострялись все чувства, — к состоянию, которое требовалось в любое время, когда кто-либо из нас направлялся на границу.
Не отрывая глаз от компьютера, парень, который, как я предположил, был аналитиком разведки, высказался следующим:
— Я пошлю запрос в свой штаб, чтобы проверить спутниковые снимки, сделанные прошлой ночью и посмотреть, есть ли у нас снимки этого района… Возможно, это что-то даст… Я также могу прогнать имя полевого командира через нашу базу данных и посмотреть, кем на самом деле был его кузен.
Ему не нужно было, чтобы я или кто-то другой давал ему разрешение или говорил, что это хорошая идея. Из всех организаций, участвовавших в боевых действиях в Афганистане, ЦРУ была, безусловно, олицетворением гибкости. Там позволяли своим людям принимать настолько долгосрочные решения, насколько это было возможно, и эти люди, казалось, исповедовали философию «если это правильно, просто делай это».
Через несколько часов аналитик вызвал меня к себе.
— Бинго! — объявил он, и на его лице появилась улыбка в стиле «я же тебе говорил». Я подошел посмотреть к компьютеру, который окружал толстый слой оберток от шоколадных батончиков, крошек от крекеров, бумажных салфеток и наполовину съеденного печенья из пищевого рациона. На пыльном экране ноутбука появился зернистый черно-белый спутниковый фотоснимок грузовика. Он увеличил изображение, а затем пару раз нажал кнопку возврата, чтобы вывести на экран следующие снимки, сделанные последовательно через определенные интервалы времени.
— Вот оно. — На снимке были изображены два грузовика, припаркованные задними частями друг к другу. Изображение было четким, но слишком зернистым, чтобы разобрать номерной знак — во всяком случае, здесь подсветки у них его не было. — Найдите водителя второго грузовика, и вы найдете убийцу, — убежденно заявил аналитик.
В этот момент вернулся Рекс.
— Как все прошло? — спросил я.
— Мы нашли грузовик, — сообщил он, глядя через мое плечо на спутниковую фотографию на компьютере. — По всему кузову его грузовика и повсюду на земле валяются щепки. Поначалу мы подумали, что двоюродный брат полевого командира перевозил дрова и был убит, когда кто-то другой попытался их украсть.
Его перебил аналитик разведки.
— Эй, парень, я мог бы сэкономить вам время, чтобы вы напрасно не рисковали, когда поехали на место убийства в самый центр страны плохих парней — спутниковые фотографии доказывают, что убийца — тот, кто забрал его груз дров.
Рекс не ответил, он просто улыбнулся и продолжил рассказывать.
— Пока мы шныряли вокруг, то заметили пару ребятишек, игравших неподалеку в скалах. Они выглядели голодными, поэтому мы дали им немного крекеров из рациона. Пока они жевали, мы расспросили их, знают ли они, что случилось с человеком, которого убили. Один из мальчишек рассказал нам, что видел все это, когда набирал воду из колодца за домом перед самым восходом солнца. Он сказал, что видел грузовик кузена, который медленно ехал по дороге с выключенными фарами. Паренек показал нам, как кузен подогнал свой грузовик задним ходом к другому грузовику, затем выпрыгнул и начал быстро перегружать лес. Он уже наполовину закончил, когда из своего дома вышел другой парень, и поймал его на месте преступления. Двоюродный брат полевого командира первым выхватил пистолет и начал стрелять, но мальчишка сказал, что тот, другой, целился лучше, и застрелил его одним выстрелом. (6)
Афганский полевой командир вернулся в тот же вечер. На этот раз с ним не было телохранителей, вместо этого он пришел со своей дочерью. Возможно, ей было лет пять или шесть, она была слишком молода, чтобы носить паранджу. У нее были темно-каштановые волосы и поразительные, по-кошачьи зеленые глаза, резко контрастирующие с черными как смоль волосами и темными глазами, которые большинство из нас приписывают афганцам. На протяжении тысячелетий люди проходили через Афганистан ради торговли и ради завоеваний, создав один из самых разнообразных плавильных котлов в мире, и хотя у большинства афганцев персидское или турецкое происхождение, существует также много других этнических корней, все еще заметных по ту сторону границы. Темно-каштановые волосы и зеленоватые глаза девушки, вероятно, были генетическим наследием тех, кого считали потомками Александра Македонского и его армии, вторгшейся на эти земли в 330 году до нашей эры.
Я не приписывал присутствие девочки случайности — у него была особая причина привести ее сюда. Но что это было? Пока девочка покорно ждала у ворот, мы с ее отцом ходили кругами по двору. Через моего афгано-американского переводчика я поделился тем, что мы обнаружили, в частности, сообщил ему, что, похоже, его двоюродного брата застрелили, поскольку он пытался украсть древесину у другого человека. По понятным причинам, о детях я не упомянул.
Я видел, как что-то соединялось в глазах полевого командира, когда выражение его лица менялось от отрицания и злости, к гневу, и, наконец, к принятию. (7) У меня возникло ощущение, что его кузен был известным возмутителем спокойствия, и наше объяснение подтвердило то, что полевой командир уже давно подозревал. Он вздохнул, покачал головой, потом посмотрел мне в глаза и прошептал:
— Ты должен найти «Аль-Каиду» и убить их всех.
Я не знал, что ответить. Эта фраза показалась немного случайной, учитывая то, что мы только что обсуждали, но я был более чем готов к новой теме разговора. Я решил, что о том, как найти «Аль-Каиду», он знает гораздо больше меня, — ведь это был его «задний двор».
— Как вы посоветуете нам их искать? — спросил я через переводчика. На мгновение он показался озадаченным, возможно, потому, что я спрашивал его совета, вместо того чтобы войти в дом и ввести вопрос в свой всезнающий компьютер.
— Горы вокруг Гардеза, — прошептал он, — ты должен искать их в горах.
Заинтересовавшись его мотивацией помогать нам, а не врагу, я спросил его, почему он так не любит «Аль-Каиду». Он на несколько секунд оглянулся на свою дочь, а затем прошептал достаточно громко, чтобы услышал я и мой переводчик:
— Потому что я хочу, чтобы моя дочь ходила в школу… Я хочу, чтобы она стала человеком.
Когда он уходил, ведя за собой свою дочь, я вдруг понял, почему он взял ее с собой в этот день. Он хотел, чтобы мы могли увидеть ее своими глазами и взглянули в лицо будущему Афганистана. И это сработало — с того дня мне не нужно было, чтобы кто-то рассказывал мне, почему мы оказались в Афганистане, и я никогда не забуду эту маленькую девочку.
Опыт с афганским полевым командиром был примером той ситуации, с которой наши ребята в Афганистане сталкивались почти каждый день. Поскольку ничего драматического, вроде перестрелки или пленения вражеского бойца, не произошло, такие эпизоды, как встреча с полевым командиром, редко рассказывались или, если уж на то пошло, запоминались большинством участников.
Когда мы покидали конспиративный дом в Ургуне, то глядя на рощицы деревьев, усеивающих холмы, я вспомнил, насколько важно видеть мир вокруг нас глазами и умом других людей. Чтобы понять, как другие интерпретируют реальность, мы должны взаимодействовать с ними и делиться информацией. Обмен информацией создает общую реальность, которая не только делает целое более мудрым, чем отдельные части, но и служит также эффективной системой сдержек и противовесов для исправления неверных интерпретаций отдельными людьми, у которых нет всех частей головоломки.
На спутниковой фотографии были изображены два грузовика, припаркованные вместе в определенный момент времени. Эта информация была полезной, но только в качестве одномерного изображения реальности. Как показал наш аналитик разведки, реальность, которая отображалась на фотоснимках, сильно зависела от перспективы и, соответственно, от неправильной интерпретации того, кто на нее смотрел. Только когда Рекс и сержант спецназа выехали на место преступления, мы смогли понять реальность того, что произошло на самом деле. Как это часто бывает, ключевая часть головоломки пришла от людей на земле, в данном случае от местных детей. Технология тоже оказалась полезной: она одновременно и соответствовала рассказу детей о том, что произошло, и подтверждала его. Каждая деталь была важна сама по себе — щепки, дети и спутниковые снимки двух грузовиков, — но только когда их объединили вместе, они высветили богатую контекстом реальность того, что случилось на самом деле.
Когда мы миновали последние рощицы ургунских деревьев и достигли бесплодной коричневой красотой «другого» Афганистана, я понял, что для успешного развития ситуации и выполнения нашей миссии на сложной и неумолимой афганской границе, мы в АФО должно создать и поддерживать общую реальность. Как мне вскоре предстояло узнать, это окажется нечто большим, чем простой боевой задачей. И от этого будут зависеть жизни моих людей.

