Текущее время: 14 ноя 2019, 13:47


Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 87 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5  След.
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 28 окт 2019, 11:18 

Зарегистрирован: 31 янв 2014, 21:35
Сообщений: 453
Команда: нет
Спасибо.
Lis (G.S.) писал(а):
это была "Высота 2835" (названная так потому, что была ее высота в метрах)
Получается, пользовались советскими картами?

Lis (G.S.) писал(а):
На голову операторы надели пластиковые спортивные шлемы Про-Тек с подкладкой из пенопласта, которые они модифицировали, обрезав наушники и добавив подбородочные ремни и крепления для очков ночного видения.
"Уши" обрезали сами операторы? У Pro-Teck шлемы в каталоге идут как "Half Cut"(с остатками ушей), "Full Cut" (с полноценными ухами) итп.

Lis (G.S.) писал(а):
И, кстати, может под эту лавку еще от некоторых терминов отказаться в пользу наших аналогов? Например "высокоценные цели" (high-value targets) как "цели особой важности" переводить?..
Можно в скобках или в сносках оставлять буржуйскую терминологию?

Deus Vult писал(а):
Со слов Блэйбера это были рюкзаки Келти из Дайнимы. Находил каталог тех годов, они все белые были
Рисунки для каталога могли спецом делать белыми для более четкого отображения, чтобы покупатель видел, где у рюкзака швы, где молнии итп., а производить в других расцветках. По крайней мере у Берганса в каталоге начала 00-х было так.

80-ти фунтовые рюкзаки (около 36 кг) - по советской old school у альпинистов мужского полу норма забития рюкзака была как раз 35+ кг... Что то накатило(с))

"Норвежский спальник" - сленг или просто спальник made in Норвегия


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 28 окт 2019, 11:57 
Модератор
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 02 ноя 2012, 07:50
Сообщений: 4064
Команда: A-344
Нет, они и сейчас периодически проходят, они правда белые или бело-черные.

_________________
XA2


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 28 окт 2019, 13:42 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 1230
Команда: Grau Skorpionen
Rattler писал(а):
Получается, пользовались советскими картами?


Вполне возможно. На своих у них высоты в футах идут (хотя расстояния, по крайней мере в армии, все в "кликах")...

Rattler писал(а):
"Уши" обрезали сами операторы? У Pro-Teck шлемы в каталоге идут как "Half Cut"(с остатками ушей), "Full Cut" (с полноценными ухами) итп.


Об этом ни полслова.

Rattler писал(а):
Можно в скобках или в сносках оставлять буржуйскую терминологию?


Даю и то и другое, когда термин появляется в тексте первый раз. А каждый раз так делать... Не перебор ли?

Deus Vult писал(а):
Со слов Блэйбера это были рюкзаки Келти из Дайнимы. Находил каталог тех годов, они все белые были


Дайнима, это, все-таки полиэтилен. И красится от слова никак. Разве только на этапе изготовления волокна из гранул краситель подмешивать. Так что они ан масс белые и должны быть. Хотя для меня как-то новость, что они уже тогда такие были. Мне казалось, дайнимой более-менее массово играться только к концу нулевых начали...

Rattler писал(а):
"Норвежский спальник" - сленг или просто спальник made in Норвегия


"Norwegian sleeping bag" без каких-либо дополнительных пояснений...

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 28 окт 2019, 14:34 
Модератор
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 02 ноя 2012, 07:50
Сообщений: 4064
Команда: A-344
Цитата:
Дайнима, это, все-таки полиэтилен. И красится от слова никак. Разве только на этапе изготовления волокна из гранул краситель подмешивать. Так что они ан масс белые и должны быть. Хотя для меня как-то новость, что они уже тогда такие были. Мне казалось, дайнимой более-менее массово играться только к концу нулевых начали...


Это подробно описывал Блэйбер в "Mission, Men and Me". Это был как бы даже не 99 год, а то и 98, когда он прикинул, где может разразиться следующий кризис, устроил мозговой штурм в своем эскадроне и они решили, что это будет либо Колумбия, либо Балканы, либо Афганистан\Пакистан, а везде есть горы, поэтому эскадрон Б начал ходить в горные походы. И тогда Келти Дайнима были последним писком и стоили ояебу денег, зато были очень легкие и прочные. Но другие эскадроны так не заморачивались, на тот момент 75% Дельты было из рейнджеров, поэтому доминировал перешитый элис лардж и отдельные экзоты вроде отжатого у САС Бергхауса Джестера.
Но Хорриган с Шортом АФАИК принимали участие в походах эскадрона Блэйбера и вообще были любители пожить на природе, поэтому были в курсе новинок.

_________________
XA2


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 28 окт 2019, 14:44 

Зарегистрирован: 31 янв 2014, 21:35
Сообщений: 453
Команда: нет
Lis (G.S.) писал(а):
Rattler писал(а):
Получается, пользовались советскими картами?
Вполне возможно. На своих у них высоты в футах идут (хотя расстояния, по крайней мере в армии, все в "кликах")...
В корпусе расстояние тоже в "кликах", типа единый стандарт с вероятными союзниками. Гражданские карты могут быть в ярдах и милях.
На тот момент Афганистан точно картографировали Британия и СССР, а у британцев все в милях.

Lis (G.S.) писал(а):
Даю и то и другое, когда термин появляется в тексте первый раз. А каждый раз так делать... Не перебор ли?
Одного хватит с головой. Неправильно Вас понял, решил, что вообще не будет упоминания.

Deus Vult писал(а):
Нет, они и сейчас периодически проходят, они правда белые или бело-черные.
Spectra=Dinima...действительно, в 96-м, белые с разноцветными стропами Спойлер
Изображение
...
Цветной только в каталоге 2003-го, но вот из какого он материала фиг знает.. Спойлер
На цветной вкладке: Изображение

Ептель... пока рыл старые модели Келти, обнаружил, что у нашего "Ермака" такой именитый прообраз оказался...


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 28 окт 2019, 15:10 
Модератор
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 02 ноя 2012, 07:50
Сообщений: 4064
Команда: A-344
Цитата:
Spectra=Dinima...


Спасибо, у него была именно Спектра. Что-то меня переклинило с дайнимой.

_________________
XA2


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 28 окт 2019, 16:01 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 23 ноя 2012, 10:58
Сообщений: 1132
Команда: FEAR
Спасибо за перевод, было очень интересно читать про действия группы.
Забавно, что девгрушник такой "нытик"...

Да, я за отечественные термины.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 28 окт 2019, 17:22 

Зарегистрирован: 31 янв 2014, 21:35
Сообщений: 453
Команда: нет
Deus Vult писал(а):
отдельные экзоты вроде отжатого у САС Бергхауса Джестера.
По аглицки он "Jester"?
Дельта отыгрались за "позаимствованный" в 90-ом ЭЛИС Спойлер
Изображение
:D

Bjorn писал(а):
Забавно, что девгрушник такой "нытик"...
Сейчас начнется про непрофильное использование котанов))
По моему, тогда горная подготовка подразумевала в первую очередь скалолазание, плюс использование альп.снаряжения, в ущерб высокогорным тренировкам.
С другой стороны парень из грей фокс "не скулил, не ныл.."(с)

Может, обсуждение перенести в отдельный тред?


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 28 окт 2019, 17:55 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 23 ноя 2012, 10:58
Сообщений: 1132
Команда: FEAR
Не думаю, что нужно плодить сущности.
Мы просто комментируем книгу. У присутствующих есть чем дополнить ее.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 28 окт 2019, 19:13 
Модератор
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 02 ноя 2012, 07:50
Сообщений: 4064
Команда: A-344
Rattler писал(а):
Deus Vult писал(а):
отдельные экзоты вроде отжатого у САС Бергхауса Джестера.
По аглицки он "Jester"?
Дельта отыгрались за "позаимствованный" в 90-ом ЭЛИС Спойлер
Изображение
:D

Bjorn писал(а):
Забавно, что девгрушник такой "нытик"...
Сейчас начнется про непрофильное использование котанов))
По моему, тогда горная подготовка подразумевала в первую очередь скалолазание, плюс использование альп.снаряжения, в ущерб высокогорным тренировкам.
С другой стороны парень из грей фокс "не скулил, не ныл.."(с)

Может, обсуждение перенести в отдельный тред?


Да, Jester. Был в САС по обмену и подрезал там рюкзак. Поэтому его приняли за англичанина в Тора Боре

Тогда было четкое разделение. Дельта суша, ДевГру море. В горах умели работать всего две группы, Mako 31 Гуди и Mako 30 Слэба. Обе были задействованы в операции

_________________
XA2


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 29 окт 2019, 11:35 

Зарегистрирован: 31 янв 2014, 21:35
Сообщений: 453
Команда: нет
Deus Vult писал(а):
Да, Jester. Был в САС по обмену и подрезал там рюкзак.
Зациклило: вчера пол-дня искал олдовый рюкзак "Berghaus" модели "Jester"...
Он утащил рюкзачок из самого логова ЭТИХ! Джигит!

Deus Vult писал(а):
Поэтому его приняли за англичанина в Тора Боре
У него еще баки на английский манер подстрижены?Спойлер
Изображение
?
Рюкзак на Bergans of Norway похож, на Berghaus даже не подумал, они на тот момент уже лет 20 рюкзаки со вшитыми латами мастерили (чуть ли не первыми были в этом деле), в том числе военным Спойлер
Vulcan и Atlas для KSK, ранний Crusader для UK Army, впоследствии скопипиз.. "оптимизированный" до "бергена"
, а тут вернулись к истокам. С другой стороны, да, на раме тяжелый груз носить удобнее.

Deus Vult писал(а):
Тогда было четкое разделение. Дельта суша, ДевГру море.
О том и речь: тренировались для решения соответствующих задач, и тут преодоление отвесного скального участка при десантировании с моря и работа в высоких горах, со всеми нюансами (для западного Гиндукуша 2500м "горняшка" уже ага) это как говорится "две большие разницы".

Deus Vult писал(а):
В горах умели работать всего две группы, Mako 31 Гуди и Mako 30 Слэба. Обе были задействованы в операции
А кто еще до Афганистана занимался высотной подготовкой? 10-я горная, SF, рейнджеры, марин рекон или для последних двух это просто курсы?

Ну и чтобы два раза не вставать, упомянутое "черное термобелье" - 2-й слой комплекта LEP (SPEAR) [по идее, уже был], или коммерция, или что то ещё?


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 31 окт 2019, 08:19 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 1230
Команда: Grau Skorpionen
Чуть не забыл. Схемы выходов "Джулиет" и "Индии":

Изображение

Изображение

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 31 окт 2019, 08:33 

Зарегистрирован: 25 янв 2015, 15:12
Сообщений: 227
Команда: Нет
Ничего себе петля получилась, однако.
Спасибо большое!


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 31 окт 2019, 08:40 
Модератор
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 02 ноя 2012, 07:50
Сообщений: 4064
Команда: A-344
Цитата:
Ну и чтобы два раза не вставать, упомянутое "черное термобелье" - 2-й слой комплекта LEP (SPEAR) [по идее, уже был], или коммерция, или что то ещё?


На фото Patagonia Capilene

_________________
XA2


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 02 ноя 2019, 21:29 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 1230
Команда: Grau Skorpionen
18.

По мере того, как люди и обеспечение стекались в Баграм, в здании AOB "Кинжала", где проходила большая часть мероприятий совместного планирования, офицеры из всех оперативных групп проясняли последние детали плана "Анаконды". Часто в напряженных дебатах, сопровождавшихся резкими высказываниями и взаимными подозрениями.
Основная идея разработанного плана мало изменилась в сравнении с концепцией, которую Хагенбек, Миколашек и Фрэнкс утвердили 17 февраля: ОГ "Хаммер" – Команды "А" Гленна Томаса и Мэтью Макхейла, плюс 300-400 ополченцев Зии – подойдут к Шахикоту с запада, в то время как ОГ "Раккасан" запечатает тропы и проходы, ведущие из долины на восток и юг; ОГ "К-Бар", пестрое сборище из SEAL, Сил спецназначения и спецподразделений союзников вместе с некоторым количеством других афганских ополченцев сформирует внешнее кольцо безопасности; бойцы австралийского SAS из ОГ-64 будут нести дозор на юге долины; а "вышибатели дверей" из ОГ-11 останутся в Баграме, в готовности, если обнаружится один из "большой тройки" критически важных субьектов.
Цель разработанного плана излагалась в описании задач КООГ "Горная" при проведении "Анаконды":
КООГ "Горная" наносит удар для поражения (захвата или уничтожения) сил Аль-Каиды в окрестностях объекта "Ремингтон" (Серханхеля), а также для выявления или нарушения деятельности структур поддержки мятежников Аль-Каиды и их путей отхода в Пакистан. Согласно приказу ведет дальнейшие действия с целью очистки назначенных целей и пресечения передвижений Аль-Каиды в зоне боевых действий "Линкольн".
План предусматривал разгром противника в Шахикоте в течение трех дней, что позволяло Хагенбеку утром четвертого дня принять решение: следует ли вновь начать атаковать бегущие силы Аль-Каиды и другие отряды противника между Шахикотом и пакистанской границей (район, именуемый ЗБД "Линкольн"), или, если не будет выявлено никаких других целей, проводить операции по гражданскому строительству для оказания помощи местному населению в окрестностях Шахикота. Вилле и Зиемба сообщили своим боссам, что предполагали провести в Шахикоте и окрестностях двухнедельную операцию, но получили категорический отказ. "Нам сказали: "Нет, это будет трехдневная операция", говорил Вилле.
Центральное место в плане занимали предположения разведки о численности противника в Шахикоте и вокруг него, а также о его намерениях. По общему согласию в долине было 150-250 вражеских боевиков. Точка зрения Джейси Брили, старшего офицера разведки Хагенбека, основанная на информации от источников, взаимодействующих с вражескими боевиками и вербовочными структурами Аль-Каиды в местных мечетях, заключалась в том, что партизаны пережидали зиму в своей горной твердыне, собираясь начать весеннее наступление с целью вернуть Гардез и Зермат при поддержке местных активистов Талибана. Два племенных лидера сообщили об аналогичных планах Аль-Каиды в отношении американского контингента в Гардезе.
Местные жители обычно описывали боевиков в долине как "арабов и чеченцев", но вполне вероятно, что "чеченцами" называли многих узбеков, так как они говорили на русском языке. Американцы считали, что численность этих боевиков в Шахикоте будет значительно меньше гражданского населения долины, оценивавшегося в 800 человек, и их собственных семей. Это предположение о том, что им придется отличать местных жителей от закоренелых боевиков, было движущим фактором в планировании американцев. Они сделали все, чтобы избежать кошмара: поля боя, усеянного телами гражданских. Планировщики Горной разделяли мнение Розенгарда о том, что использование в качестве основных сил формирований Зии минимизирует вероятность нежелательных жертв среди гражданского населения. Раккасаны сосредоточат большую часть своих усилий на том, как распознать вражеских боевиков среди толп гражданских, которые, предположительно, должны были двинуться к их блокирующим позициям. (Однако никому из гражданских лиц не будет разрешено покинуть долину во время операции.)
Что касается вражеских боевиков, то, по оценкам разведки, они были сосредоточены в долине вокруг Серханхеля. Сотрудники разведки Горной ожидали, что у противника будут наблюдательные пункты к западу от долины для "раннего предупреждения" и аналогичные позиции и средства ПВО на Ките и восточном хребте. Но во многом это были не более чем обоснованные предположения. В течение двух месяцев Соединенные Штаты сосредотачивали на Шахикоте разведывательные самолеты и спутники, а также старых добрых шпионов, но нашли невозможным сколь-нибудь ясно очертить позиции противника. "У нас были почти все имеющиеся средства разведки, сфокусированные на квадрате десять на десять километров вокруг цели, но все еще оставалось множество пробелов, которые необходимо было заполнить, и мы делали это с помощью шаблонов и здравого смысла, основывающихся на том, что мы видели раньше, особенно в Тора-Бора", говорила Зиемба. (Под шаблонами она подразумевала процесс, с помощью которого аналитики разведки, в отсутствие достоверной информации, намечают предполагаемые места расположения позиций противника, исходя из предыдущего опыта.)
Планировщики в Баграме также находились в неведении относительно вооружения, которое может использовать противник. Больше всего их беспокоило все, что может сбить вертолет. Верчински, командир Раккасана, дал понять, что его приоритетом является безопасная доставка своих бойцов на место. Он был уверен в их способности управиться со всем, что попадется на пути, когда они окажутся в долине, но перспектива валящихся с неба объятых огнем "Чинуков" наполняла ужасом его и других офицеров. Такой результат принесет Аль-Каиде огромную пропагандистскую победу, а поскольку война до сих пор стоила американцам очень мало жизней, в Соединенных Штатах это будет рассматриваться не иначе, как катастрофа. Несмотря на то, что в ходе боевых действий ПЗРК практически не использовались и ни один американский летательный аппарат не был сбит, планировщики Горной были одержимы возможностью использования противником переносных ракет, таких как советский SA-7, американский "Стингер" или британский "Блоупайп" против задействованных в "Анаконде" вертолетов и самолетов союзников. Их страх был основан на успехах моджахедов в использовании поставляемых США "Стингеров" против советских летательных аппаратов. Однако в случае со "Стингерами" эта угроза почти наверняка рассеялась. Хотя моджахеды в 80-е годы получили тысячи "Стингеров", ракеты нуждались в соответствующем техническом обслуживании, и шансы, что спустя пятнадцать лет какие-то из них оставались работоспособны, были невелики.
Более серьезную угрозу несли крупнокалиберные пулеметы ДШК, которые, как предполагалось, Аль-Каида разместила вокруг долины. Это простое, но смертоносное оружие может сбить вертолет на расстоянии до километра. Тысячи таких, произведенных Советским Союзом и Китаем, нашли свой путь в Афганистан в 80-е годы, где были стандартным средством противовоздушной обороны моджахедов до появления в 1986 году "Стингеров". На аэрофотоснимках выявилась пара вероятных позиций ДШК на Ките. Они стали предметом бурных дискуссий на совещаниях по планированию, но в остальном точных разведданных о количестве или местонахождении такого вооружения было мало. "У нас не было ясности в отношении противовоздушной обороны противника в этом районе", признал Хагенбек.
Раккасаны и ополченцы Зии должны будут идти в бой без поддержки танков или другой бронетехники, но в Баграме уделяли мало внимания таким огневым средствам, как артиллерия или минометы, которые противник мог использовать для опустошающего воздействия на легкую пехоту, застигнутую на открытой местности. Зиемба позже скажет, что она и другие офицеры разведки ожидали наличия в Шахикоте "некоторого количества минометов", а также обнаружили там артиллерийскую систему неизвестного типа. Но ни минометам, ни гаубицам не было уделено особого внимания на финальных прогонах Горной или Раккасана в последние дни февраля. Зиемба и ее коллеги также были обеспокоены угрозой гранатометов (РПГ), мин и мин-ловушек, а также бронемашиной БРДМ, которая, как сообщалось, находилась в этом районе. Но внимание командиров оставалось сосредоточено на угрозах ПВО.
Если отвлечься от забот о зенитном вооружении, то суть была в том, что в Баграме, как и в CFLCC, CENTCOM и, видимо, в Пентагоне, еще до начала сражения считали, что победа гарантирована. "Царило убеждение, что сопротивление противника практически рухнуло", заявил командир Горной Хагенбек. Оценка "практически всех" спецслужб "заключалась в том, что те не собирались встать и сражаться насмерть", добавил он. "Как только силы Зии столкнутся с противником внутри Шахикота, последует от двенадцати до двадцати четырех часов разногласий, в течение которых все высшие лидеры попытаются договориться о проходе или бежать ночью. А затем, на рассвете второго дня, начнется бой или они сдадутся. Однако важные персоны, которые могли находиться в долине, попытаются сбежать. Поэтому для нас было важно, чтобы наши пехотные силы вышли на блокирующие позиции… и чтобы с самого начала в основных столкновениях (были) афганцы против афганцев и афганцы против Аль-Каиды. Во всех стычках, предшествующих этому моменту, не должно быть… ожесточенного сопротивления".
(С другой стороны, Розенгард позже заявил, что, с точки зрения "Кинжала", вражеское командование будет пытаться сбежать – отсюда его план оставить северный путь открытым – но рядовые члены будут упорно сражаться, прикрывая отход своих лидеров, не имея, однако, ничего более мощного, чем пулеметы и РПГ. Прогнозы Зиембы, по ее словам, были похожими: как только силы американцев и союзных им афганцев появятся в Шахикоте, для противника приоритетом станет вывод старшего руководства. Их следующая задача будет заключаться в том, чтобы как можно большее количество боевиков выскользнула из петли, затягивающейся вокруг их позиций, в то время как некоторые останутся, чтобы нанести американцам потери и, по возможности, захватить кого-то из них в плен. И, наконец, противник попытается вывести оставшихся боевиков, чтобы, когда позволит обстановка, перегруппироваться в каком-либо другом месте. Сотрудники разведки Горной пришли к выводу, что центром притяжения противника было его руководство старшего и среднего звена. "Было похоже, что их потеря расшатает их оборону", сказала Зиемба.)
Как и другие офицеры в Баграме, Хагенбек отметил, что он и его штаб проиграли несколько сценариев, чтобы гарантировать, что если события пойдут вразрез с планами, у них в запасе окажется достаточно сил, чтобы справиться с неожиданностями. "Мы брали наихудший вариант, но в реальности по сообщениям разведки в долине было от 150 до 250 плохих парней, и у нас было более чем достаточно войск и огневой мощи – т.е. авиации – чтобы позаботиться о таком количестве", сказал он. На вопрос, какие у него были ощущения перед операцией, Хагенбек ответил: "У меня не было причин сомневаться в разведданных".
Для помощи в бою на земле Блейбер запросил у Требона, командира ОГ-11, разрешения на использование Рейнджеров из ОГ "Ред" в качестве дополнительных блокирующих сил в Шахикоте. Блейбер знал, что, если там окажутся крупные силы противника, и он решат сражаться, даже пара взводов превосходно обученных и оснащенных Рейнджеров Тони Томаса может оказаться бесценной. Однако Требон отказался снять с Рейнджеров задачи сил быстрого реагирования и охраны в Кандагаре и Баграме, если только Блейбер не сможет доказать наличие в Шахикоте критически важных субьектов. Разумеется, таких доказательств не было. Рейнджеры остались в своих караулках и ТОЦах, планируя задачи, которые так и не состоялись. Затем Блейбер обратился к Кернану, командиру SEAL Team 6 и ОГ "Блю", и предложил этому флотскому офицеру передать весь его эскадрон, чтобы помочь управиться с перевалами Шахикота. Однако Кернан также предпочитал держать все свои силы в Баграме, ожидая обнаружения кого-либо из "большой тройки". (В таком случае вся операция должна была быть приостановлена, в то время как Раккасаны оцепят участок местности, где находится критически важный субьект, а операторы ОГ-11 вылетят из Баграма, находящегося в часе лета от Шахикота, чтобы схватить его.)
Невзирая на это, командир AFO попросил, чтобы Кернан тогда выделил под командование Блейбера разведотряд из двенадцати человек. Блейбер думал о предстоящих разведывательных задачах, которые он собирался проводить в Шахикоте. В его распоряжении были лишь "Индия" и "Джулиет". Это были отличные группы, но они не могли охватить всю долину, чего ему хотелось бы. У рекки SEAL Team 6 была хорошая репутация. Блейбер оценивал их достаточно высоко, чтобы считать, что может отправить их в долину вместе с двумя группами "Дельты". В ходе предыдущих операций Блейбер часто взаимодействовал со многими из рекки "тюленей". Он не только полностью доверял им, но и знал из разговоров с ними, что им не терпится принять участие в задуманной им операции. Кернан пошел на компромисс и отдал Блейберу одну из своих двух групп. Позывной команды из пяти человек был "Мако-31". Его возглавлял долговязый, общительный старшина по имени Майк, более известный всем как "Гуди".