ПРИМЕЧАНИЯ:

(1) Advanced force operations (AFO). Элемент специальных операций — действия, предпринимаемые для уточнения местоположения конкретных, определенных целей и дальнейшего развития оперативной обстановки для последующих операций (Межвидовое руководство JP 3-05 Специальные операции).
(2) Малькольм Гладуэлл — канадский журналист, социолог. В своих книгах и статьях он часто касается неожиданных последствий исследований в социальных науках, а выводы находят широкое применение в научной работе, в частности в областях социологии, психологии и социальной психологии. Часто критикуется профессиональными социологами за непрофессиональный и очевидный «поп-социологический» подход.
(3) Т.е. фактически являлись аналогами наших оперативно-агентурных групп.
(4) Пилотная группа — заблаговременно создаваемое объединенное формирование, состоящее из военнослужащих Сил специальных операций и представителей других ведомств, предназначенное для вывода и развертывания в назначенном районе с задачей оценки потенциала организации повстанческого (партизанского) движения и проведения скрытных подготовительных мероприятий к нему. Является частью т.н. «нетрадиционных операций» Сил спецназа.
(5) Словосочетание drag queen (трансвестит), используемое автором, в данном контексте означает не человека, имеющего какие-либо отклонения сексуального характера, а мужчину, нарядившегося в женскую одежду и использующего косметику в качестве участника какого-либо развлекательного мероприятия.
(6) Афганистан крайне беден горючими материалами, поэтому дрова, как наиболее доступный вид топлива, имеют особую ценность. Их добыча и продажа является монополией лишь нескольких племен, живущих в горно-лесистых частях страны.
(7) Приводятся стадии психологической реакции человека на горе по модели Кюблер-Росс.



Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Пит Блейбер. Миссия, люди и я
СообщениеДобавлено: 16 окт 2020, 07:15 

Зарегистрирован: 25 янв 2015, 15:12
Сообщений: 314
Команда: Нет
Спасибо большое!


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
Показать сообщения за:  Сортировать по:  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 89 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
Powered by phpBB® Forum Software © phpBB Group
Theme created StylerBB.net
Сборка создана CMSart Studio
Русская поддержка phpBB