После того, как планировщики Раккасана, Горной и "Кинжала" собрались в середине февраля, чтобы начать наращивать мясо на кости оперативной концепции "Анаконды", оказалось, что они глубоко расколоты по ключевому вопросу: когда и где Раккасаны должны будут проводить десантно-штурмовую операцию. Первоначальная концепция Розенгарда предполагала, что большая часть сил Раккасана высадится под покровом темноты в Верхнем Шахикоте, а затем выдвинется в пешем порядке на запад, чтобы скрытно занять блокирующие позиции на перевалах. Лишь бойцам, которые должны будут занять самые южные блокирующие позиции, нужно будет высадиться в Нижнем Шахикоте, недалеко от Марзака, думал он. Он и Пол Вилле, ведущий специалист Горной по планированию, считали необходимым оставить открытым наиболее интенсивно используемый маршрут, который шел от Серханхеля через восточный хребет. В представлении Розенгарда Зия подойдет, чтобы заблокировать западное направление отхода, а подразделение Раккасана, высаженное в промежутке между Пальцем и восточным хребтом, предотвратит любые попытки отхода на юг. Вражеские боевики в кишлаках затем, по его мнению, бросятся бежать в направлении, кажущемся открытым, где их встретят и поймают в ловушку Раккасаны, высадившиеся в Верхнем Шахикоте и незамеченными прошедшие на запад, чтобы заблокировать ведущий из долины перевал. Розенгард и Вилле полагали, что, возможно, даже удастся посадить вертолеты достаточно далеко, чтобы партизаны не услышали их, и Раккасаны смогут достичь блокирующих позиций до того, как боевики Аль-Каиды осознают, что они высадились. (Верчински, эксперт в области десантно-штурмовых действий, высмеял это заблуждение: "Прибытие этих вертолетов услышат все".) Во всем этом Розенгарда и Малхолланда поддерживали планировщики Горной, а также Блейбер и Спайдер. Все они предпочитали ночную десантно-штурмовую операцию в Верхнем Шахикоте.
Однако с момента своего подключения к планированию, Верчински, Ларсен и другие старшие офицеры Раккасанов выступали категорически против этой концепции. Они хотели, чтобы вся десантно-штурмовая операция проходила в Нижнем Шахикоте в дневное время. Раккасаны выдвинули несколько аргументов в поддержку своей позиции. Высадив подразделение в Нижнем Шахикоте, а остальную часть десантно-штурмовых сил в Верхнем Шахикоте, Верчински разделил бы свои войска горным хребтом, делая невозможной взаимную поддержку, если один или оба его элемента окажутся под огнем в первые минуты боя. Кроме того, в отличие от Нижнего Шахикота, где на аэрофотоснимках обнаружилось множество площадок приземления, Верхний Шахикот был полностью заснежен, из-за чего было невозможно определить, есть ли там какие-либо подходящие LZ, отмечали Раккасаны. Штабисты "Кинжала" и Горной были категорически не согласны, указав на то, что, по их мнению, было несколькими хорошими LZ. "Мы определили, что снег был не настолько глубоким, и мы можем их использовать", сказал Вилле.
Однако, утверждали Раккасаны, даже если бы удалось физически посадить "Чинук" в Верхнем Шахикоте, при этом резко урезалось количество солдат в первой волне. Если десантно-штурмовая операция будет проходить в Нижнем Шахикоте, говорили они, каждый "Чинук" может быть заполнен по максимуму, взяв примерно по сорок два пехотинца. Но по мере того, как высота над уровнем моря росла, а воздух становился разреженным, количество, которое мог поднять каждый из вертолетов, уменьшалось. Ларсен сказал, что предлагаемые LZ в Верхнем Шахикоте находились на высоте 11000 футов (3352 м), что позволило бы Раккасанам загрузить "Чинуки" лишь наполовину. Следовательно, учитывая ничтожное количество "Чинуков", которое выделил для операции CENTCOM – Хагенбек назвал количество "Чинуков" "длинным шестом в палатке" плана "Анаконды" – высадка в Верхнем Шахикоте, по словам Верчински и Ларсена, наложит большие ограничения на количество Раккасанов, могущих попасть на позиции к моменту начала битвы.
Верчински также выразил сомнение по поводу попыток посадить вертолеты в Верхнем Шахикоте, особенно ночью. У Раккасанов уже был очень тревожный звонок при попытке посадки "Чинука" в ночное время на сложной местности. "Чинук" оперативной группы "Тэлон" совершил "жесткую посадку" ночью 28 января, высаживая в Хосте небольшое пехотное подразделение для защиты находящегося там "надежного дома". Никто из солдат не погиб, но шестнадцать получили ранения, а вертолет был разрушен. У Верчински не было никакого желания повторять опыт. Его кошмаром была потеря вертолетов в ходе операции, и он был готов биться с кем угодно, чтобы минимизировать этот риск.
Раккасаны считали, что выдвигают обоснованные аргументы, основывающиеся на профессиональных заключениях подполковника Джима Марье, командира ОГ "Тэлон", и его старших пилотов. "Все вертолетчики говорили: "Черта с два мы сможем попасть туда", сказал Ларсен. Но всем остальным казалось, что всякий раз, когда они разбивают один аргумент Раккасана, Верчински или его штаб тут же придумывают новый. У старших офицеров Горной, "Кинжала" и AFO были серьезные подозрения относительно мотивов Раккасанов. Все думали, что Раккасаны – Джонни-опозданцы к процессу планирования – пытались отпихнуть остальных, с целью переписать план таким образом, чтобы в итоге Раккасаны, а не силы Зии атаковали объект "Ремингтон". Раккасаны воспользовались доводами о безопасности для того, чтобы стать основной силой, считали офицеры "Кинжала" и Горной. "Истиной причиной было то, что полковник Верчински хотел подобраться как можно ближе к Серханхелю. До того момента, как они окажутся в пределах досягаемости огня оттуда. И как только огонь будет открыт, они используют это как предлог, чтобы захватить объект самостоятельно, вместо того, чтобы дать оперативной группе "Кинжал" совместно с силами Зии позаботиться о Серханхеле", сказал офицер Горной, внимательно следивший за ходом дебатов по вопросам планирования. Верчински категорически отрицал, что какие-либо подобные мысли приходили ему в голову. "Никогда", сказал он. "Мы всегда знали, что нашей задачей была поддержка всего этого… Мы не собирались ни атаковать, ни захватывать что-либо".
По словам командира Раккасана, разговоры между Верчински и офицерами Горной и "Кинжала" были "не очень" напряженными. Другие участники не соглашались с этим. Криков не было, но, по их словам, было продемонстрировано много грубых чувств. "Было много эмоций относительно того, кто захватит цель", говорил Вилле. "(Под)полковник Розенгард, полковник Малхолланд и полковник Верчински были очень эмоциональны в этом вопросе". Розенгард переживал, что высадившись вдоль западных склонов восточного хребта, Раккасаны могут поставить под угрозу его цель "заставить противника делать то, что он и так хочет" – бежать из долины по пути, намеренно оставленному открытым. "Мы хотели, чтобы они думали, что он открыт", говорил Розенгард. Если совершить первую высадку слишком близко к этому пути отхода или на нем, можно было "испоганить" весь план, нацеленный на то, чтобы убедить противника войти в ловушку, говорил Розенгард Верчински.
Розенгард и несколько других сотрудников "Кинжала" были убеждены, что Раккасаны не смогли ухватить тонкостей плана, и были заинтересованы лишь в проведении блистательной десантно-штурмовой операции, перебив всех в поле зрения и объявив о победе. "Я расстался с Раккасанами на том, что они потеряли видение того, чего мы пытались достичь", сказал Розенгард. "Для них это была десантно-штурмовая операция в этой долине". Раккасаны казались Розенгарду одержимыми высадкой чуть ли не прямо на предполагаемые позиции противника на дне долины. "Они стремились – и я слышал, как эти слова исходили из их уст – продемонстрировать психологическое воздействие от появления вертолетов над полем боя", сказал он. "Я уважаю их как воинов, которыми они являлись… но в моем общении с ними их мгновенной реакцией на это было: "Мы просто должны провести штурм, добраться туда и перебить там всех".
Команды-"А" в Гардезе, которые будут сопровождать Зию в долину, были столь же обеспокоены. Капитаны и сержанты Сил спецназначения полагали, что Раккасаны хотели высадиться слишком близко к Серханхелю. Прежде всего, бойцы спецподразделений опасались инцидентов с огнем по своим между Раккасанами и силами Зии. "У нас было очень четкое представление о том, куда собиралась отправиться 101-я, (и) это было глупо, глупо, глупо, потому что они высаживались прямо на объект, который я рассматривал как горячую цель", говорил офицер "Кинжала" в Гардезе.
Постоянные ссылки Ларсена и Верчински на "психологическое воздействие вертолетов на поле сражения" лишь укрепили мнение операторов спецподразделений о том, что Раккасанов больше интересовало их место в истории, чем выполнение вспомогательной роли, отводимой им первоначальным планом. "101-я решила, что эта операция является вертолетным наследием", сказал офицер Сил спецопераций, участвовавший в заседаниях. "Они позволили этому подавить их собственный здравый смысл". Однако Верчински заявил, что все, чего он хотел, это убедиться, что план сводит к минимуму риск, связанный с теми немногими моментами, когда его силы были наиболее уязвимы – когда "Чинуки" входили в долину с юга и летели на север, чтобы высадить своих бойцов возле кишлаков. "У нас будет только одна попытка застать их врасплох, и я хотел, высаживая эту первую волну, разместить их на позиции, откуда они могли бы сразу же контролировать эти три населенных пункта", сказал он. "Нашей задачей было блокировать людей, выходящих оттуда". Розенгард и Малхолланд с одной стороны и Ларсен с Верчински с другой говорили, не слыша друг друга. Их ТОЦ находились всего в пятидесяти метрах один от другого, но в понимании подходов друг друга к ведению боевых действий их разделяла зияющая культурная пропасть.
Например, утверждение Верчински, что штурм объекта "Ремингтон" находился на самых задворках его мыслей, подтверждается серией проходивших в дни, предшествующие "Анаконде", внутренних совещаний, прогонов и пробных схем Раккасана, в ходе которых никто не упоминал о таком плане действий. Раккасаны сосредоточились на как можно более быстром занятии блокирующих позиций. Несмотря на опасения Розенгарда по поводу настроя Раккасана "перебить всех", в разговорах со своими подчиненными Верчински подчеркивал важность огневой дисциплины и сохранения жизней гражданского населения. Но офицеры "Кинжала", Горной и AFO не присутствовали на этих совещаниях. У них были лишь собственные впечатления, сформировавшиеся на заседаниях по планированию. С другой стороны, идея Розенгарда оставить основной маршрут свободным от видимого присутствия американцев – ключевой элемент его варианта плана – не имела для Верчински особого смысла. "Я думал, что мы идем сюда, чтобы установить блокирующие позиции", говорил командир Раккасана. "Вот для чего у вас есть мы. Так почему вы хотите, чтобы эти люди сбежали?"


Вопрос достиг кульминации во время военной игры 20 февраля. Розенгард отпустил комментарий, воспринятый другим старшим офицером как угроза вывести "Кинжал" из операции. "Я знаю, что это произошло", сказал офицер. "Я был там". Розенгард категорически отрицал создание какой-либо подобной угрозы. "Никто из нас не собирался уходить от своих обязанностей – несмотря на несущественные вопросы во взаимоотношениях по командованию и управлению, которые были всегда, и возникающие в результате этого острые трения", сказал он. Но тот факт, что другой офицер мог – даже ошибочно – счесть, что оперативный офицер "Кинжала" угрожает вывести свои силы, показывает, насколько раздрайными стали эти встречи. Сержант первого класса Фрэнк Антенори из 3-й Группы Сил спецназначения, чья Команда-"A" была придана ОГ "К-Бар", вспоминал, как однажды вечером сидел в здании AOB "Кинжала", когда Малхолланд вернулся с совещания по планированию, возмущаясь, что его советы не принимаются. "Он сказал, что ни один генерал в истории Соединенных Штатов, будь у него возможность занять господствующую высоту, не начнет с низины, пытаясь затем подниматься в гору, однако эти ребята делали это", сказал Антенори. "Он кипел от бешенства".
Парням из спецопераций в Баграме казалось, что Малхолланда оттесняют. С их точки зрения это было бессмыслицей. Жесткий, крепкий полковник имел большой опыт специальных операций. Помимо своего пребывания в подразделениях Сил спецназначения, он командовал эскадроном в подразделении, ныне известном как "Грей Фокс", и служил штабным офицером в "Дельте". И, конечно же, он командовал оперативной группой, чьи бойцы были основой победы Соединенных Штатов в Афганистане, что делало для остальных проблему, из-за которой его точка зрения вступила в противоречие с Раккасанами, еще более озадачивающей. "Это был парень, который, в общем-то, и захватил эту страну со своими двенадцатью Командами-"А"… а они не хотели слушать его", говорил Антенори.
(Не все офицеры Горной в Баграме вспоминали о резких дискуссиях, которые произвели впечатление на их коллег. "Я полагал, что взаимоотношения между личностями, собравшимися вместе для проведения этой операции, складывались на удивление хорошо", говорил Бентли, старший офицер огневой поддержки в Баграме. "Когда я был там, никогда не возникало какой-либо враждебности и опасений по поводу того, кто и чем занимается. Я никогда не присутствовал на каких-либо совещаниях, где возникали бы проблемы или не принимались советы". Подполковник Майк Лунди, заместитель начальника оперативного отдела в штабе Хагенбека, был согласен с этим. "У нас было очень хорошее сотрудничество", говорил он. "Это было настолько близко к единой команде, насколько вообще возможно".)

После того, как Верчински и Ларсен рассорились со своими коллегами из "Кинжала", Горной и AFO, окончательное решение по ночи на 22 февраля осталось за Хагенбеком. Он встал на сторону Верчински. Раккасаны будут высаживаться в Нижнем Шахикоте в дневное время. Хагенбек сказал, что принял решение, основываясь на оценке Раккасанов, о том, что лететь в Верхний Шахикот будет слишком сложно. "Дискуссии относительно LZ были связаны с боевым опытом или отсутствием такового у пилотов, а также со сделанной оценкой рисков и управлением рисками", сказал Хагенбек. Джимми из AFO обратился к Хагенбеку, чтобы отсоветовать его от дневной десантно-штурмовой операции. "Джим, у нас просто пока еще нет опыта здесь, поэтому нам придется это сделать", сказал Хагенбек. "Роджер, сэр, понял вас", ответил Джимми. "Мы сделаем все возможное, чтобы защитить это". (Несмотря на это, на одной из своих последних встреч с Хагенбеком перед днем "Д" Блейбер и Спайдер предприняли последнюю безуспешную попытку отговорить его от совершения ОГ "Раккасан" десантно-штурмовой операции в Нижнем Шахикоте.)
То, что командир Горной принял свое решение только после тщательного рассмотрения всех точек зрения, помогло успокоить тех, чьи рекомендации не были приняты. "Он заслуживает огромного доверия", сказал Блейбер. "Я испытываю огромное уважение к его лидерским качествам и методам управления. Он следует правилу номер один сильного боевого командира – всегда слушать парней на земле. Это не значит, что вам следует делать именно то, что он говорит, но всегда прислушивайтесь к нему, и у вас будет гораздо больше шансов на принятие оптимальных решений для ваших людей". Тем не менее, решение Хагенбека устраивало не всех. Один из офицеров Горной чувствовал, что Раккасаны цинично разыгрывали карту "безопасности" для продвижения собственных интересов за счет более крупного плана, зная, как сложно командиру приказать подчиненным сделать что-то, что, по словам последних, является "небезопасным". В современной Армии, сказал офицер: "Как только мы упоминаем о "безопасности", то все кончено".
Верчински одержал победу в другом вопросе. Он не соглашался с Малхолландом и Розенгардом в том, что маршрут на восток от Серханхеля был наиболее вероятным путем отхода для всех высокопоставленных фигур противника. Командир Раккасана считал, что комбинация из вади и троп, ведущая от северо-восточного края Кита, пересекая верхнюю часть долины и через ущелье на восточном хребте, была тем маршрутом, который американские войска должны оставить открытым, прежде чем задействовать вторую волну десанта, чтобы отрезать лидеров противника, выходящих по нему. Окончательный вариант плана отразил это. Первый подъем 2-187 пехотного Чипа Прейслера получил задачу заблокировать тропу, ведущую из Серханхеля, которую руководство "Кинжала" хотело оставить открытой. Северный путь должен был остаться нетронутым до более позднего времени дня-"Д", когда вторая волна десантно-штурмовых сил прибудет, чтобы "закрыть заднюю дверь".

Пока офицеры "Кинжала" и Горной беспокоились о мнимом желании Раккасана стать основной силой, штабисты Горной присоединились к своим собратьям из 101-й в их озабоченности тем, сможет ли "Кинжал" выполнить свое обещание о вступлении Зии в бой в предписанный час, который был теперь рассветом дня "Д". Отряд в 300-400 афганских ополченцев, сопровождаемый парой десятков бойцов спецназначения, должен был пройти колонной по дороге на Зермат, затем свернуть на грунтовку, идущую на восток в сторону Кита, прежде чем повернуть на юг, а затем снова на восток, в долину, вокруг южной оконечности Кита. Этот поворот получил название "Фишхук"(40). Бойцы Зии и Команды-"А" – оперативная группа "Хаммер" – были основной силой в самой большой битве, в которой сражались американские войска за более чем десятилетие. Офицеры обычных подразделений задавались вопросом, справятся ли они с задачей. "Большое беспокойство командиров батальонов и бригады (Раккасана) заключалось в том, что афганские силы не выполнят свою работу", сказал Вилле.
Розенгард и Малхолланд пытались успокоить умы обычных офицеров. По словам Вилле, они давали "четкую гарантию", что в должный час Зия прибудет на поле боя. "Розенгард пару раз говорил: "Не беспокойтесь о Зие, проблема с ним у нас решена", вспоминал майор Лу Белло, артиллерийский офицер планирования Горной. Несмотря на эти заверения, у Хагенбека и Верчински был запасной вариант на случай, если силы Зии не появятся: десантирование резерва ОГ "Раккасан", 1 батальона 187-го пехотного подполковника Рона Коркрана, на Фишхук.
Этот план отражал очевидное противоречие: войска Зии были главной силой, но его присутствие на поле боя – не говоря уж об успешном выполнении ими своих задач – не было сочтено необходимым для успеха "Анаконды". "Мы собирались идти в долину Шахикот, с Зией или без него", сказал Бентли, старший офицер огневой поддержки Хагенбека. "Мы всегда знали, что не сможем добиться полноценного и решительного сотрудничества со стороны афганцев", сказал Белло. "У нас было несколько дискуссий по этому вопросу, поскольку знали, что афганцы непостоянны, мы знали, что они могут сотрудничать, а могут и нет. Мы знали, что в какой-то момент они решат: "Эй, нам вот прямо сейчас надо вернуться в свой кишлак и обиходить наших коз", так что все это всегда учитывалось. План не замыкался на успех части, касающейся "Кинжала" с Зией… В процессе планирования постоянно высказывалась озабоченность тем, что Зия и его парни могут быть не в полной мере готовы сотрудничать".
Обычные офицеры озвучивали свои сомнения в отношении Зии в выражениях, которые заставляли их коллег из "Кинжала" качать головами, полагая, что офицеры Горной и Раккасана не понимают "местных отношений" в районе, в котором собирались сражаться. "Были кое-какие открытые замечания и дискуссии (о том, можно ли положиться на Зию), что усиливало трения", сказал Вилле. "Парни из 5-й Группы (т.е. ОГ "Кинжал) чувствовали себя весьма оскорбленными… людьми из регулярной Армии, говорившими: "Эти афганские подразделения не собираются ни черта делать для нас"... Это был деликатный вопрос. В частности я слышал, как это обсуждали несколько офицеров из штаба бригады полковника Верчински. Они поднимали этот вопрос и когда все находились в одном помещении, и частенько в одиночку. Ребята из 5-й Группы знали об их озабоченности и говорили: "Мы будем там".

Включение в план оперативной группы "К-Бар" Харварда в качестве внешнего кольца оцепления операции привнесло еще больше напряжения в процесс планирования. "ОГ "К-Бар" была настоящей занозой в заднице с точки зрения ведения дел с ней, а также доставки их в районы на другой стороне долины Шахикот, где мы хотели провести разведку", говорил Грей. По словам другого офицера штаба Горной, потребовалось "три или четыре дня пререканий", прежде чем Харвард согласился разместить свои подразделения на наблюдательных пунктах, выбранных для них штабом Горной. "Для каждой из этих позиций это было похоже на заключение мировой в бракоразводном процессе", добавил он. "Если КООГ "Горная" пыталась сказать этим организациям (т.е. "К-Бар" и "Кинжалу"), что делать, а они этого делать не хотели, то это превращалось в грандиозную битву едой(41) – довольно вежливую битву – за условия, при которых они сделают это".
То, что им пришлось вести переговоры с подразделениями, которые должны были работать на их командира, было крайне неприятно для штаба Горной. "Я никогда не мог рассчитывать на то, что подразделения действительно будут выполнять то, что им было поручено по ходу операции", говорил Вилле. "Я никогда не знал наверняка. Шутка была в том, что мы руководили элитой из элит(42), чьи командиры при желании могли подписаться на выполнение задачи, но не были обязаны делать это". Их трудности усугубляются тем, что приказ CFLCC, формализовавший полномочия Горной по руководству остальными оперативными группами, вступил в официальную силу лишь 20 февраля. До этой даты штаб Хагенбека провел ряд важных координационных встреч, чтобы все знали, что должно будет происходить на поле боя на каждом этапе плана, чтобы минимизировать риск огня по своим. Не имея полномочий заставить другие оперативные группы направить своих представителей, штаб Горной обнаружил, что нужные люди редко объявлялись. "Нам никак не удавалось одновременно собрать всех в одном месте", говорил Вилле. "Даже когда у нас появлялись представители, это не всегда были лица, принимающие решения. Они не всегда имели полномочия говорить от лица своих командиров". Только после 20 февраля встречи начали посещать "более правомочные люди", отметил он.
Злобных дебатов, пагубно сказавшихся на последних двух неделях планирования, никогда бы не случилось, если бы большинство сил, задействованных в "Анаконде", входило в состав 10-й горной дивизии (или если бы вместо штаба Хагенбека был развернут штаб 101-й воздушно-десантной генерал-майора Дика Коди вместе с его одной или двумя полными бригадными боевыми группами). Подполковники и полковники из одной дивизии, изо дня в день работавшие на своего командира (который, в свою очередь, имел большое влияние на их карьеру), не осмелились бы заниматься такими разрушительными и сеющими распри спорами, планируя серьезную операцию. Но увлечение Центрального командования сбором сил для "Анаконды" из разрозненных элементов различных подразделений теперь приносило заранее предсказуемые результаты. Теоретически, Хагенбек и старшие офицеры его штаба должны были быстро урегулировать возникшие споры. Но в условиях, когда офицеры Раккасана и "Кинжала" находились в Афганистане дольше, чем кто-либо из 10-й Горной, это было проще сказать, чем сделать. Миколашек направил Хагенбека для осуществления устойчивого руководства всеми этими оперативными группами и сплочения их. Командир Горной сделал все возможное в сложных обстоятельствах. "Я встречался с командирами всех этих разрозненных подразделений, минимум по одному, а чаще по два раза в день, всякий раз проводя с каждым в моем кабинете порядка часа или около того", говорил он. "Общая цель состояла в том, чтобы создать команду… провести штабные тренировки и понять способ мышления каждого из нас, с тем, чтобы мы хотя бы имели представление о том, как люди будут реагировать в конкретных ситуациях".
Но до тех пор, пока Харрелл и Джонс не взошли на борт, ни один из штабистов Горной не превосходил в звании Верчински или Малхолланда. Это побуждало полковников и их подчиненных продолжать дебаты дольше необходимого. По словам Дэвида Грея, начальника оперативного отдела Хагенбека, у него и его коллег было двенадцать дней, чтобы собрать "коалицию из коалиций, состоявших из коалиций". Они были очень чувствительны к тому, как Раккасан или, в особенности, "Кинжал" воспринимал то, что Горная теперь будет стоять во главе, даже притом, что Горная была поставлена во главе. "Мы не хотели, чтобы создалось впечатление, что 10-я Горная захватывает верховенство", говорил Вилле. Заявление, настолько необычное, насколько, несомненно, точное.
Несмотря на все отвлекающие факторы, Вилле неустанно работал на планом, который каким-то образом взял бы все эти разрозненные части – от операторов норвежских спецподразделений и едва обученных членов афганских племён до пехотинцев 10-й Горной и пилотов "Апачей" 101-й воздушно-десантной – и слепил бы из них боевую машину, которая не развалится на части в момент вступления в контакт с противником, таящимся в Шахикоте. Его жена Карен по электронной почте прислала ему фото их сыновей Пита, Джейка и Мэтта восьми, шести и двух лет от роду соответственно. Чтобы мотивировать себя и напомнить остальным об их обязанностях, он распечатал фотографию и приколол ее на дверь отдела планирования, вместе с припиской: "Если это будут ваши сыновья, отправляющиеся в долину Шахикот, будет ли ваш план достаточно хорош?"

40. Fishhook – рыболовный крючок (прим. перев.)
41. Food fight – довольно частый сюжет в американских фильмах, когда детишки, например, в школьной столовой или каком-нибудь фаст-фуде начинают швырять друг в друга едой, напитками и т.п., зачатую разнося при этом заведение вдребезги. В качестве идиоматического оборота является также синонимом вышедшей из-под контроля детской драки (прим. перев.)
42. В оригинале "blue-light special": такая довольно тонкая игра слов и подколка. С одной стороны имеет место отсыл к существовавшему в конце 70-х антитеррористическому подразделению 5-й Группы, описанному в книге Чарли Беквита "Отряд Дельта". А с другой, в "Кмарт", одной из крупнейших американских розничных сетей, это означает распродажу по самой бросовой цене – полки с такими товарами обозначаются синими лампочками (прим. перев.)

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 06 ноя 2019, 12:03 

Зарегистрирован: 25 янв 2015, 15:12
Сообщений: 227
Команда: Нет
Как вообще это все должно было управляться в ходе боя?


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 06 ноя 2019, 12:05 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 23 ноя 2012, 10:58
Сообщений: 1132
Команда: FEAR
Мотивация хорошая в конце...

Про бойцов спн других стран в книге вообще что-то есть?

и спасибо за перевод!


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 06 ноя 2019, 12:22 
Модератор
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 02 ноя 2012, 07:50
Сообщений: 4064
Команда: A-344
manuelle писал(а):
Как вообще это все должно было управляться в ходе боя?


Вот этим в том числе и хороша эта книга. Описываются механизмы управления даже такой солянкой и что бывает, если вмешиваться в их работу.

На самом деле у нас на Кавказе было примерно то же самое в те года. Обычная "проверка паспортного режима" это значит, что в селе работает ССГ ( опера ФСБ и\или МВД плюс группа тяжелых или СОБР плюс отряд СН ВВ), а село блокируют подразделения МО и ВВ, причем в несколько колец, по окраинам гансы - второе кольцо разведбат ВВ - третье группы СпН ГРУ на предполагаемых путях отхода противника.

Ну или из совсем недавнего Дебальцевская операция в целом (особенно под конец) и штурм Углегорска в частности, когда в сам город прорвалась сборная некорпусных подразделений.

_________________
XA2


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 07 ноя 2019, 11:03 
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 15 фев 2013, 21:29
Сообщений: 1230
Команда: Grau Skorpionen
19.

Среди всех неурядиц по поводу зон высадки Раккасанов и наблюдательных пунктов "К-Бар" осталась незамеченной одна исторически важная деталь планируемой операции: впервые после вторжения в Папуа – Новую Гвинею в 42-м году, Армия США отправила пехотное формирование бригадного размера в бой против подготовленных позиций противника без поддержки артиллерии.
Планировщики Горной и Раккасана хотели получить артиллерию, но CFLCC и CENTCOM неоднократно заявляли, что им это не позволено. "Нам сказали, что мы не получим ничего сверх того, что у нас уже было", сказал Вилле. "Вот и все, точка. Мы не могли получить ничего больше, и нам пришлось изрядно потрудиться, чтобы вытащить имеющиеся у нас силы из Якобабада, К2 и Кандагара". Белло провел множество телеконференций с участием старших офицеров в Баграме, Кувейте и штаб-квартире во Флориде. Всякий раз, когда поднимался вопрос об артиллерии, высшее руководство начинало "танцевать чечетку" вокруг него. "Я ни разу не слышал, чтобы кто-нибудь из генералов четко сказал: "Ладно, вот почему мы не привлекаем артиллерию", сказал Белло. "Никто ни разу не сказал: "Это потому, что Дон Рамсфелд сказал, что у нас не может быть артиллерии", или "Генерал Фрэнкс сказал, что у нас не может быть артиллерии"… Это было деликатное решение".
Белло не знал, что Фрэнкс велел Миколашеку забыть про любые мысли о развертывании артиллерии. Но после того как он неоднократно нарывался на негативные или уклончивые ответы, отправляя по цепочке командования в Баграме и штабе CFLCC в Кувейте запросы о возможности переброски артиллерии, Белло пришел к выводу, что она пала жертвой всепроникающего страха Макдилла и Пентагона что если для войны в Афганистане США развернут что-то тяжелее нескольких минометов, в глазах местных американцы окажутся не лучше Советов. "Если вы изучите советский опыт в Афганистане, то узнаете, что Советы применяли артиллерию без разбора, сравнивая с землей города и поселки, и это было не то впечатление, которое мы стремились создать", говорил он.
Хагенбек знал, что его штаб запрашивает своих коллег в CFLCC об артиллерии, но чувствовал, что у него нет оснований, чтобы поднимать этот вопрос на высшем уровне. Его планировщики проиграли несколько сценариев, основывающихся на том, что противник в Шахикоте обладает большими силами, чем указывалось в донесениях разведки. В каждом случае у КООГ "Горная" оказывалось достаточно сил и средств для достижения победы. Двухзвездный полагал, что его минометы смогут справиться с любыми запросами на огневую поддержку наземными средствами. "На мой взгляд, у меня не было никаких существенных или разумных аргументов, чтобы обратиться к генералу Фрэнксу и сказать: "Мне нужно больше этого или вот того", сказал Хагенбек. Результатом было то, что Горная "действовала, имея урезанные силы и средства", говорил Белло. Но, по мнению Бентли, их задачей было выяснить, как максимально эффективно использовать то, что у них было. "Наряд сил (для "Анаконды") мог обсуждаться годами", сказал он. "Нашей задачей было использовать те силы и средства, которые у нас имелись".
Когда речь шла об огневой поддержке, они не были незначительными. Но большинство из них находилось в воздухе. Если для того, чтобы усмирить врага требовало что-то более внушительное, чем миномет, оно должно было придти с небес. Мало кто в Баграме испытывал какое-либо беспокойство по поводу такого положения дел. До сего момента авиация творила чудеса, и для поддержки войск в долине под рукой будет широкий выбор: от ударных вертолетов "Апач" до истребителей F-15E "Страйк Игл" и F-16 "Файтин Фэлкон", и тяжелых бомбардировщиков B-52. Ночью можно было вызвать ганшипы AC-130, чьи сенсоры и скорострельные пушки могли неустанно отслеживать живую силу и транспортные средства с высоты 15000 футов (4500 м). Но непосредственная авиационная поддержка не была эквивалентом летающей артиллерии. Существовало несколько весьма существенных различий между возможностями летательных аппаратов, которые будут находиться над головами Раккасанов в Шахикоте, и артиллерийских батарей, которые они были вынуждены оставить в тылу. Стандартная бомба, используемая самолетами ВВС и ВМС в Афганистане – Единый высокоточный ударный боеприпас, известный как JDAM(43) – была гораздо точнее, чем снаряд гаубицы. Каждый JDAM имел инерциальную навигационную систему, корректируемую с помощью глобальной системы позиционирования GPS, позволяющую членам экипажа запрограммировать его на попадание в точку с конкретными координатами. Но эта точность была полезна, лишь если было известно точное местонахождение противника. При цене от $27000 до $37000 за штуку, использовать JDAM, чтобы накрыть огнем горный склон и заставить вражеских боевиков прижать головы к земле – то, что военные называют "подавлением" – было непомерно дорого. Оказавшись на поле боя, артиллерия могла продолжать ведение огня практически при любых условиях, если не кончатся боеприпасы или она не будет физически уничтожена противником. На авиацию не всегда можно было положиться. Плохая погода часто оказывала негативное влияние на использование вертолетов и реактивных самолетов, кроме того, ВВС старались держать медленные AC-130 подальше от опасности в дневное время и даже в ясные лунные ночи. Также самолеты должны были покидать район боевых действий для дозаправки. В отличие от артиллерии, которая всегда принадлежала наземному командованию, Верчински и Хагенбек не будет "владеть" самолетами, обеспечивающими им непосредственную авиационную поддержку. Их пилоты подчинялись собственной субординации в рамках ВВС или Флота. Если командованию на земле была нужна их помощь, они должны были запросить ее. Они не могли приказывать.
Привнесение авиационной поддержки предполагало более сложный процесс координации, чем использование артиллерии (навык, который сам по себе многие командиры армейских батальонов и бригад находили трудным для овладения). Если командир пехотного батальона обнаруживал цель, которую хотел вывести из строя с помощью артиллерии, он сообщал своему офицеру огневой поддержки. Тот проверял, чтобы в воздухе над зоной, через которую полетят артиллерийские снаряды, никого не было, удостоверялся, что в районе цели нет своих войск, а затем вызывал артиллерийское подразделение, передавал координаты цели и отдавал распоряжение на открытие огня. Снаряды должны были попасть в цель через три-пять минут. В случае с непосредственной авиационной поддержкой батальонный офицер связи с авиацией (приданный подразделению офицер ВВС) должен был найти борт, способный поразить цель, дождаться, пока цепочка командования авиационной компоненты одобрит задачу, а затем навести пилота на цель, используя визуальные ориентиры, такие как горы, мосты или дороги. На низовом уровне этим занимались нижние чины ВВС, именуемые авианаводчиками тактического звена (Enlisted tactical air controller – ETACS). Все ETAC и офицеры связи с авиацией в дивизии подчинялись подполковнику ВВС, который командовал эскадрильей авиационной поддержки, размещавшейся в пункте постоянной дислокации дивизии. Этот офицер возглавлял авиационную секцию штаба дивизии и отвечал за координацию всей непосредственной авиационной поддержки по каналам ВВС.
Однако когда речь шла о КООГ "Горная", возникал значительный разрыв между доктринальной теорией и местными реалиями. В начале ноября, в то время как 10-я Горная все еще находилась в Форт Драме, ВВС направили подполковника Луи Бочейна, дивизионного офицера связи с авиацией, на К2, командовать секцией огневого поражения оперативной группы "Кинжал". В результате, когда штаб Горной был переброшен на К2, Хагенбек остался без своего авиационного офицера связи. Но это не имело значения, даже если бы Бочейн все еще находился в Драме, поскольку Центральное командование отклонило запрос Хагенбека взять свою авиационную секцию на К2. По крайней мере, так в 10-й Горной рассказывали об этом. Но Бочейн сказал, что, похоже, это было еще не все. Он отметил, что батальон ЛаКамеры был развернут на К2 с ротой ПВО – едва ли являвшейся приоритетной в войне против противника, не имевшего военно-воздушных сил – и что вполне можно было выполнить требования CENTCOM в отношении ограничения численности войск, заменив ПВО-шников на авиационную секцию из восьми или девяти человек, оставшихся морозить пятки в Драме. С начала декабря, когда штаб Хагенбека прибыл на К2, Бочейн ежедневно пытался добиться присоединения своей команды к штабу Горной. Но всякий раз, когда он просил об этом, штабисты Горной отвечали, что "ограничивающие численность парни" не допустят этого. Бочейн не был уверен, что штабисты Горной понимали, с какими затруднениями им придется столкнуться, если им будет приказано воевать в Афганистане без своих специалистов планирования авиационной поддержки. "Эта обескураживающая бюрократическая чушь продолжалась, и мы просто пытались убедить всех, что мы должны заполучить сюда этих парней", вспоминал Бочейн. Из этого ничего не вышло. Таким образом, когда Хагенбек переместился в Баграм, чтобы принять командование и управление крупнейшим за последние десять лет сражением американских военных, он остался без своей авиационной секции. Если бы Бочейн все еще оставался в "Кинжале", он мог бы, по крайней мере, помочь своим приятелям из Горной. Но за несколько дней до начала серьезного планирования "Анаконды" он вернулся в Штаты, чтобы быть со своим тяжело больным отцом. Это лишило штаб в Баграме офицера, обладающего наибольшим опытом координации непосредственной авиаподдержки в Афганистане, когда они готовились принять участие в крупнейшем сражении войны.
Но на момент отъезда Бочейн не понимал этого. Ему, как и многим другим, казалось, что боевые действия свертываются, и он уже ничего не пропустит. "Мы довольно давно, по крайней мере, несколько недель не бросали бомбы, поддерживая наши ODA, да и до того это случалось эпизодически", сказал он. "После падения Кабула кинетическая активность(44) была очень и очень небольшой". Бочейн и прочие штабисты "Кинжала" писали доклады о результатах выполнения задач, занимаясь, по его словам, "стандартной бумажной работой, следующей за окончанием операции".
В отсутствие авиационной секции, в течение первой недели планирования в Баграме секции огневого поражения Горной и "Кинжала" при содействии Энди Нокса из секции глубинных операций CFLCC составили обширную концепцию огневой поддержки. Но как только Миколашек и Фрэнкс 17 февраля благословили концепцию операции, Бентли понял, что им понадобится авиационная секция. Он позвонил в штаб-квартиру CFLCC в Кувейте. На другом конце линии был майор ВВС Пит Доннелли, человек среднего роста и веса с редеющими светло-песочными волосами, обрамляющими мальчишеское лицо. Доннелли служил в Боевом авиационном центре 18-й Группы операций авиаподдержки, подразделении ВВС, являвшемся связующим звеном между CFLCC и его эквивалентом в военно-воздушных силах, Командованием воздушной компоненты коалиционных сил (CFACC, произносившееся как "си-фэк") на авиабазе принца Султана в Саудовской Аравии. Однако в мирное время он служил под началом Бочейна в Форт Драме и был в хороших отношениях с Бентли и Белло. Бентли разъяснил причину своего звонка. Он кратко обрисовал "Анаконду", упомянув название операции, и спросил, может ли Боевой авиационный центр отправить кого-нибудь, чтобы поддержать авиационную секцию в Баграме. Доннелли передал запрос своему боссу, полковнику Майку Лонгории, и вызвался сам возглавить миссию. Лонгория согласился, и под вечер 19 февраля Доннелли с командой ВВС из шести человек прибыл в Баграм, чтобы создать авиационную секцию.
Доннелли было очевидно, что армейские офицеры, планировавшие операцию, не ожидали крупных боестолкновений, которые сделали бы акцент на возможностях авиационной компоненты союзников. "Она была разработана как сугубо наземная, а не напряженная воздушная операция с наземной поддержкой", сказал он. "Разговоры с авиационными специалистами по планированию и обсуждение наших потребностей, несомненно, не входили в число приоритетов (планировщиков)". Координация с военно-воздушными силами, похоже, выполнялась "почти как запоздалая идея". Несмотря на то, что Бентли позвонил в Кувейт за одиннадцать дней до дня-"Д", чтобы запросить помощь ВВС, Доннелли счел, что отношение штаба Горной было: "О, кстати, нам может понадобиться какая-нибудь авиаподдержка"!
Но с точки зрения штабистов Горной команда Доннелли выглядела слишком малочисленной и плохо подготовленной для исполнения своих обязанностей. По словам офицера Горный, Доннелли, две недели тесно сотрудничавший с Бочейном на К2, узнав, как организована непосредственная авиационная поддержка "Кинжала", "врубился с ходу", но этого нельзя сказать об остальной части его секции, добавил он. "Эти парни действительно не знали, что происходит", говорил офицер. "Из разговоров с ребятами мне стало ясно… что личный состав, направленный для укомплектования этой секции С2 (командования и управления), был не слишком хорошо подготовлен. Они не очень понимали, как обстоят дела с операцией".
Штаб Горной ознакомил Доннелли и его команду с планом и разъяснил, как они предлагали использовать авиацию. Единственные авиаудары, желаемые ими до прибытия ОГ "Хаммер" на Фишхук и высадки Раккасанов, должны были наноситься по дюжине целей – в основном пулеметам ДШК –угрожающим зонам высадки Раккасанов и пути подхода Зии с запада. Эти цели должны были быть поражены, пока первая волна десантно-штурмовых подразделений находится в воздухе между Баграмом и Шахикотом. Доннелли предложил существенно более длительную и расширенную воздушную кампанию. Он знал, что кишлаки на дне долины являются "запретной зоной" из-за предполагаемого присутствия сотен мирных жителей. Но по мере приближения дня-"Д" и появления новых фрагментов разведданных, свидетельствующих о присутствии противника на высотах над LZ, Доннелли предложил два дня массированных бомбардировок окаймляющих Шахикот горных вершин и хребтов. Сотрудники Горной отвергли это на том основании, что такие бомбардировки лишат операцию какого-либо элемента неожиданности. "Это был риск, на который они были готовы пойти", говорил близкий к обсуждению офицер.

Но даже когда Доннелли безуспешно настаивал на массированной бомбардировочной кампании, все остальные в Баграме почувствовали нежелание со стороны старших генералов CFACC и CENTCOM давать разрешение на любые авиаудары, кроме самых ограниченных. "Анаконда" была третьей из войн, произошедших в Афганистане менее чем за шесть месяцев", говорил Бентли. "Первую вели операторы спецподразделений, поддерживающие силы Северного альянса, сражающиеся с Талибаном и всеми находившимися там силами Аль-Каиды. Второй частью было обследование важных объектов, на которые вышли силы Северного альянса. Прямых наземных боестолкновений больше не было". "Анаконда" ознаменовала первый ввод в бой крупных сил американских сухопутных войск. Но правила применения силы и процессы целеопределения не поспевали за событиями. Они по-прежнему были направлены на точечные удары по стационарным целям, а не на уничтожение крупных сил вражеских боевиков в тесном противостоянии с войсками США и союзников. Это означало, что любые цели, пораженные до начала десантно-штурмовой операции, должны были подтверждаться, по крайней мере, двумя из трех видов разведки: агентурной, электронной или видовой. Но одно дело было знать – или серьезно подозревать – что склон горы был пронизан пещерами и замаскированными огневыми позициями, достаточными для размещения одного-двух бойцов и, возможно, пулемета. И другое дело, точно идентифицировать такие позиции, даже со всеми теми разведывательными самолетами и спутниками, что американцы использовали над Шахикотом. "Все это было бы замечательно, если бы мы искали советский мотострелковый полк или набор каких-нибудь других крупных целей, но мы высматривали ДШК на склоне холма, посреди Афганистана, среди ночи", сказал Белло. "Очень, очень неуловимые цели… Это действительно похоже на попытку найти иголку в стоге сена".
Когда началась война в Афганистане, генерал-лейтенант Чак Уолд был командиром CFACC, старшим офицером ВВС в Юго-Западной Азии. Уолд летал на F-15E "Страйк Игл", использующихся для ударов по наземным целям, и он понимал сложные задачи непосредственной авиационной поддержки. Но в ноябре, в разгар войны, ВВС отозвали Уолда на должность в Пентагоне и заменили его генерал-лейтенантом Т. Майклом "Баззом" Мозли. "Это было ошибкой", говорил офицер ВВС, служивший под командованием у них обоих. "Вы меняете своего старшего начальника во время очень сложной, никогда ранее не выполнявшейся операции в Афганистане. А генерал Уолд уже проделал впечатляющую работу". Мозли был пилотом-истребителем на F-15C, предназначенном для завоевания господства в воздухе, и имел мало опыта в непосредственной авиационной поддержке. В этом у него было много общего со многими в его штабе, говорил офицер ВВС, совершавший боевые вылеты в ходе "Анаконды". "Ключевые штабные сотрудники не оказывали содействия непосредственной авиационной поддержке", сказал офицер. Луи Бочейн, офицер, отвечающий за организацию непосредственной авиационной поддержки Команд-"А" "Кинжала", был не согласен. "У меня не было ничего подобного с генералом Мозли", сказал Бочейн. "У меня были все полномочия, необходимые для выполнения задач, которые передо мной ставились".
Политика ВВС по ротации почти всего своего персонала на театре Центрального командования каждые девяносто дней, означала, что ни персонал штаба Объединенного центра воздушных операций Мозли (Combined Air Operations Center – CAOC, произносится как "кей-ок") на авиабазе принца Султана, чьей задачей будет координация авиационной поддержки "Анаконды", ни пилоты, которые будут совершать вылеты, не были здесь в период пика боевых действий против Талибана. Личный конфликт между Миколашеком и Мозли, распространявшийся и на их подчиненных, также не помогал делу. "У CFLCC и CFACC были проблемы с общением, поскольку у Мозли и Миколашека не было прочных рабочих отношений", говорил офицер ВВС.
То, что "Анаконда" надвигается, и потребует непосредственной авиационной поддержки, не было секретом для должностных лиц ВВС в Саудовской Аравии и Кувейте. Когда Хагенбек 20 февраля отдал свой боевой приказ на проведение "Анаконды", он был направлен в штаб Мозли. Кроме того, говорил офицер ВВС, "от Миколашека к Мозли поступали электронные письма, которые не вызывали достаточного интереса". Но, по словам этого офицера, настоящая вина за проблемы, которые могут создать помехи способности пилотов, кружащих над Шахикотом, обеспечить эффективную непосредственную авиаподдержку в первые дни "Анаконды", лежала на CENTCOM, и в особенности на генерал-лейтенанте ВВС Джине Ренуарте, начальнике оперативного отдела Фрэнкса. "Ренуарт спит за рулем", говорил офицер ВВС. "Когда будет задействована "большая Армия", у вас должна быть функционирующая непосредственная авиационная поддержка, и функционирующая сейчас, точка. В штабе генерала Ренуарта не понимали, что это будет сражение, завязанное на непосредственную авиаподдержку". Хотя штабы и обменивались информацией, ничего из этого не доходило до пилотов. "Те ребята крутили всякие пробные схемы в Баграме", говорил офицер ВВС. "А мы, парни, которые собираются совершать вылеты для поддержки всего этого, не являлись их частью. Да какого хрена? Это уж слишком".
Известие о готовящейся операции не доходило до бригадного генерала Джона Корли, начальника CAOC, до 23 февраля. Офицеры CAOC были огорошены и позже жаловались на то, что им было сложно получить от своих коллег из Баграма какую-либо конкретику по поводу того, чего они ждут от воздушной составляющей.
Доннелли признал, что в преддверии дня-"Д" его команда "очень мало" общалась с командованием ВВС. Они провели две телеконференции с Лонгорией, в ходе которых описали план и свои "проблемы" с ним, и получили от CAOC возможность увеличить количество самолетов в небе над Афганистаном на пятидневный период, начинающийся за сорок восемь часов до дня-"Д". Доннелли запросил, чтобы усиление авиационного прикрытия началось двумя днями ранее, по двум причинам: на случай, если Хагенбек изменит свое мнение и согласится с рекомендациями Доннелли провести сорокавосьмичасовую бомбардировку до начала десантно-штурмовой операции, и чтобы иметь самолеты, готовые придти на помощь группам AFO Блейбера в случае, если они будут раскрыты. Авиационное прикрытие планировалось свернуть через три дня после дня-"Д", "поскольку предполагалось, что это будет семидесятидвухчасовая операция", сказал Доннелли.
Хагенбек, Миколашек, Фрэнкс, и Мозли провели еще одну телеконференцию 26 февраля. Наблюдая за ней, Вилле был успокоен Мозли. "Я был обеспокоен тем, что у нас не было контроля над парнями из ВВС, пока тот трехзвездный генерал на совещании не сказал, что вся авиация, которая имелась у них в зоне ответственности (area of responsibility – AOR), была готова поддерживать "Анаконду" в любой степени, в какой нам это понадобится", сказал Вилле. "Огневая поддержка была предметом моей большой озабоченности. Но когда я услышал, как трехзвездный генерал говорит: "У вас будет все на этом свете", то подумал, что все в порядке".
Все было совсем не в порядке, однако Вилле был отнюдь не одинок в своем оптимизме, пронизывающем Баграм и высшие эшелоны командования. "Анаконда" будет курироваться созданной случайным образом структурой командования и управления, в ней будут сражаться подразделения, ослабленные ограничениями Центрального командования, выполняющие план, являющийся продуктом торгов и компромисса, однако в Баграме не испытывали недостатка уверенности. "Первоначально все думали, что там будет от 150 до 250 человек Аль-Каиды, сидящих прямо в Серханхеле, непосредственно в долине", сказал Вилле. "И было не похоже, что это будет таким уж большим делом".

43. Joint Direct Attack Munition (JDAM) – разработанный в ходе совместной программы ВВС и ВМФ США комплект оборудования, позволяющий превратить обычную свободнопадающую бомбу ("тупую" по сленговой терминологии) в корректируемый высокоточный боеприпас. Представляет собой комплект из крыльев, крепящихся в средней части бомбы, и хвостового блока, имеющего управляемое оперение, позволяющее бомбе маневрировать. Там же находится и компьютер с навигационным оборудованием. Бомбы, оборудованные комплектом JDAM, направляются к цели интегрированной инерциальной системой наведения в паре с GPS-приемником улучшенной точности, обеспечивая им объявленную дальность действия в 15 морских миль (28 км) от точки сброса. Величина кругового вероятного отклонения, показанная на испытаниях, составляет 11 метров (прим. перев.)
44. Термин, появившийся в конце 90-х годов, иносказательно описывающий решение задачи путем активных боевых действий, обычно подразумевая применение летальных средств поражения (прим. перев.)

_________________
Amat Victoria Curam


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Sean Naylor "NOT A GOOD DAY TO DIE"
СообщениеДобавлено: 08 ноя 2019, 07:33 

Зарегистрирован: 25 янв 2015, 15:12
Сообщений: 227
Команда: Нет
Автор плавно подводит читателя к мысли, что его впереди ждет описание очешуительного визита северного пушного зверька с избыточным весом, именуемого "Большой Черный Писец".
Спасибо большое, с нетерпением жду продолжения этого банкета.


Вернуться наверх
Не в сети Профиль  
 
Показать сообщения за:  Сортировать по:  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 87 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5  След.

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
Powered by phpBB® Forum Software © phpBB Group
Theme created StylerBB.net
Сборка создана CMSart Studio
Русская поддержка phpBB